Фандом: Гарри Поттер. Прочитав этот фанфик, вы узнаете, что Люциус Малфой не так холоден и высокомерен, как кажется, что Гарри Поттер не так уж счастлив в жизни, спланированной Дамблдором, что Северус Снейп на самом деле не любит одиночество, что не стоит забывать — дементоры не всегда охраняли Азкабан.
Добавить в моё избранное
350 мин, 48 сек 5278
Джинни с остервенением дергала свиток, пыталась его порвать, напрочь забыв, что все важные документы Министерства пишутся на специальном пергаменте, и уничтожить их очень трудно. Конечно, это не крестражи, с которыми Гарри пришлось столкнуться ранее, но тоже весьма хорошо зачарованные артефакты.
— Уважаемые специалисты, — Гарри поклонился колдомедикам, — спасибо вам за помощь в появлении на свет моих наследников. Мое почтение и благодарность от рода Поттер и рода Блэк вам за то, что согласились быть свидетелями их рождения. Я обязательно приглашу вас на крестины моих детей.
Как все же много маггловского перенял магический мир. Даже обряд выбора магического опекуна здесь называли крестинами.
Колдомедики раскланялись с лордом Поттером и его семейным целителем, после чего ушли к камину, подсоединенному к сети, в сопровождении Снейпа, вызвавшегося проводить их.
Джинни продолжала терзать свиток с сообщением о том, что она опять мисс Уизли. Ее мать тихо плакала, усевшись прямо на пол возле кровати, где совсем недавно появились на свет ее внуки, которые по решению Магии теперь даже не родственники ей из-за неразумного поведения дочери. О том, что она сама постоянно потакала Джинни, Молли предпочитала не вспоминать.
— Миссис Уизли, ваша дочь себя странно ведет, не находите? — целитель подошел к женщинам.
— А как она должна себя вести? Она родила только что близнецов, а ей сказали, что это не ее дети. Как она должна себя, по-вашему, вести? — Молли всхлипывала, ее запал и гонор куда-то пропали.
Джинни, услышав слова матери, словно очнулась.
— Дети? Да не нужны мне эти дети! Мама, ты знала, что я не хотела этих гаденышей. Они копошились у меня в животе, как змеи. Такие же мерзкие, как и их папаша. Меня они не интересуют. Мне нужен Поттер! — глаза Джинни подозрительно заблестели. — Я — леди Поттер! Я буду ходить на балы, и мне все станут завидовать!
— У вашей дочери, миссис Уизли, явный нервный срыв. Надеюсь, что это временное явление, — Берховиц сотворил диагностические чары над Джинни и покачал головой. — Ее нужно показать специалисту. Вы справитесь сами, или мне помочь вам выбрать колдомедика?
— Вы такие теперь добренькие, да? Довели мою доченьку, издевались здесь над ней. Даже меня к ней не пускали. А теперь хотите ее к чокнутым Лонгботтомам в гости отправить? Не получится, Поттер! — Молли уже проплакалась и теперь, встрепенувшись, решила урвать для семьи хоть что-то. — Магия развела вас, и ты теперь ничего не должен моей дочери? Да? Она лучшие годы тебе отдала! Мы тебя как сына любили! А ты нас на свалку теперь решил выкинуть? Не выйдет!
Миссис Уизли раззадорила себя и начала кричать, ничуть не тише, чем это делала ее дочь совсем недавно, проклиная Поттера. Вошедший в комнату Снейп оперся о стену у входа и с усмешкой слушал очередную серию визгов и обвинений. Поттер сидел в кресле в дальнем конце комнаты, и устало хлопал ресницами, словно он вот-вот заснет. Берховиц смотрел в окно. Сегодняшний день вымотал всех, только не женщин из семьи Уизли. Ладно уж Молли, она только крутилась у всех под ногами полдня, но Джиневра сегодня родила двоих детей, а по ней даже и видно не было. Лицо, конечно, еще не избавилось от пигментных пятен, да и не выглядела она той стройной ведьмой, что носилась на метле по квиддичному полю, но вид у нее был бодрый, и силы для обвинений еще не кончились. Она время от времени еще что-то выкрикивала, но никто не обращал на нее внимания. Снейп бросил на ее кровать легкие чары Полога тишины — визг было слышно, но он не резал слух.
— Гарри, нужно что-то решать, давай пройдем в кабинет, — Северус помог встать Поттеру и, дав понять Берховицу, что они скоро вернутся, вышел из спальни.
Устроившись на удобном диванчике, Снейп налил себе в стакан немного огневиски, а Гарри, оценив его состояние, предложил выпить сока, чтобы тот не уснул, расслабившись от спиртного.
— Гарри, решай скорее, что делать с Уизли. Ты не должен разрешать Джиневре оставаться в особняке. Родовая магия этого не позволит, она на нее очень сердита и может навредить еще больше. Ты видел, в каком она уже состоянии? Тянуть нельзя, иначе ты действительно будешь виноват в ее болезни. Молли тоже следует удалить из Блэк-хауса, пока в ее дурную голову не пришла идея пообщаться с внуками. Мы не проверяли, но ее родовая магия может и пропустить к детям. Рисковать не стоит. Завтра вызовем гоблина из Гринготтса, пусть проверит мальчишек на родовую принадлежность и по всем правилами задокументирует их рождение и наследные привилегии. Если в малышах нет ничего от Уизли, то нечего тем здесь ошиваться, — Снейп прервался и резко сменив тон с менторского на дружеский, спросил: — Или ты жалеешь их? Я так категоричен, прости, Гарри. Может, ты еще чувствуешь что-то к бывшей жене? А я здесь тебе по больному месту скребу?
Поттер повертел пустой стакан из-под сока, посмотрел вовнутрь, словно удивился, куда это сок делся, и поставил его на стол.
— Уважаемые специалисты, — Гарри поклонился колдомедикам, — спасибо вам за помощь в появлении на свет моих наследников. Мое почтение и благодарность от рода Поттер и рода Блэк вам за то, что согласились быть свидетелями их рождения. Я обязательно приглашу вас на крестины моих детей.
Как все же много маггловского перенял магический мир. Даже обряд выбора магического опекуна здесь называли крестинами.
Колдомедики раскланялись с лордом Поттером и его семейным целителем, после чего ушли к камину, подсоединенному к сети, в сопровождении Снейпа, вызвавшегося проводить их.
Джинни продолжала терзать свиток с сообщением о том, что она опять мисс Уизли. Ее мать тихо плакала, усевшись прямо на пол возле кровати, где совсем недавно появились на свет ее внуки, которые по решению Магии теперь даже не родственники ей из-за неразумного поведения дочери. О том, что она сама постоянно потакала Джинни, Молли предпочитала не вспоминать.
— Миссис Уизли, ваша дочь себя странно ведет, не находите? — целитель подошел к женщинам.
— А как она должна себя вести? Она родила только что близнецов, а ей сказали, что это не ее дети. Как она должна себя, по-вашему, вести? — Молли всхлипывала, ее запал и гонор куда-то пропали.
Джинни, услышав слова матери, словно очнулась.
— Дети? Да не нужны мне эти дети! Мама, ты знала, что я не хотела этих гаденышей. Они копошились у меня в животе, как змеи. Такие же мерзкие, как и их папаша. Меня они не интересуют. Мне нужен Поттер! — глаза Джинни подозрительно заблестели. — Я — леди Поттер! Я буду ходить на балы, и мне все станут завидовать!
— У вашей дочери, миссис Уизли, явный нервный срыв. Надеюсь, что это временное явление, — Берховиц сотворил диагностические чары над Джинни и покачал головой. — Ее нужно показать специалисту. Вы справитесь сами, или мне помочь вам выбрать колдомедика?
— Вы такие теперь добренькие, да? Довели мою доченьку, издевались здесь над ней. Даже меня к ней не пускали. А теперь хотите ее к чокнутым Лонгботтомам в гости отправить? Не получится, Поттер! — Молли уже проплакалась и теперь, встрепенувшись, решила урвать для семьи хоть что-то. — Магия развела вас, и ты теперь ничего не должен моей дочери? Да? Она лучшие годы тебе отдала! Мы тебя как сына любили! А ты нас на свалку теперь решил выкинуть? Не выйдет!
Миссис Уизли раззадорила себя и начала кричать, ничуть не тише, чем это делала ее дочь совсем недавно, проклиная Поттера. Вошедший в комнату Снейп оперся о стену у входа и с усмешкой слушал очередную серию визгов и обвинений. Поттер сидел в кресле в дальнем конце комнаты, и устало хлопал ресницами, словно он вот-вот заснет. Берховиц смотрел в окно. Сегодняшний день вымотал всех, только не женщин из семьи Уизли. Ладно уж Молли, она только крутилась у всех под ногами полдня, но Джиневра сегодня родила двоих детей, а по ней даже и видно не было. Лицо, конечно, еще не избавилось от пигментных пятен, да и не выглядела она той стройной ведьмой, что носилась на метле по квиддичному полю, но вид у нее был бодрый, и силы для обвинений еще не кончились. Она время от времени еще что-то выкрикивала, но никто не обращал на нее внимания. Снейп бросил на ее кровать легкие чары Полога тишины — визг было слышно, но он не резал слух.
— Гарри, нужно что-то решать, давай пройдем в кабинет, — Северус помог встать Поттеру и, дав понять Берховицу, что они скоро вернутся, вышел из спальни.
Устроившись на удобном диванчике, Снейп налил себе в стакан немного огневиски, а Гарри, оценив его состояние, предложил выпить сока, чтобы тот не уснул, расслабившись от спиртного.
— Гарри, решай скорее, что делать с Уизли. Ты не должен разрешать Джиневре оставаться в особняке. Родовая магия этого не позволит, она на нее очень сердита и может навредить еще больше. Ты видел, в каком она уже состоянии? Тянуть нельзя, иначе ты действительно будешь виноват в ее болезни. Молли тоже следует удалить из Блэк-хауса, пока в ее дурную голову не пришла идея пообщаться с внуками. Мы не проверяли, но ее родовая магия может и пропустить к детям. Рисковать не стоит. Завтра вызовем гоблина из Гринготтса, пусть проверит мальчишек на родовую принадлежность и по всем правилами задокументирует их рождение и наследные привилегии. Если в малышах нет ничего от Уизли, то нечего тем здесь ошиваться, — Снейп прервался и резко сменив тон с менторского на дружеский, спросил: — Или ты жалеешь их? Я так категоричен, прости, Гарри. Может, ты еще чувствуешь что-то к бывшей жене? А я здесь тебе по больному месту скребу?
Поттер повертел пустой стакан из-под сока, посмотрел вовнутрь, словно удивился, куда это сок делся, и поставил его на стол.
Страница 87 из 96
