Тёмная сторона луны

Идёмте.

Они вышли из машины. Мальсибер забрал с заднего сиденья две куртки и протянул одну из них, из тёмной кожи, Скабиору со словами:

— Там сейчас дождливо и совсем не жарко.

Свою — замшевую, с длинной бахромой — он пока что надевать не стал, и Скабиор последовал его примеру. Они прошли через здание и, ненадолго задержавшись у какой-то будки, вышли с другой стороны и оказались на широком ровном поле, на котором стояло с полдюжины небольших самолётов. Тот, к которому его подвёл Мальсибер, был белым с изображённым на носу ярко-красным кадуцеем — Скабиор помнил такой же над дверями дома. Герб, наверное…

— Прошу, — Мальсибер сам откинул трап — Скабиор не успел понять, как он это сделал — и сделал приглашающий жест. — Самолётом проще и приятней, — сказал он. — Можно было бы границу пересечь и на машине — но я уже говорил вам, что недостаточно хорошо знаю Канаду, чтоб там аппарировать. А машиной ехать долго — самолёт быстрее. Часа через три мы будем на месте.

— А вы сами, что ли, будете вести? — спросил Скабиор, оглядываясь в поисках водителя.

— Если вы не против, — весело сказал Мальсибер, садясь в кресло впереди. — Хотите — присоединяйтесь! — позвал он. — Здесь, по-моему, лучше видно и вообще интересней.

Глава 37

Интересно Скабиору не было, но он всё-таки сел вперёд — и, когда они взлетели и Мальсибер стал рассказывать, как всё это работает и как он учился и получал лётные права (абсолютно честно — он же в самом деле хотел научиться!), не заметил, как увлёкся. Это было совершенно непохоже на метлу — и это было здорово. А Мальсибер рассказывал о дельтапланах, о ещё каких-то маггловских приспособлениях для полёта, и Скабиор в какой-то момент перестал всё время держать в голове, с кем он разговаривает и что вообще здесь делает. Ему стало, наконец, легко — так, как нередко бывало прежде, когда он обнаруживал любопытного собеседника или какое-то новое явление, всерьёз его заинтересовывавшее.

Когда они сели, Мальсибер, уже заглушив двигатели, напомнил:

— Вы — Джон Блэк. И вы просто мой гость из Великобритании — больше они не знают ничего. Будете рассказывать о фонде — постарайтесь, пожалуйста, делать это отстранённее, потому что, если выяснится вдруг, кто вы такой, я не поручусь, что местная кавалерия не сдаст вас британскому аврорату.

— Кавалерия? — переспросил Скабиор.

— Здесь довольно сложная система аврората, — пояснил Мальсибер. — Если коротко, то есть авроры, а есть помесь отрядов британского ДМП и авроров, которые имеют право заниматься только местными делами. В некоторых провинциях — в частности в той, куда мы с вами приглашены сегодня — все дела ведут исключительно кавалеры или, как их называют там, райдеры, а авроры присоединяются к ним только в исключительных случаях. И вот эти райдеры нас сейчас и встретят… я вам говорил уже, что здесь туда охотно берут оборотней. Я не думаю, что они станут проверять вас — и всё же будьте осторожнее, — попросил Мальсибер, поднимаясь.

Оборотни-авроры? О да, Скабиор хотел бы их увидеть!

Он и не подозревал, насколько скоро сбудется его желание: собственно, это произошло, едва они вышли из самолёта. Возле трапа их ждала женщина лет, наверное, сорока с резким и обветренным лицом и собранными на затылке тёмными волосами.

— Райдер Кларк, — представилась она. — Мистер Мальсибер, мистер…

— Блэк, — ответил Скабиор, совершенно неприлично вперившись в неё: всё же он впервые в жизни видел оборотня и аврора, так сказать, в одном лице. — Джон Блэк.

— …мистер Блэк — ваши палочки, пожалуйста.

— Пожалуйста, — Мальсибер с вежливой полуулыбкой протянул ей свою волшебную палочку — почти белую и очень изящную, и Скабиор едва сдержал удивление: он прекрасно помнил, что та ещё во время их дурацких гонок была красной. Впрочем, задавать вопросов он не стал и молча протянул этой Кларк свою. Проверка оказалась на удивление короткой, и, как только палочки вернулись к своим владельцам, райдер протянула им обоим руки и сказала:

— Я вас провожу на место. Аппарируем. Готовы? — и, не дожидаясь их ответа, крепко взяла их за предплечья — и мир снова схопнулся.

Развернулся он опять на берегу — тёмная вода белой пеной билась о большие валуны, а сырой холодный ветер сеял мелкий дождь. Всё это напоминало бы Оркнеи, если бы не густой лес, заканчивающийся почти что у воды, и совершенно другой запах. Это была пресная вода, мгновенно понял Скабиор — она пахла рыбой, водорослями, но не солью и не тем, названия чему он не знал, но что всегда встречал только в морском воздухе.

— Вам слегка не повезло с погодой, господа, — в голосе высокого крепкого мужчины лет шестидесяти в плотной брезентовой куртке не слышалось ни грана сожаления. — Майкл Уорд, — представился он. У него было загорелое, обветренное лицо с резковатыми чертами и глубоко посаженными тёмными глазами, и с его правого виска за ухо уходил широкий грубый шрам.