Тёмная сторона луны

Впрочем, разговором он всё-таки остался доволен: по крайней мере, тот давал надежду.

Попрощавшись с Флитвиком, Гарри отправился гулять по Хогсмиду — и обдумывать свой грядущий визит к Лестрейнджам. Он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что на месте старшего из них ни за что не отпустил бы брата одного на встречу с Сириусом — даже если это одиночество будет весьма условным и Рабастана будет сопровождать Гарри. Но и звать с собой Родольфуса на встречу было всё равно, что трясти перед голодным драконом сырым мясом. Если у него и есть шанс хоть как-то примирить Сириуса с мыслью о том, что портрет его друзей написал Лестрейндж, то это только встреча с Рабастаном с глаза на глаз — ну пускай даже и при Гарри.

Но как убедить Родольфуса в том, чего он сам бы ни за что не сделал?

Или сделал бы?

Гарри попытался представить на месте Рабастана, например, своего сына. Альбуса, наверное. Отпустил бы он его с таким, как он, к кому-то вроде Сириуса, зная, что тот ненавидит мальчика? Если бы забрать у Блэка палочку — может быть, и отпустил бы. Только это невозможно — он не может сказать Сириусу, мол, я вас познакомлю, только отдай, пожалуйста, мне палочку, потому что я боюсь, что ты его убьёшь прежде, чем он откроет рот.

Но он должен убедить Родольфуса. Если он не сможет это сделать, он отравит Сириусу даже эту радость — ту единственную, что сумел всё-таки ему подарить.

В Лестрейндж-холл Гарри отправился камином — так было приличнее. Да и не любил он аппарировать в подобные места: его ждали, разумеется, но Мордред знает, что там стоят за чары и не решат ли они вдруг как-то хитро среагировать. Он ведь Лестрейнджам не родственник и, в общем-то, не друг, да и не чистокровный.

Лучше уж камин.

Его ждали: эльф тут же кинулся за хозяевами, и Родольфус появился буквально через несколько секунд.

— Рад вас видеть, — сказал он, протягивая Гарри руку. — С прошедшим днём рождения.

— Я благодарю вас за подарок, — Поттер пожал его руку. — Рабастан уже, наверное, спит?

— Спит — я передам, что вы заходили. Чем могу помочь? — спросил Родольфус. — Чаю? Может быть, вина?

— Благодарю, не стоит — я поужинал… У меня к вам разговор, — сказал Гарри.

— Говорите, — кивнул Лестрейндж, жестом предлагая ему сесть.

— Я пришёл просить о помощи, — сказал Гарри, опускаясь на один из стульев, стоящих у большого стола, за которым с лёгкостью могла бы разместиться пара дюжин человек.

— Вы знаете — я считаю, что мы оба вам обязаны, — отозвался Лестрейндж. — И я буду рад хоть сколько-нибудь уменьшить этот долг.

— Вы ведь знаете про то, что Блэк вернулся, — начал Гарри. Родольфус кивнул, и он продолжил: — Но ему всё это сложно… сложно принять наш новый мир — он привык совсем к другому. Для него война была ещё вчера — и не было тех двадцати лет, что прожили мы.

— Я понимаю, — кивнул Лестрейндж, и в его глазах мелькнуло искреннее сожаление и сочувствие. — Когда я узнал о том, что он вернулся, первым, о чём я подумал, было то, что ему можно только посочувствовать. Я не представляю, каково ему, но полагаю, что непросто. Честно вам сказать, я бы отнюдь не удивился, приди он сюда нас убивать.

— Что вы сделали бы в этом случае? — с грустью спросил Гарри.

— Что тут можно сделать? — чуть пожал плечами Лестрейндж. — В дом так просто не попасть — и я активизировал некоторые защитные чары по периметру нашей земли. Они не причинили бы вреда вашему крёстному, но предупредили бы меня и Андромеду. Я не желаю ему зла и не хочу больше сражаться — я бы стал, конечно, если бы пришлось, но даю вам слово, что до самого конца постарался избежать фатального финала. В конце концов, Ступефай не менее точен, чем Авада.

— Что ж… спасибо, — вздохнул Поттер.

— Вы не рады? — мягко поинтересовался Лестрейндж.

— Я… теоретически я рад, — ответил Поттер. — А практически… Я показал подарок Рабастана Сириусу. Может, это было глупо — я не спорю, но я не мог скрыть от него такое. И он спросил меня, кто художник, — Гарри грустно улыбнулся. — Сказал, что тоже хочет заказать такой портрет… а я не нашёл в себе смелости назвать имя. Но пообещал взамен, что познакомлю их. Так что я не знаю, рад ли я тому, что вы так правильно всё понимаете.

Родольфус задумался. Он молчал так долго, что Поттер, не желавший ему мешать, незаметно стал оглядываться. Он был здесь в последний раз не так уж и давно, но ему казалось, что с тех пор прошёл уже не один год. Как же летит время, особенно когда его и так немного! В зале, где они сидели, как ему казалось, ничего не изменилось — впрочем, в таких местах перемены вообще происходили редко. Разве что оружие какое-нибудь могло добавиться к коллекции…

— Хорошо, — сказал Родольфус наконец. — Если вы мне поклянётесь, что с Асти не случится ничего дурного, я вас отпущу вдвоём.

— Обет хотите?