Эликсир жизни

— невинно заметила Гермиона.

Риддл фыркнул и промолчал. Почему ее ядовитые иглы всегда попадали в цель? Словно личинка овода, она успешно пробуравливалась сквозь мощные защитные преграды его внутреннего мира. Проклятая девчонка.

Далее они шли молча. Пейзаж поражал убогим однообразием, даже ветер, казалось, покинул это унылое место. Поначалу юноша внимательно изучал мрачные утесы, за которыми могла притаиться опасность. Но очень скоро он устал от эффекта дежавю. Темные скалы слились в однообразную последовательность, воздух душил мертвой тяжестью, Тома уже мутило от тотальной неопределенности.

Гермиона неожиданно застонала, и парень чуть не врезался в ее сгорбленную спину.

— Я больше не могу, Том, — прошептала девушка. — Это сводит с ума. Давай отдохнем и поговорим.

Не дожидаясь согласия коллеги по несчастью, она упала на ближайший камень и устало склонила голову. Риддл постоял, с сомнением глядя на хрупкую фигурку, затем присел рядом. Гермиона сразу же прислонилась к его плечу. Парень хмыкнул, но решил не обращать внимания.

— Это самый большой кошмар, правда? — вдруг заговорила девушка.

— Ты про что? — уточнил он.

— Про бессмысленность существования, тщетность усилий и путь в никуда, — тихо пояснила она. — Когда становишься просто никем.

Он помолчал, затем коротко признал:

— Это неприятно.

— Потому что не удается эффективно действовать? — Гермиона повернула голову, и теперь внимательно рассматривала его, ее лицо излучало мягкий свет, придавая облику ощущение сказочности и нереальности.

— Разумеется, — спокойно подтвердил он.

— Но зачем ты действуешь? — в тон ему продолжила девушка.

Он посмотрел на нее, как на сумасшедшую:

— Затем, чтобы изменить окружающую действительность, которая активно мешает получать удовольствие и быть счастливым. Надо быть идиотом, чтобы не понимать этого, — раздраженно буркнул он.

— А почему нельзя быть счастливым прямо сейчас, просто так? — решительно встречая его потемневший взгляд, отозвалась Гермиона.

Парень на миг застыл. Однажды он прочувствовал это, обнимая ее. Но все оказалось обманом. Неужели девчонка сейчас издевалась над ним? В такой момент, когда они застряли в неизвестности…

— Потому что в мире существует не так уж и много вещей, которые могут доставить мне удовольствие, — саркастично выдавил Риддл.

— Но ведь какое-то удовольствие и сейчас реально, не так ли? — с едва заметной улыбкой сказала Гермиона.

Так… Это, что, жалкая попытка его соблазнить? Хорошо хоть, не верхом на вороне. Извращенка…

— К чему все это? Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, Гаррисвилль? — в лоб поинтересовался он.

Гермиона неожиданно широко улыбнулась.

— Вот видишь, даже в этой ситуации есть то, что может сделать тебя счастливым. Главное, с полной ответственностью перед собой осознать свою потребность. И оценить возможные пути ее реализации. Если же их нет, найти другую потребность, более адекватную на настоящий момент… Хотя в данном случае это вполне реально. И бессмертие с абсолютной властью вовсе не нужны, чтобы получить это… — Девушка неожиданно приблизила к нему свое лицо и, обхватив ладонями его голову, захватила губы в глубоком, всепоглощающем поцелуе.

Слегка шокированный, парень невольно ответил. Но через миг Гермиона отстранилась, прерывая ошеломительный момент полной, тотальной вовлеченности в сладострастное действо.

— В каждый момент времени есть то, что может принести удовольствие, — продолжая улыбаться, заявила она. — Счастье не зависит от таких абстракций, как бессмертие, Том. Но нужно повзрослеть, чтобы осознать это. И на себя взять ответственность за свое собственное счастье.

Отчего ему так резко стало плохо? От правдивости ее слов, или потому что она замучила его своими настойчивыми попытками лезть в душу при каждом удобном случае?

Как бы предупреждая его безудержное желание схватить ее за волосы, девчонка поднялась на ноги. Вот что-что, а потребность хорошенько потрясти нахалку Риддл прекрасно осознал. И пути ее реализации тоже. Он встал и решительно последовал за обнаглевшей подружкой к большому валуну. Она развернулась к нему и поджидала с откровенной улыбкой на лице, притягательной, понимающей. Поправила волосы, слегка повернув голову.

Том подошел ближе. И тут Гермиона застыла. Через миг каменные склоны огласил ее невольный крик.

Девушка была весьма довольна, как обыграла момент гештальтистской теории. Не во снах, так наяву она вполне могла продолжить психотерапевтическую практику, особенно после зелья болтливости, добавленного в пресловутую лягушку. Хотя обстановка и не вполне располагала к этому. Мерлин, воистину что-то странное творилось с этим местом. Дежавю. Взгляд девушки скользнул по валуну, у которого она стояла. Дежавю. Чуть подавшись вперед, Гермиона увидела пологий склон уходящий вниз…