Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14708
— Всего доброго, профессор.
Когда они шли по направлению к Большому залу, Гермиона задумчиво протянула:
— Как ты считаешь, он что-то понял?
— По-твоему, он мог проникнуть через защиту так, чтобы ты не заметила? — скептически фыркнул Том.
— Но согласись, что вел он себя как-то странно, — заявила девушка. — Хотя мы тоже постарались.
Том поймал ее сосредоточенный взгляд. Усмехнулся:
— Старого хрыча надо бить его же оружием. Раз он считает, что самая большая сила в мире — это любовь, вот пусть ее он и получит.
— И будет рад за вас, мистер Риддл, — засмеялась девушка, передразнивая Дамблдора.
Но ее смех быстро погас. Она остановилась у дверей Большого зала.
— Кстати, ты разболтал половине Слизерина намеренно или тебе просто нельзя пить?
Нахмурившись, Том собирался уже ответить, что вовсе не половине, как она прибавила:
— Не забудь, в следующие выходные у нас Париж.
И Гермиона, развернувшись, быстрым шагом направилась к своему месту за столом.
Проклятая девчонка! Как же ему хотелось в этот момент придушить ее, скормить василиску, сжечь на инквизиторском костре. Какое право она имела не страдать? Не бояться, что потеряет его навсегда? Проникать в его прошлое, заставлять считаться с собою? Но чего-то же она должна была бояться! Страх был естественен для любого живого существа — без него не работал механизм самосохранения. Обычно Риддл очень быстро отыскивал слабости и уязвимые точки людей, на которые можно было давить. Но с Гермионой дела обстояли по-другому. Он не нашел ни одной. Нахалку нечем было пугать, ей ничего не было нужно. А от агрессивных действий его сдерживали выгоды их сделки.
Ирония судьбы, бредовая ситуация. Он ненавидел девчонку, но хотел ее, ее общества, а она любила его, но общаться не желала.
Похоже, ему не было дано понять, что такое любовь, и тем более всех ее хитросплетений.
Проклятый Дамблдор! Чтоб его дементор поцеловал, от большой любви!
— Том, зайди ко мне после завтрака, — знакомый голос вывел его из раздумий.
Риддл повернул голову — рядом с ним остановился Слагхорн. Профессор нервно поглаживал рыжий ус и выглядел чрезвычайно озабоченным. Видимо, уже был в курсе.
— Конечно, профессор, — вежливо улыбнулся парень.
Он быстро закончил завтрак и, наградив Гермиону долгим взглядом, поспешил к декану Слизерина. Парень был практически уверен, о чем с ним хотели поговорить.
Слагхорн указал на стул напротив своего кресла:
— Присаживайся, Том, — профессор нервно постукивал пальцами по подлокотнику. — Скажи, ты уже в курсе событий прошлой ночи?
Риддл повесил на лицо маску удивленной невинности:
— Нет. А что случилось?
— Еще одна атака на гр… магглорожденных, — мрачно заявил декан. — И ты должен понимать, что в первую очередь подозревают… кого?
— Слизерин, профессор, — озабоченно нахмурившись, отозвался парень.
— Верно. И думаю, ты догадался, почему я позвал тебя, Том, — Слагхорн перестал постукивать пальцами и теперь смотрел на Риддла в упор.
— Не знаю ли я, кто к этому причастен? — юноша не отвел взгляда, придав ему выражение кристальной честности.
— Совершенно верно, — кивнул профессор. — И ты должен понимать, что школе грозит объявление чрезвычайного положения. Поэтому твой долг старосты сообщить все, что тебе известно, не покрывая товарищей или знакомых. Я готов предположить, что виновники хотели просто пошутить, воспользовавшись слухами о том происшествии с Миртл. Заколдовали скелеты, и что-то могло пойти не так…
Том молчал, все так же смотря в глаза декану, когда тот закончил свою тираду.
— Профессор Слагхорн, — наконец, проникновенно начал он, — а не кажется ли вам, что кто-то намеренно хотел подставить Слизерин? Потому что мне ничего подобного не известно о моих товарищах. И вы сами сказали, что подумают в первую очередь на нас.
Глаза декана расширились.
— Но… но кому могла прийти в голову такая чудовищная мысль? — пробормотал он, в изумлении качая головой.
Легкая усмешка тронула губы Тома, мстительная, злая.
— Конечно же, тому, у кого есть к Слизерину свои счеты, профессор.
Большую часть времени Риддл проводил в библиотеке, используя для приятелей отговорку, что задумал важное дело. И что было примечательно, девушек рядом с ним не обнаруживалось.
Когда они шли по направлению к Большому залу, Гермиона задумчиво протянула:
— Как ты считаешь, он что-то понял?
— По-твоему, он мог проникнуть через защиту так, чтобы ты не заметила? — скептически фыркнул Том.
— Но согласись, что вел он себя как-то странно, — заявила девушка. — Хотя мы тоже постарались.
Том поймал ее сосредоточенный взгляд. Усмехнулся:
— Старого хрыча надо бить его же оружием. Раз он считает, что самая большая сила в мире — это любовь, вот пусть ее он и получит.
— И будет рад за вас, мистер Риддл, — засмеялась девушка, передразнивая Дамблдора.
Но ее смех быстро погас. Она остановилась у дверей Большого зала.
— Кстати, ты разболтал половине Слизерина намеренно или тебе просто нельзя пить?
Нахмурившись, Том собирался уже ответить, что вовсе не половине, как она прибавила:
— Не забудь, в следующие выходные у нас Париж.
И Гермиона, развернувшись, быстрым шагом направилась к своему месту за столом.
Проклятая девчонка! Как же ему хотелось в этот момент придушить ее, скормить василиску, сжечь на инквизиторском костре. Какое право она имела не страдать? Не бояться, что потеряет его навсегда? Проникать в его прошлое, заставлять считаться с собою? Но чего-то же она должна была бояться! Страх был естественен для любого живого существа — без него не работал механизм самосохранения. Обычно Риддл очень быстро отыскивал слабости и уязвимые точки людей, на которые можно было давить. Но с Гермионой дела обстояли по-другому. Он не нашел ни одной. Нахалку нечем было пугать, ей ничего не было нужно. А от агрессивных действий его сдерживали выгоды их сделки.
Ирония судьбы, бредовая ситуация. Он ненавидел девчонку, но хотел ее, ее общества, а она любила его, но общаться не желала.
Похоже, ему не было дано понять, что такое любовь, и тем более всех ее хитросплетений.
Проклятый Дамблдор! Чтоб его дементор поцеловал, от большой любви!
— Том, зайди ко мне после завтрака, — знакомый голос вывел его из раздумий.
Риддл повернул голову — рядом с ним остановился Слагхорн. Профессор нервно поглаживал рыжий ус и выглядел чрезвычайно озабоченным. Видимо, уже был в курсе.
— Конечно, профессор, — вежливо улыбнулся парень.
Он быстро закончил завтрак и, наградив Гермиону долгим взглядом, поспешил к декану Слизерина. Парень был практически уверен, о чем с ним хотели поговорить.
Слагхорн указал на стул напротив своего кресла:
— Присаживайся, Том, — профессор нервно постукивал пальцами по подлокотнику. — Скажи, ты уже в курсе событий прошлой ночи?
Риддл повесил на лицо маску удивленной невинности:
— Нет. А что случилось?
— Еще одна атака на гр… магглорожденных, — мрачно заявил декан. — И ты должен понимать, что в первую очередь подозревают… кого?
— Слизерин, профессор, — озабоченно нахмурившись, отозвался парень.
— Верно. И думаю, ты догадался, почему я позвал тебя, Том, — Слагхорн перестал постукивать пальцами и теперь смотрел на Риддла в упор.
— Не знаю ли я, кто к этому причастен? — юноша не отвел взгляда, придав ему выражение кристальной честности.
— Совершенно верно, — кивнул профессор. — И ты должен понимать, что школе грозит объявление чрезвычайного положения. Поэтому твой долг старосты сообщить все, что тебе известно, не покрывая товарищей или знакомых. Я готов предположить, что виновники хотели просто пошутить, воспользовавшись слухами о том происшествии с Миртл. Заколдовали скелеты, и что-то могло пойти не так…
Том молчал, все так же смотря в глаза декану, когда тот закончил свою тираду.
— Профессор Слагхорн, — наконец, проникновенно начал он, — а не кажется ли вам, что кто-то намеренно хотел подставить Слизерин? Потому что мне ничего подобного не известно о моих товарищах. И вы сами сказали, что подумают в первую очередь на нас.
Глаза декана расширились.
— Но… но кому могла прийти в голову такая чудовищная мысль? — пробормотал он, в изумлении качая головой.
Легкая усмешка тронула губы Тома, мстительная, злая.
— Конечно же, тому, у кого есть к Слизерину свои счеты, профессор.
Глава 23. Париж
Неделя после Хэллуина показалась Гермионе странным сном, происходящим даже не с ней самой. Том больше не поднимал тему разрыва отношений, и ситуация оставалась странно-неопределенной. Он просто избегал девушки. Хотя на людях держался с ней вполне ровно и обыденно. Еще парень предъявил ей обширный список литературы и ингредиентов, которые хотел получить. Гермиона утомилась от этой неопределенности, но лучше было так, чем никак… Мерлин, как же она устала…Большую часть времени Риддл проводил в библиотеке, используя для приятелей отговорку, что задумал важное дело. И что было примечательно, девушек рядом с ним не обнаруживалось.
Страница 96 из 119
