Фандом: Сверхъестественное. Оказалось, не только у Сэма в Калифорнии остались призраки прошлого. И если Сэм сумел с ними расправиться, так или иначе, то у Дина такой возможности еще не было. И теперь его главной задачей стало то, чтобы призраки прошлого не расправились с ним.
Добавить в моё избранное
325 мин, 11 сек 3064
— Никакого сослагательного наклонения.
Убедившись, что Сэм все же расслабился, Дин опустил руку и отошел в сторону.
— Тем более у меня есть идея получше.
Сэм вскинул брови.
— Да? И какая же?
— Увидишь. — Дин усмехнулся. — А теперь давай сюда свое плечо.
Сэм скрестил руки на груди и поджал губы.
— Ну уж нет. Сначала ты.
— Чем дольше ты будешь препираться, тем больше крови из меня вытечет.
— ЧТО? — взгляд Сэма мигом стал паническим и переместился на живот Дина. Стоило Сэму сделать шаг вперед, как Дин отскочил на два назад.
— Да это просто выражение, успокойся ты! — Дин поднял ладони в оборонительном жесте. — Ты из меня все соки высосал этим.
— Уж извините, что беспокоюсь о вас, Ваша светлость, — с ядом в голосе ответил Сэм.
Дин закатил глаза и, схватив Сэма за предплечье, силой усадил на кровать.
— Не ерничай, — с легкой виной в голосе попросил он. — Я тебе даже разрешу поквохтать надо мной. Но ты первый.
— Кто сказал? — Сэм все еще выглядел обиженным. — Твоя рана куда серьезнее моей.
— Я сказал. Старшие должны уступать младшим.
— О, да ладно…
— Заткнись, Сэмми.
Взглядом дав понять, что пререкаться больше не намерен, Дин кивком головы попросил Сэма снять футболку. Поворчав для приличия, Сэм все же подчинился.
Взгляд Дина тут же стал сосредоточенным.
— Тебе повезло, швы не разошлись, я же крутая швея, — аккуратно ощупывая здоровой рукой чуть покрасневшую от недавнего напряжения кожу вокруг швов, произнес Дин. — Немного опухло, но это и понятно.
Сэм нетерпеливо поерзал на кровати.
— Я тебе говорю: чепуха, просто неприятно. Дай, теперь моя очередь.
Дин зарычал, и Сэм, к его удивлению, притих.
— Да посиди ты еще минуту! — Дин продолжил мягко нажимать на кожу и рассматривать швы, проверяя наличие гноя, и все же пришел к выводу, что все действительно в порядке. Ну, в относительном, учитывая, что Сэма могли пристрелить.
— Все, — Сэм не выдержал и, осторожно высвободившись из хватки Дина, натянул футболку. — Давай снимай.
— Вот неймется меня раздеть. Не был бы ты моим братом, я бы подумал кое-что не то, — пробурчал Дин, но все же послушно стянул рубашку, из-за которой на такой жаре чуть не свихнулся, затем — осторожно — футболку. Сэм присел перед ним на корточки, неподвижным взглядом уставившись на его голый живот, и Дину сразу захотелось одеться.
Напомнив себе, что Сэм только во второй раз сейчас увидит его рану, Дин невольно напрягся. Но Сэм на этот раз только на секунду прикрыл и закрыл глаза и выдохнул сквозь зубы. А затем выдал такой трехэтажный мат, что брови Дина поползли наверх.
— Я тебя урою, — ругался Сэм и, встав, направился к своему рюкзаку, чтобы достать из него аптечку. Затем вернулся и, снова присев, стал рыться в ней с сосредоточенным и немного озлобленным видом.
— И какого хрена? — совершенно спокойно поинтересовался Дин. — Ну, сукровица, ну и что? Я не истекаю кровью в агонии.
— Лучше бы тебе заткнуться, — посоветовал Сэм и, достав салфетку, аккуратно и почти невесомо принялся вытирать выступившую на коже жидкость. От этих прикосновений живот Дина слегка вжимался внутрь, вызывая недовольное бурчание Сэма.
— Что тебе еще не нравится? — возмутился Дин, чувствуя себя донельзя неловко. — Я не могу это контролировать, брюшной кожный рефлекс, знаешь ли.
— Не умничай. Насмотрелся в больнице по ящику всякой хрени, и теперь думаешь, что это тебе во всех случаях жизни пройдет, — с видом профессора, изучающего ископаемые останки, Сэм продолжал колдовать над раной Дина. — Тебе повезло, что нитки почти рассосались, иначе…
— Никакого сослагательного наклонения, — повторил Дин, и Сэм смерил его раздраженным взглядом. — Давай уже заканчивай быстрее, я одеться хочу.
— Тебе в больницу надо! У тебя половина органов брюшной полости была повреждена и…
— Сэ-э-эм, — не терпящим возражений тоном произнес Дин, взглядом заставив брата заткнуться. — Если бы у меня внезапно соскочила печень или что там еще, я бы сейчас не мог ходить и уж точно с тобой не разговаривал бы. Не знаю, как так вышло — с моим-то везением, — но я в порядке, — на самом деле Дин и сам не понимал, как ему после такого физического напряжения удалось остаться почти что целым; он помнил, как резануло по животу, когда он оказался растянутым между Рудмейном и скобой. — Кожу в местах швов потянул, не больше. Хватит уже истерить.
Сэм, проглотив ругательства, только вздохнул, осознав, что с Дином спорить бесполезно. Закончив с раной, он еще раз убедился, что нет никакого воспаления, и мысленно поблагодарил докторов, что сделали все в лучшем виде. Дин вполне мог почти буквально разорваться пополам, пока на нем висел Рудмейн.
Убедившись, что Сэм все же расслабился, Дин опустил руку и отошел в сторону.
— Тем более у меня есть идея получше.
Сэм вскинул брови.
— Да? И какая же?
— Увидишь. — Дин усмехнулся. — А теперь давай сюда свое плечо.
Сэм скрестил руки на груди и поджал губы.
— Ну уж нет. Сначала ты.
— Чем дольше ты будешь препираться, тем больше крови из меня вытечет.
— ЧТО? — взгляд Сэма мигом стал паническим и переместился на живот Дина. Стоило Сэму сделать шаг вперед, как Дин отскочил на два назад.
— Да это просто выражение, успокойся ты! — Дин поднял ладони в оборонительном жесте. — Ты из меня все соки высосал этим.
— Уж извините, что беспокоюсь о вас, Ваша светлость, — с ядом в голосе ответил Сэм.
Дин закатил глаза и, схватив Сэма за предплечье, силой усадил на кровать.
— Не ерничай, — с легкой виной в голосе попросил он. — Я тебе даже разрешу поквохтать надо мной. Но ты первый.
— Кто сказал? — Сэм все еще выглядел обиженным. — Твоя рана куда серьезнее моей.
— Я сказал. Старшие должны уступать младшим.
— О, да ладно…
— Заткнись, Сэмми.
Взглядом дав понять, что пререкаться больше не намерен, Дин кивком головы попросил Сэма снять футболку. Поворчав для приличия, Сэм все же подчинился.
Взгляд Дина тут же стал сосредоточенным.
— Тебе повезло, швы не разошлись, я же крутая швея, — аккуратно ощупывая здоровой рукой чуть покрасневшую от недавнего напряжения кожу вокруг швов, произнес Дин. — Немного опухло, но это и понятно.
Сэм нетерпеливо поерзал на кровати.
— Я тебе говорю: чепуха, просто неприятно. Дай, теперь моя очередь.
Дин зарычал, и Сэм, к его удивлению, притих.
— Да посиди ты еще минуту! — Дин продолжил мягко нажимать на кожу и рассматривать швы, проверяя наличие гноя, и все же пришел к выводу, что все действительно в порядке. Ну, в относительном, учитывая, что Сэма могли пристрелить.
— Все, — Сэм не выдержал и, осторожно высвободившись из хватки Дина, натянул футболку. — Давай снимай.
— Вот неймется меня раздеть. Не был бы ты моим братом, я бы подумал кое-что не то, — пробурчал Дин, но все же послушно стянул рубашку, из-за которой на такой жаре чуть не свихнулся, затем — осторожно — футболку. Сэм присел перед ним на корточки, неподвижным взглядом уставившись на его голый живот, и Дину сразу захотелось одеться.
Напомнив себе, что Сэм только во второй раз сейчас увидит его рану, Дин невольно напрягся. Но Сэм на этот раз только на секунду прикрыл и закрыл глаза и выдохнул сквозь зубы. А затем выдал такой трехэтажный мат, что брови Дина поползли наверх.
— Я тебя урою, — ругался Сэм и, встав, направился к своему рюкзаку, чтобы достать из него аптечку. Затем вернулся и, снова присев, стал рыться в ней с сосредоточенным и немного озлобленным видом.
— И какого хрена? — совершенно спокойно поинтересовался Дин. — Ну, сукровица, ну и что? Я не истекаю кровью в агонии.
— Лучше бы тебе заткнуться, — посоветовал Сэм и, достав салфетку, аккуратно и почти невесомо принялся вытирать выступившую на коже жидкость. От этих прикосновений живот Дина слегка вжимался внутрь, вызывая недовольное бурчание Сэма.
— Что тебе еще не нравится? — возмутился Дин, чувствуя себя донельзя неловко. — Я не могу это контролировать, брюшной кожный рефлекс, знаешь ли.
— Не умничай. Насмотрелся в больнице по ящику всякой хрени, и теперь думаешь, что это тебе во всех случаях жизни пройдет, — с видом профессора, изучающего ископаемые останки, Сэм продолжал колдовать над раной Дина. — Тебе повезло, что нитки почти рассосались, иначе…
— Никакого сослагательного наклонения, — повторил Дин, и Сэм смерил его раздраженным взглядом. — Давай уже заканчивай быстрее, я одеться хочу.
— Тебе в больницу надо! У тебя половина органов брюшной полости была повреждена и…
— Сэ-э-эм, — не терпящим возражений тоном произнес Дин, взглядом заставив брата заткнуться. — Если бы у меня внезапно соскочила печень или что там еще, я бы сейчас не мог ходить и уж точно с тобой не разговаривал бы. Не знаю, как так вышло — с моим-то везением, — но я в порядке, — на самом деле Дин и сам не понимал, как ему после такого физического напряжения удалось остаться почти что целым; он помнил, как резануло по животу, когда он оказался растянутым между Рудмейном и скобой. — Кожу в местах швов потянул, не больше. Хватит уже истерить.
Сэм, проглотив ругательства, только вздохнул, осознав, что с Дином спорить бесполезно. Закончив с раной, он еще раз убедился, что нет никакого воспаления, и мысленно поблагодарил докторов, что сделали все в лучшем виде. Дин вполне мог почти буквально разорваться пополам, пока на нем висел Рудмейн.
Страница 81 из 86
