Фандом: Сверхъестественное. Оказалось, не только у Сэма в Калифорнии остались призраки прошлого. И если Сэм сумел с ними расправиться, так или иначе, то у Дина такой возможности еще не было. И теперь его главной задачей стало то, чтобы призраки прошлого не расправились с ним.
Добавить в моё избранное
325 мин, 11 сек 3066
— Зачем?
— Напоследок, — просто ответил Дин.
Сэм закусил нижнюю губу и покосился на брата.
— Знаешь, а я как раз думал, что ты мне скажешь что-то вроде: «Мы должны были спасти Шир, Сэм, и он спасен. Но не для меня» и в первых рядах захочешь отсюда свалить, сверкая пятками, — заметил он полусерьезно-полушутливо. — Причем заметь, мне даже не пришлось менять имя в цитате.
Дин, подняв очки на макушку, взглянул на него с легким раздражением.
— Я за всю свою жизнь хоть раз цитировал «Властелин колец»? — он решил поддержать эту глупую тему, лишь бы ничего Сэму не объяснять.
— А мог бы. У тебя с Фродо довольно много общего.
Взгляд Дина стал просто ледяным, и если бы Сэм не видел, что кончики его губ чуть подрагивают, он бы решил, что Дин на самом деле разозлился.
— Только попробуй провести параллель между его зависимостью от Кольца и дерьмом с Меткой или вспомнить, что я висел над асфальтом, как он — над лавой, и я выкину тебя из машины на ходу, усек?
Сэм только открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дин сразу его перебил категорическим тоном:
— И еще никаких слезовыжимательных финальных выражений типа «Как найти и подобрать нити прежней жизни? Как жить дальше, когда в глубине души начинаешь понимать, что возврата к прежнему нет?» О чем он там ныл-то еще? А, точно, вспомнил, — не замечая насмешливо-ошарашенный взгляд Сэма, он саркастически продолжил: — Есть вещи, которые не лечатся временем, некоторые раны уходят так глубоко, что не заживают никогда«. Оставь это для мыльных опер и рыдающих от экранных соплей дамочек, окей?»
— Ха! — Сэм вскинул вверх кулак, ненароком ударив им по крыше Импалы, от чего Дин недовольно поморщился. — Ты сделал это!
— Что я сделал? — вот теперь, похоже, Дин всерьез начинал злиться.
Сэм ехидно улыбался.
— Ты процитировал. Причем того самого хоббита. И вроде как дословно. И всю фразу целиком. Вау. Я не знал, что ты фанат. — Сэм шутливо чуть ли не исходил восторгом, хотя была какая-то ирония в том, что каждое чертово слово цитаты он мог соотнести с их жизнью, и с Дином в особенности, и на самом деле это было совсем не смешно, но, заикнись он об этом, Дин, вероятно, на полном серьезе выкинул бы его из машины. Да и в любом случае, если в таком ключе все рассматривать… они могли бы и Шекспира под себя подгонять.
Только потому, что он находился за рулем, Дин удержал себя от того, чтобы хлопнуть себя рукой по лбу и покачать головой. Поэтому он просто закатил глаза и сказал:
— Ой, да иди ты… в Мордор, идиот, — он немного помолчал, а затем внезапно начал говорить, сам не зная почему: — В те четыре года, пока ты учился, я… ну, я стал немного чаще попадать в больницы, — заметив, что Сэм начинает мрачнеть, он ткнул указательным пальцем ему в грудь и не терпящим возражений тоном добавил: — Вот только попробуй начать выискивать в моей реплике какие-то скрытые смыслы, я тебе задницу надеру. Что было, то прошло. В общем… когда я попеременно как раз с две тысячи первого по две тысячи четвертый, когда эти три фильма на экраны и выходили, заезжал погостить к медсестричкам по разу или по парочке в год, а может, и больше… — Сэм издал странный звук: то ли смешок, то ли стон, — но Дин его проигнорировал. — На дневном ТВ крутили всякое розовое дерьмо и эти Толкиеновские сказочки. Ну и как ты думаешь, что мне приходилось выбирать? Премьерные фильмы, по которым почему-то все исходили слюнями, или бабские сериалы с соплями? И так выходило не раз и не два. Мне делать было нечего! А свалить сразу не всегда удавалось. По разным причинам, — Сэм что-то пробормотал себе под нос, но Дин не расслышал. — Поэтому убери это удивленное лицо и мысли о том, что мне нужно покупать фанатские плакаты, и если ты сейчас заржешь, клянусь, я ночью подстригу тебя под Голлума. И вообще, какого я черта перед тобой оправдываюсь? Никто не без скелетов в шкафу.
Затем, будто это не он только что сейчас толкал проникновенную и искреннюю речь, Дин обратно надел очки, сжал челюсти и с подчеркнутым вниманием стал следить за дорогой.
Сэм, все еще широко ухмыляясь, вернулся к разглядыванию пейзажей за окном. Но через пару секунд он все же не выдержал.
— Вообще-то, когда я говорил про схожесть тебя и Фродо…
— Сэм, черт тебя задери! Поделились сокровенным, мысленно заплели косички и закрыли тему!
— … я имел в виду волосатые ноги. Но, как я вижу, тебя волнует только ангст… извини.
Дин зарычал, и Сэм поспешно снова отвернулся к окну, чтобы брат не заметил, что он изо всех сил сдерживает смех.
— А сказать про то, что у нас обоих есть шило-в-заднице-по-имени-Сэм, ты забыл, — помолчав, все же ехидно подколол его Дин.
Сэм даже не удостоил его взглядом.
Они приехали уже вечером и, оставив свою обувь в машине, босиком побрели к пляжу. За месяц, что они тут не были, здесь ничего не изменилось, разве что лица людей.
— Напоследок, — просто ответил Дин.
Сэм закусил нижнюю губу и покосился на брата.
— Знаешь, а я как раз думал, что ты мне скажешь что-то вроде: «Мы должны были спасти Шир, Сэм, и он спасен. Но не для меня» и в первых рядах захочешь отсюда свалить, сверкая пятками, — заметил он полусерьезно-полушутливо. — Причем заметь, мне даже не пришлось менять имя в цитате.
Дин, подняв очки на макушку, взглянул на него с легким раздражением.
— Я за всю свою жизнь хоть раз цитировал «Властелин колец»? — он решил поддержать эту глупую тему, лишь бы ничего Сэму не объяснять.
— А мог бы. У тебя с Фродо довольно много общего.
Взгляд Дина стал просто ледяным, и если бы Сэм не видел, что кончики его губ чуть подрагивают, он бы решил, что Дин на самом деле разозлился.
— Только попробуй провести параллель между его зависимостью от Кольца и дерьмом с Меткой или вспомнить, что я висел над асфальтом, как он — над лавой, и я выкину тебя из машины на ходу, усек?
Сэм только открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дин сразу его перебил категорическим тоном:
— И еще никаких слезовыжимательных финальных выражений типа «Как найти и подобрать нити прежней жизни? Как жить дальше, когда в глубине души начинаешь понимать, что возврата к прежнему нет?» О чем он там ныл-то еще? А, точно, вспомнил, — не замечая насмешливо-ошарашенный взгляд Сэма, он саркастически продолжил: — Есть вещи, которые не лечатся временем, некоторые раны уходят так глубоко, что не заживают никогда«. Оставь это для мыльных опер и рыдающих от экранных соплей дамочек, окей?»
— Ха! — Сэм вскинул вверх кулак, ненароком ударив им по крыше Импалы, от чего Дин недовольно поморщился. — Ты сделал это!
— Что я сделал? — вот теперь, похоже, Дин всерьез начинал злиться.
Сэм ехидно улыбался.
— Ты процитировал. Причем того самого хоббита. И вроде как дословно. И всю фразу целиком. Вау. Я не знал, что ты фанат. — Сэм шутливо чуть ли не исходил восторгом, хотя была какая-то ирония в том, что каждое чертово слово цитаты он мог соотнести с их жизнью, и с Дином в особенности, и на самом деле это было совсем не смешно, но, заикнись он об этом, Дин, вероятно, на полном серьезе выкинул бы его из машины. Да и в любом случае, если в таком ключе все рассматривать… они могли бы и Шекспира под себя подгонять.
Только потому, что он находился за рулем, Дин удержал себя от того, чтобы хлопнуть себя рукой по лбу и покачать головой. Поэтому он просто закатил глаза и сказал:
— Ой, да иди ты… в Мордор, идиот, — он немного помолчал, а затем внезапно начал говорить, сам не зная почему: — В те четыре года, пока ты учился, я… ну, я стал немного чаще попадать в больницы, — заметив, что Сэм начинает мрачнеть, он ткнул указательным пальцем ему в грудь и не терпящим возражений тоном добавил: — Вот только попробуй начать выискивать в моей реплике какие-то скрытые смыслы, я тебе задницу надеру. Что было, то прошло. В общем… когда я попеременно как раз с две тысячи первого по две тысячи четвертый, когда эти три фильма на экраны и выходили, заезжал погостить к медсестричкам по разу или по парочке в год, а может, и больше… — Сэм издал странный звук: то ли смешок, то ли стон, — но Дин его проигнорировал. — На дневном ТВ крутили всякое розовое дерьмо и эти Толкиеновские сказочки. Ну и как ты думаешь, что мне приходилось выбирать? Премьерные фильмы, по которым почему-то все исходили слюнями, или бабские сериалы с соплями? И так выходило не раз и не два. Мне делать было нечего! А свалить сразу не всегда удавалось. По разным причинам, — Сэм что-то пробормотал себе под нос, но Дин не расслышал. — Поэтому убери это удивленное лицо и мысли о том, что мне нужно покупать фанатские плакаты, и если ты сейчас заржешь, клянусь, я ночью подстригу тебя под Голлума. И вообще, какого я черта перед тобой оправдываюсь? Никто не без скелетов в шкафу.
Затем, будто это не он только что сейчас толкал проникновенную и искреннюю речь, Дин обратно надел очки, сжал челюсти и с подчеркнутым вниманием стал следить за дорогой.
Сэм, все еще широко ухмыляясь, вернулся к разглядыванию пейзажей за окном. Но через пару секунд он все же не выдержал.
— Вообще-то, когда я говорил про схожесть тебя и Фродо…
— Сэм, черт тебя задери! Поделились сокровенным, мысленно заплели косички и закрыли тему!
— … я имел в виду волосатые ноги. Но, как я вижу, тебя волнует только ангст… извини.
Дин зарычал, и Сэм поспешно снова отвернулся к окну, чтобы брат не заметил, что он изо всех сил сдерживает смех.
— А сказать про то, что у нас обоих есть шило-в-заднице-по-имени-Сэм, ты забыл, — помолчав, все же ехидно подколол его Дин.
Сэм даже не удостоил его взглядом.
Они приехали уже вечером и, оставив свою обувь в машине, босиком побрели к пляжу. За месяц, что они тут не были, здесь ничего не изменилось, разве что лица людей.
Страница 83 из 86
