Фандом: Чип и Дейл спешат на помощь. Пятая часть гексалогии. «Захватите для меня норвежского сыра, я так давно его не ел»… — сказал Рокки Гаечке перед концертом группы «А-Khа». Мышка не придала этой фразе большого значения. Обычная просьба, как раз в духе Рокфора. Вот только он никогда раньше не упоминал, что бывал в Норвегии… Впрочем, нежелание ворошить прошлое не помешает этому самому прошлому при случае напомнить о себе. Берясь за новое дело, Спасатели считают, что оно им вполне по плечу, но вскоре понимают, что всё не так, как кажется на первый взгляд. И что охотники на сей раз не они…
Добавить в моё избранное
306 мин, 8 сек 18905
Вопрос был далеко не праздный, но бурундук практически сразу же отогнал его прочь как несвоевременный. Он всплывет, как только найдет Гаечку. Не раньше…
«Ты можешь утонуть»…
«Поправочка. Она может утонуть. А я обязан ее спасти!»
«Если еще есть кого спасать»…
«Глупости какие-то. Конечно, есть. Не растворилась же она бесследно!»
«Чтобы перестать существовать, растворяться необязательно»…
«Иди ты в лес за желудями! И вообще, не отвлекайся! Ищи!»
Еще несколько гребков. Еще меньше воздуха в защечных мешках. Еще чернее мир вокруг. Волей-неволей начинаешь сомневаться, ныряешь ты всё глубже или, наоборот, взлетаешь всё выше. Вот и звезды замерцали, вот какая-то туманность в поле зрения образовалась… Или это уже холод и кислородное голодание сказываются? Скорее всего, иначе ведь откуда тут звезды и туманности? Надо поморгать и всё пройдет… Вот, так лучше, звезд уже практически нету. Туманность, правда, осталась, если это, конечно, туманность, а не…
Чип с утроенным рвением заработал руками. Холод притуплял ощущения, ухудшал моторику мышц, и не знай бурундук, где находится, решил бы, что упал в чан с киселем. Но он превозмог и себя, и стихию, и сумел подобраться на расстояние вытянутой руки к похожей на золотистое облако развевающейся шевелюре Гайки. Намотав толстую прядь на кулак, Чип поплыл обратно, работая свободной рукой сразу за троих: за себя, за занятую руку и за Гайку, пассивно тащившуюся за ним мертвым грузом…
«НЕТ! ОНА ЖИВА! ЖИВА!»
«Ты до поверхности сначала доплыви»…
Дельное замечание, особенно если учесть, что всё вокруг одинаковое, а запасов воздуха и резервов сил на исправление ошибок в выборе направления нет. Впрочем, с направлением всё просто — надо плыть в сторону, противоположную той, куда указывают ноги Гайки. Но кроме направления, есть еще и расстояние…
«Ерунда! За сколько гребков погрузился, за столько же и выплыву!» — твердил себе Чип, одновременно понимая, что эти расчеты сильно притянуты за уши, ведь тогда он еще не так замерз, работал всеми конечностями и не тянул за собой дополнительный вес. Тем не менее, он добросовестно считал гребки, сперва заставляя себя верить, что точно помнит, сколько их сделал по пути в глубину, потом убеждая себя, что пару раз сбился со счета, а когда и это перестало действовать — что осталось проплыть совсем чуть-чуть. Он был уже близок к тому, чтобы впустить море в легкие и навеки стать его частью, но тут его уже практически не двигавшаяся рука уткнулась во что-то твердое, вода вокруг забурлила, и что-то схватило его за ладонь и рывком подняло над поверхностью воды.
— БОЖЕЧИПБОЖЕТЫЖИВБОЖЕТЫЕЕНАШЕЛ! — уже отчаявшийся увидеть друзей Дейл прямо-таки в истерике бился. Чип плохо разбирал слова, да и не до них ему было: тут бы отдышаться да убедиться, что Гаечка жива. Проверить пульс, дыхание, реакцию зрачков…
— Держи ее! — приказал он Дейлу, поскольку натруженная во время всплытия правая рука отказывалась ему повиноваться. — Выше держи! Голову выше, кому говорят! Вот, ну хоть так…
— Как она? Как? — не столько произнес, сколько простучал зубами Дейл.
— Черт его знает… — процедил сквозь сведенные от напряжения и холода челюсти Чип. Он лихорадочно водил пальцами по шее мышки, но с тем же успехом можно было читать текст шрифтом Брайля в боксерской перчатке. — В смысле, жива, конечно, просто без сознания! С ней всё будет хорошо!
— Это хорошо, — сказал Дейл, не отрывая глаз от безмятежного лица изобретательницы. — Это очень хорошо. Не поможешь держать? А то я рук не чувствую, упущу еще, а я не хочу ее упускать, мне нельзя ее упускать.
— Конечно, Дейл, — Чип завел левую руку под затылок мышки, а правой хотел взять ее за руку, но пальцы не гнулись, поэтому он просто положил кисть ей на локоть. — Легче?
— Наверное, — Дейл отрешенно кивнул. — Я всё равно ничего не чувствую. Не видел бы ее, даже не знал бы, что она здесь, у меня на руках. Хорошо, что мы вместе. Вместе легче. Не так страшно. Как в сказках. «… И умерли они в один день»…
— Прекрати! — крикнул Чип, пытаясь громкостью голоса компенсировать неуверенность тона. — Никто не умрет! И не из таких передряг выбирались! Тонули, горели, падали — и до сих пор живы! Забыл, что ли?
— Нет, не забыл. Правда, она красивая?
— Правда, Дейл, очень.
— Как думаешь, она нас слышит? Мне так много надо ей успеть сказать, пока еще есть время… — Дейл уронил голову на грудь, закрыл глаза и всхлипнул.
— Эй-эй! — прикрикнул на него Чип, видя, что Дейл не торопится ни поднимать голову обратно, ни открывать глаза. — Не спать! Не спать! Лучше посмотри по сторонам и скажи, где берег!
— Какая разница. Он слишком. Далеко. Нас почти час. Везли сюда. На катере.
— Неважно! Это не повод сдаваться! Сдаваться нельзя! Нельзя! — упорствовал Чип, пытаясь убедить не только и даже не столько Дейла, сколько себя самого.
«Ты можешь утонуть»…
«Поправочка. Она может утонуть. А я обязан ее спасти!»
«Если еще есть кого спасать»…
«Глупости какие-то. Конечно, есть. Не растворилась же она бесследно!»
«Чтобы перестать существовать, растворяться необязательно»…
«Иди ты в лес за желудями! И вообще, не отвлекайся! Ищи!»
Еще несколько гребков. Еще меньше воздуха в защечных мешках. Еще чернее мир вокруг. Волей-неволей начинаешь сомневаться, ныряешь ты всё глубже или, наоборот, взлетаешь всё выше. Вот и звезды замерцали, вот какая-то туманность в поле зрения образовалась… Или это уже холод и кислородное голодание сказываются? Скорее всего, иначе ведь откуда тут звезды и туманности? Надо поморгать и всё пройдет… Вот, так лучше, звезд уже практически нету. Туманность, правда, осталась, если это, конечно, туманность, а не…
Чип с утроенным рвением заработал руками. Холод притуплял ощущения, ухудшал моторику мышц, и не знай бурундук, где находится, решил бы, что упал в чан с киселем. Но он превозмог и себя, и стихию, и сумел подобраться на расстояние вытянутой руки к похожей на золотистое облако развевающейся шевелюре Гайки. Намотав толстую прядь на кулак, Чип поплыл обратно, работая свободной рукой сразу за троих: за себя, за занятую руку и за Гайку, пассивно тащившуюся за ним мертвым грузом…
«НЕТ! ОНА ЖИВА! ЖИВА!»
«Ты до поверхности сначала доплыви»…
Дельное замечание, особенно если учесть, что всё вокруг одинаковое, а запасов воздуха и резервов сил на исправление ошибок в выборе направления нет. Впрочем, с направлением всё просто — надо плыть в сторону, противоположную той, куда указывают ноги Гайки. Но кроме направления, есть еще и расстояние…
«Ерунда! За сколько гребков погрузился, за столько же и выплыву!» — твердил себе Чип, одновременно понимая, что эти расчеты сильно притянуты за уши, ведь тогда он еще не так замерз, работал всеми конечностями и не тянул за собой дополнительный вес. Тем не менее, он добросовестно считал гребки, сперва заставляя себя верить, что точно помнит, сколько их сделал по пути в глубину, потом убеждая себя, что пару раз сбился со счета, а когда и это перестало действовать — что осталось проплыть совсем чуть-чуть. Он был уже близок к тому, чтобы впустить море в легкие и навеки стать его частью, но тут его уже практически не двигавшаяся рука уткнулась во что-то твердое, вода вокруг забурлила, и что-то схватило его за ладонь и рывком подняло над поверхностью воды.
— БОЖЕЧИПБОЖЕТЫЖИВБОЖЕТЫЕЕНАШЕЛ! — уже отчаявшийся увидеть друзей Дейл прямо-таки в истерике бился. Чип плохо разбирал слова, да и не до них ему было: тут бы отдышаться да убедиться, что Гаечка жива. Проверить пульс, дыхание, реакцию зрачков…
— Держи ее! — приказал он Дейлу, поскольку натруженная во время всплытия правая рука отказывалась ему повиноваться. — Выше держи! Голову выше, кому говорят! Вот, ну хоть так…
— Как она? Как? — не столько произнес, сколько простучал зубами Дейл.
— Черт его знает… — процедил сквозь сведенные от напряжения и холода челюсти Чип. Он лихорадочно водил пальцами по шее мышки, но с тем же успехом можно было читать текст шрифтом Брайля в боксерской перчатке. — В смысле, жива, конечно, просто без сознания! С ней всё будет хорошо!
— Это хорошо, — сказал Дейл, не отрывая глаз от безмятежного лица изобретательницы. — Это очень хорошо. Не поможешь держать? А то я рук не чувствую, упущу еще, а я не хочу ее упускать, мне нельзя ее упускать.
— Конечно, Дейл, — Чип завел левую руку под затылок мышки, а правой хотел взять ее за руку, но пальцы не гнулись, поэтому он просто положил кисть ей на локоть. — Легче?
— Наверное, — Дейл отрешенно кивнул. — Я всё равно ничего не чувствую. Не видел бы ее, даже не знал бы, что она здесь, у меня на руках. Хорошо, что мы вместе. Вместе легче. Не так страшно. Как в сказках. «… И умерли они в один день»…
— Прекрати! — крикнул Чип, пытаясь громкостью голоса компенсировать неуверенность тона. — Никто не умрет! И не из таких передряг выбирались! Тонули, горели, падали — и до сих пор живы! Забыл, что ли?
— Нет, не забыл. Правда, она красивая?
— Правда, Дейл, очень.
— Как думаешь, она нас слышит? Мне так много надо ей успеть сказать, пока еще есть время… — Дейл уронил голову на грудь, закрыл глаза и всхлипнул.
— Эй-эй! — прикрикнул на него Чип, видя, что Дейл не торопится ни поднимать голову обратно, ни открывать глаза. — Не спать! Не спать! Лучше посмотри по сторонам и скажи, где берег!
— Какая разница. Он слишком. Далеко. Нас почти час. Везли сюда. На катере.
— Неважно! Это не повод сдаваться! Сдаваться нельзя! Нельзя! — упорствовал Чип, пытаясь убедить не только и даже не столько Дейла, сколько себя самого.
Страница 53 из 88
