Северное отчаяние

Она как раз активно ведет поиск альтернативных источников газа, заключает контракты, в том числе и с Норвегией, что России очень не по душе. И если на крупнейшем газовом месторождении Норвегии произойдет крупномасштабный теракт, как думаешь, кого обвинят в первую очередь?

— Россию.

— Именно! Видишь, на самом деле всё очень просто.

— Зачем же обманывать Фина?

— Затем, что такие фанатики, как он, лучше всего работают, когда план совпадает с их идеей фикс.

— Но и впадают в ярость, когда выясняют, что это не так.

— В случае Фина это исключено. Мертвые в ярость не впадают.

Рокфор поджал губы.

— Вот оно что… Значит, он должен будет…

— Да, Рокки. Совершить самоубийственный таран. Впрочем, ему не впервой. Только на сей раз его некому остановить.

— Ну, это мы еще посмотрим.

— Посмотрим, посмотрим, не сомневайся, — Дезире выпрямилась и снова показала на дисплей. — Я тебе прямой эфир организую. Ладно, заболталась я тут с тобой, пора и честь знать. Мне еще нашего ВИПа-камикадзе полночи ублажать, — она соблазнительно покачала бедрами. Некоторые из крыс у нее за спиной облизнулись. Рокфор сглотнул.

— Дэз, ты же не имеешь в виду…

Дезире искоса посмотрела на него, как на умалишенного.

— Нет, конечно, что ты. Я хоть и француженка, но меру знаю. Я устрою ему пир.

— Пир? — не понял Рокфор. — В смысле, кормить его будешь? А почему ночью и тет-а-тет?

— Во-первых, потому что идущие на смерть достойны особых почестей. Во-вторых, потому что членам его команды не следует знать, что их капитан падок на морепродукты.

— А что, они об этом не знают? Он же анчоус!

— Анчоусы, к твоему сведению, питаются планктоном. Это знают, понимают и практикуют почти все его подчиненные, так что это не проблема. Но, сам понимаешь, в пустыне планктона не было, и Фину пришлось есть то, что было под рукой. Ну, то есть, тех, что были под рукой.

Рокфор присвистнул.

— Вот оно что… Он убил и съел свою команду!

— Ну, большая часть погибла сама, но в принципе верно.

— Ясно… Постой! — Рокфор заерзал, заставив крыс изготовиться к броскам, а Дезире обернуться. — Слушай, я тут подумал… А Северный полюс точно не растает? А то, помнится, когда рванула буровая в Мексиканском заливе… Кстати, ее тоже ты?

— Нет, не я, — помотала головой Дезире, — оно само.

— Это хорошо. Ну, то есть, не совсем, но… В общем, там же Гольфстрим практически накрылся. Ну, так писали. Вот я и думаю, Дэз, может, всё-таки не стоит, а? Подумай о жертвах, об экологии. Вдруг твою родную Францию затопит, а? Что ты тогда будешь делать?

— Не будь идиотом, — отрезала Дезире. — Никакой глобальной катастрофы не случится. В конце концов, на буровой есть системы экстренной закупорки скважины, так что огонь туда не дойдет. Впрочем, — добавила она, чуть подумав и склонив голову набок, — даже если всеевропейский потоп вдруг случится, Швейцарские Альпы не затопит, в этом я уверена на триста процентов. Bonne nuit!

— Дэз, погоди! Постой! — вновь попытался остановить ее Рокфор, но на сей раз Дезире осталась безучастной к его зову и грациозной походкой от бедра вышла из карцера. Мортен и конвоиры последовали за ней, закрыв за собой дверь, и Спасатель остался один, не считая, разумеется, тех, кто наблюдал за ним через камеру за зеркалом. Свет гасить явно никто не собирался, возможности освободиться, не подняв тревоги, не было, и Рокфор к своему сожалению и стыду был вынужден признать, что выхода из сложившейся ситуации не видит. Можно было, конечно, просто продать свою жизнь как можно дороже, забрав с собой, ну сколько там, пять, десять крыс-охранников, вряд ли получится больше. Освободиться, разбить камеру и освещение, пусть попробуют сладить с ним в темноте. Ну так они фонари принесут, делов-то. Да, они с Мэтти предполагали и такой вариант развития событий, и готовились к нему, экипировку подбирали соответствующую. Но все приготовления имели смысл лишь в том случае, если живы все остальные, если жив хотя бы кто-то, кроме него. В этом случае он стал бы самым настоящим троянским конем. Но раз подмоги нет и не предвидится…

А может, они всё-таки живы? Может, он рано хоронит друзей? Сколько раз они с честью выходили из безвыходных положений, возвращаясь, считай, с того света?

— Свет хотя бы выключите, ироды! — крикнул Рокфор зеркалу. Ни ответа, ни привета. И свет не выключили, окаянные. А может, нету там никого? Может, это блеф? Нет, вряд ли. Не будет Дезире на блеф полагаться, когда такие фишки на кону. Должен там кто-то сидеть, просто-таки обязан. Причем как раз сейчас, в самом начале смены, они наиболее ретивы и бдительны. Значит, надо ждать. И заодно активно их изматывать.

— Эй, как насчет покормить узника? Морить пленных голодом запрещено Женевской конвенцией!— Чарли, как ты там?!

— Терпимо!