Hwyfar

— Спасибо.

Судя по тому, что улочки были мне совсем не знакомы, оказался я явно не в своем городе и, кажется, еще и не в своей стране. Если этот знакомый тип Арранза меня не вернет обратно, как тот обещал, это могло оказаться проблемой. Ну не спрашивать же таксиста или еще кого, где я нахожусь! Для полноты картины не хватало только небрежно поинтересоваться, в каком времени я очутился. Я фыркнул и лишь покачал головой, заметив вопросительный взгляд таксиста.

Я чувствовал себя странно: ощущение легкости, едва граничащей с эйфорией, идущая кругом голова, а еще казалось, что мир стал немного приглушеннее, все цвета мягче и глубже. Зря я не спросил Арранза, что же на самом деле произошло помимо очевидного — изображать поруганную невинность можно было и позже, а так вряд ли он мне что-то теперь расскажет. И спросить ведь не у кого. Ну что я мог сказать? Извините, меня тут Арранз зачем-то поцеловал, и теперь я не пойму, отчего мне так легко и хорошо. Это даже звучало глупо, хотя сам я понимал, что дело не только в поцелуе. Последняя мысль заставила меня нахмуриться — прошло не так много времени, а я снова на те же грабли. Просто чудесно. Хотя, какие же это были грабли!

Я настолько глубоко задумался, что не сразу заметил, как мы приехали. Машина притормозила возле высоких, причудливо кованых ворот, за которыми можно было увидеть сад и уходящую вглубь дорожку из круглых белых камней. Расплатиться с собой таксист не дал, лишь как-то странно усмехнулся, словно знал какой-то одному ему известный секрет. Пожав плечами, я выбрался наружу, вдыхая чистый ночной воздух, и медленно зашагал вперед. Дорогу освещали лишь звезды, да тусклые фонари, увитые каким-то растением; иногда встречались, словно зависшие в воздухе, фонарики, неизвестно на чем на самом деле державшиеся. Цветы образовывали собой различные геометрические фигуры, а в подстриженных кустах легко угадывались всевозможные мифологические животные. Тихо журчала вода в небольших фонтанах, а в полумраке то и дело мелькали павлиньи хвосты. Вдалеке виднелось белое кирпичное здание, напоминавшее не то роскошный особняк, не то скромный замок, и чем ближе я подходил, тем отчетливее слышал шум, смех и голоса.

Народа собралось здесь немало, и от осознания того, что я вынужден находиться в этой толпе и не мог уйти когда только пожелаю, становилось неуютно. Я скользил взглядом по незнакомым лицам и старался выглядеть при этом естественно, а не загнанно; казаться скорее скучающим, а не отчаянно ищущим. Заметив Сильена в обществе какого-то мужчины, я почти кинулся ему навстречу, но совет Арранза и восторженно-преданный взгляд, каким Сильен на него смотрел, намертво отбили у меня всякое желание подходить ближе. Вместо этого я развернулся и побрел в противоположном направлении; чем быстрее я найду знакомого Арранза, тем лучше — следовало сосредоточиться именно на этом.

— Случайно не меня разыскиваешь? — у меня за спиной вдруг раздался хрипловатый, словно сорванный голос, лениво растягивающий гласные.

Обернувшись, я заметил почти скрытого в тени человека… хотя нет, какой же из него человек. Из-за освещения я его почти не видел, и все, что мог понять, — так это то, что мужчина был почти на голову ниже меня, а потому не мог сказать наверняка, был ли он тем, кого я искал, или нет.

— Зависит от того, кто ты, — настороженно ответил я, не сводя с него глаз.

Незнакомец ненадолго повернулся к свету, позволяя хоть немного рассмотреть себя: тонкий, едва заметный шрам, тянущийся из уголка левого глаза, и чернильная змея, чей хвост обвивал правое предплечье, а шипящая голова находилась на тыльной стороне ладони, которую я заметил, когда тот откидывал капюшон, говорили сами за себя — искал я и впрямь именно его. Пока я его разглядывал, он в свою очередь не сводил с меня изучающего взгляда, умудряясь даже с высоты своего роста смотреть на меня сверху вниз, что неожиданно нервировало. Придя к какому-то для себя выводу, он поманил меня за собой. Убедившись, что нас никто не подслушивает, незнакомец деловито передал мне довольно массивную резную шкатулку из слоновой кости с элементами из черненого серебра.

— Теперь это твоя головная боль, — довольно произнес он.

— А ты уверен, что моя? — непонятно зачем поддразнил его я, видимо, в надежде хоть как-то разрядить обстановку. — Я ведь еще не подтвердил, что я именно тот, кого ты ждал.

— Можешь не сомневаться, даже если бы Арранз не сообщил, как тебя опознать, я бы все равно догадался — ты им насквозь пропах, — он хищно ухмыльнулся, сверкнув пронзительно-желтыми глазами. — Кстати, передай этому перестраховщику мое восхищение.

— Касаемо?

— Касаемо твоего внешнего вида, — несколько позабавленно и отчасти снисходительно ответил он. — Помнится, раньше его иллюзии были не настолько сильными.

Я нервно дернулся, подавляя желание панически оглянуться по сторонам. Мне не нравились ни его слова, ни то, что они с собой несли.