Еще один мальчик

— Вот и верь после этого пророчествам, — криво усмехнулся Бобби. — Всё-таки, прорицания — это лженаука. Никогда нельзя быть суеверным.

Министр в течение последнего диалога между Гарри и Бобби молчал, переглядываясь с портретом Эдварда Эверарда. Наконец, он отвернулся от портрета и словно принял решение.

Министр встал.

— Я мог бы и не говорить Вам… Но я решил сказать всю правду. Роберт, Гарри, простите… Гермиона, слушайте, это очень важно… Роберт, Гарри Поттер невольно прав. Вы действительно не знаете, от чего отказываетесь.

Избранный — не Гарри Поттер. Избранный — Вы.

С самого начала это было пророчество о Вас, Роберт — разве вас не смущало, что его получил именно Ваш отец? И оно исполнилось.

Пророчества, как бы я ни был внутри согласен с Вами, что это суеверие, но практика показывает обратное. Это не лженаука и не шарлатанство. Пророчество Сивиллы Трелони было подлинным с первого до последнего слова, и оно сбылось.

Гермиона тихо ахнула.

— Я даже не слышал ни разу это чертово пророчество до конца, — сказал Бобби.

Министр вздохнул:

— Гарри, а Вы его знаете? Профессор Дамблдор рассказывал, что он передал Вам полный текст пророчества. Вы должны были хранить его в тайне, пока не будет побежден Волдеморт. Я думаю, сейчас можно наконец огласить его до конца.

Гарри медленно продекламировал:

— «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца»…

— И это сказано про меня? «Грядет победитель Темного лорда?» Но ваше пророчество прозвучало сорок лет назад, — сказал Бобби. — Победитель должен был родиться тогда.

— А разве в пророчестве указан год? Только день и месяц.

— Это правда. Пророки часто предсказывают события, которые произойдут много лет спустя, — молвил со стены портрет Эдварда Эверарда. — Знаменитые пророки вроде Нострадамуса предсказывали события, которые произойдут триста лет спустя! В вашем пророчестве написано: «грядет» — то есть случится, произойдет когда-нибудь в будущем, но когда?

— Те, кто услышал пророчество, были уверены, что имеется в виду настоящее. Они сраз стали искать новорожденных младенцев. Вы думаете, что пророчество не проясняло год рождения Избранного, а Дамблдор, Темный лорд и Лестренжи считали иначе, — возразила Гермиона.

Министр снова посмотрел на портрет Эверарда, между ними произошел недолгий мимический диалог и Министр сказал:

— Я не хотел рассказывать об этом… Но именно Альбус Дамблдор обратил мое внимание на то, что Роберт подходит под пророчество Сивиллы Трелони.

Слова министра были встречены ошеломленным молчанием.

— Когда-то я очень доверял Альбусу Дамблдору… До той минуты, как ко мне явился Северус Снейп со своими воспоминаниями, — продолжил министр. — С тех пор я отношусь к планам Дамблдора с большим предубеждением. Но Альбус Дамблдор был первым, кто указал мне, что свое пророчество Сивилла высказала Северусу Снейпу, а не Джеймсу Поттеру и не Фрэнку Лонгботтому.

Ее посетил пророческий дар при виде Северуса Снейпа и никого другого.

— Это не имеет значения. Сивилла является исключительным пророком, она предсказывает будущее всех людей, а не только тех, кто с ней рядом, — сказал отличник Бобби, вспомнив постулаты учебника прорицаний.

— Сивилла Трелони не является исключительным пророком. Она сделала великие предсказания, но исключительными они не стали. Сивиллу Трелони признали исключением, потому что считали Избранным Гарри Поттера, — возразил министр.

— Но Сивилла сделала еще одно исключительное предсказание, — возразил Гарри. — Она предсказала мне воскрешение Темного лорда!

— — Это предсказание тоже не было исключительным, — отрезал министр. — Его считали исключительно только благодаря незнанию, что Вы являетесь крестражем Темного Лорда. Это предсказание было сделано в присутствии лица, который был объектом предсказания. Вы были крестражем Темного лорда, и Темный Лорд в Вашем лице присутствовал при припадке Сивиллы. Я думаю, именно наличие крестража внутри Вас и стало причиной пророческого припадка. Сивилла предсказала воскрешение Темного лорда в присутствии его крестража — в присутствии восьмой части Волдемортовой души.

Гарри вздохнул и поднял руки в знак поражения.

— И потом, были другие признаки. У кентавров и гоблинов тоже есть пророчества об Избранном. Но они отвергали все попытки объединиться с нами, отвергали их и после рождения Гарри Поттера. Только кентавр Флоренц стал помогать нам — и его изгнали из стада.