Фандом: Гарри Поттер. Какова вероятность, что именно ты станешь избранным участником из твоей школы? Однозначно больше, чем быть избранным, не желая принимать участие в отборе. Но даже не это важно. Можно ли выиграть в рулетку, если ты не делал ставку? А если цена — твоя жизнь?
Добавить в моё избранное
447 мин, 6 сек 4272
И сначала испугалась — вдруг что случилось. Но все оказалось гораздо проще. В школу пришел Сириус, уже успел найти Флер и вручил ей милый букетик фиалок. Яркий румянец на щеках француженки явно говорил о том, насколько она удивлена внезапному появлению жениха. Целомудренно поцеловав кончики пальцев Флер, Сириус направился к Нарциссе.
— Ты прибыл в Хогвартс, чтобы подарить невесте букет фиалок? Это так мило, что даже на тебя не похоже, — улыбнулась она.
Сириус подцепил кузину под локоток и повел к лестнице:
— Мерлин с тобой, Нарцисса! Я захватил букетик, потому что меня сюда Дамблдор позвал. Как она, кстати? Держится? Не сильно ее сплетнями достают?
— О, так букетик был в качестве моральной поддержки, — догадалась Нарцисса. — Тогда она продержится до официальной помолвки. Наверное. Да не смотри так на меня! Она сильная девочка. Кажется, даже не замечает всеобщей ненависти. Недавно на нее суп вылили… Она так посмотрела… я прям горжусь ею. Не каждая аристократка сможет настолько унизить взглядом, будучи испачканной в еде.
Сириус хмыкнул. Флер действительно кажется гордой и сильной. Но он-то уже успел понять, что девушка просто привыкла к сплетням.
— Это внешне. А я говорю про саму Флер, а не ее маску безразличия.
Нарцисса махнула рукой, словно говоря о чем-то незначительном:
— Она так в тебя влюблена, что ее сейчас мало что заботит.
Сириус кивнул. По крайней мере, Флер не выглядела расстроенной, скорее удивленной. Сириус помнил слова одной своей бывшей девушки. Она говорила, что иногда в отношениях все решают воспоминания. Если вам было хорошо, то вам есть за что бороться. И Сириус считал, что вполне в его силах создать воспоминания для Флер.
— Тебя позвал Дамблдор? — продолжила разговор Нарцисса.
— Срочное дело. Срочное. Требуется мое присутствие. Без меня просто никак.
Насмехается. Как всегда. Нарцисса с удивлением обнаружила, что они уже стоят в коридоре, что ведет к кабинету директора.
— Мне идти с тобой? — удивилась она.
— Позаботишься о том, чтобы мы не подрались, — предложил Сириус. — Я немного выхожу из себя, когда при мне так много врут. Не хотелось бы устроить одну разрушительную магическую дуэль прямо в школе.
Дорога до кабинета директора не заняла много времени, Сириус назвал пароль — «сахарные перья», и они вместе медленно поднялись до двери. Дамблдор сидел во главе стола, возле него стоял Омут памяти, а сам директор выглядел донельзя мрачным.
— Что-то случилось? — Сириус как обычно устроился в кресле без приглашения, а вот Нарцисса дождалась разрешающего жеста директора, все же она была его подчиненной.
— Я так понимаю, леди Блэк осведомлена о крестражах? — уточнил Дамблдор.
— Полностью, — кивнул Сириус.
— Тогда сразу перейду к сути проблемы. Я начал задаваться вопросом: когда именно Волдеморт стал одержим идеей крестражей? Я начал собирать информацию о его детстве и юности, разговаривал с теми, кто был профессорами в то время и наткнулся на одно затертое воспоминания.
Дамблдор взял флакончик с серебристой субстанцией внутри и неспешно перелил содержимое в Омут памяти.
— Я решил спросить Горация, и он все же проговорился, а затем отдал мне плохо затертый кусочек своих воспоминаний. Прошу, —— директор приглашающе махнул рукой в сторону артефакта.
Сириус вздохнул, но с кресла поднялся. Отрывки памяти можно показывать и на поверхности Омута, но иногда важны не только слова, но и обстановка. Он глубоко вздохнул и провалился в чужие воспоминания.
Сначала все было вполне знакомо. Старый кабинет Слагхорна, разговоры об учебе, любимые лакомства профессора. Сириус не мог сказать: знает ли он кого из этих слизеринцев, но потом рядом появился Дамблдор и указал на высокого темноволосого парня:
— Узнаете? Это Том Реддл, будущий Лорд Волдеморт.
Сириус кивнул. Он видел фотографии, но не запомнил его настолько, чтобы легко узнавать. Внезапно атмосфера в комнате изменилась, их окутал плотный туман и неестественно громкий голос Слагхорна заглушил все посторонние звуки:
— … и пойдете по дурной дорожке, юноша, попомните мои слова!
Туман развеялся так же внезапно, как и появился, а Сириус не сдержался, удивленно спросил:
— Он даже нормально затереть воспоминания не смог?
— Он и эти-то мне отдал после двух бутылок медовухи, так что ничего удивительного, что изменение столь заметно, — объяснил Дамблдор.
Люди в комнате, между тем, начали собираться, и вскоре остался только Том Реддл. Слагхорн поторопил ученика, но тот не стал уходить:
— Профессор, я бы хотел спросить у вас кое-что.
— Спрашивайте, мой мальчик, спрашивайте, — доброжелательно улыбнулся профессор зельеварения.
— Сэр, я хотел бы знать, что вам известно о крестражах?
— Ты прибыл в Хогвартс, чтобы подарить невесте букет фиалок? Это так мило, что даже на тебя не похоже, — улыбнулась она.
Сириус подцепил кузину под локоток и повел к лестнице:
— Мерлин с тобой, Нарцисса! Я захватил букетик, потому что меня сюда Дамблдор позвал. Как она, кстати? Держится? Не сильно ее сплетнями достают?
— О, так букетик был в качестве моральной поддержки, — догадалась Нарцисса. — Тогда она продержится до официальной помолвки. Наверное. Да не смотри так на меня! Она сильная девочка. Кажется, даже не замечает всеобщей ненависти. Недавно на нее суп вылили… Она так посмотрела… я прям горжусь ею. Не каждая аристократка сможет настолько унизить взглядом, будучи испачканной в еде.
Сириус хмыкнул. Флер действительно кажется гордой и сильной. Но он-то уже успел понять, что девушка просто привыкла к сплетням.
— Это внешне. А я говорю про саму Флер, а не ее маску безразличия.
Нарцисса махнула рукой, словно говоря о чем-то незначительном:
— Она так в тебя влюблена, что ее сейчас мало что заботит.
Сириус кивнул. По крайней мере, Флер не выглядела расстроенной, скорее удивленной. Сириус помнил слова одной своей бывшей девушки. Она говорила, что иногда в отношениях все решают воспоминания. Если вам было хорошо, то вам есть за что бороться. И Сириус считал, что вполне в его силах создать воспоминания для Флер.
— Тебя позвал Дамблдор? — продолжила разговор Нарцисса.
— Срочное дело. Срочное. Требуется мое присутствие. Без меня просто никак.
Насмехается. Как всегда. Нарцисса с удивлением обнаружила, что они уже стоят в коридоре, что ведет к кабинету директора.
— Мне идти с тобой? — удивилась она.
— Позаботишься о том, чтобы мы не подрались, — предложил Сириус. — Я немного выхожу из себя, когда при мне так много врут. Не хотелось бы устроить одну разрушительную магическую дуэль прямо в школе.
Дорога до кабинета директора не заняла много времени, Сириус назвал пароль — «сахарные перья», и они вместе медленно поднялись до двери. Дамблдор сидел во главе стола, возле него стоял Омут памяти, а сам директор выглядел донельзя мрачным.
— Что-то случилось? — Сириус как обычно устроился в кресле без приглашения, а вот Нарцисса дождалась разрешающего жеста директора, все же она была его подчиненной.
— Я так понимаю, леди Блэк осведомлена о крестражах? — уточнил Дамблдор.
— Полностью, — кивнул Сириус.
— Тогда сразу перейду к сути проблемы. Я начал задаваться вопросом: когда именно Волдеморт стал одержим идеей крестражей? Я начал собирать информацию о его детстве и юности, разговаривал с теми, кто был профессорами в то время и наткнулся на одно затертое воспоминания.
Дамблдор взял флакончик с серебристой субстанцией внутри и неспешно перелил содержимое в Омут памяти.
— Я решил спросить Горация, и он все же проговорился, а затем отдал мне плохо затертый кусочек своих воспоминаний. Прошу, —— директор приглашающе махнул рукой в сторону артефакта.
Сириус вздохнул, но с кресла поднялся. Отрывки памяти можно показывать и на поверхности Омута, но иногда важны не только слова, но и обстановка. Он глубоко вздохнул и провалился в чужие воспоминания.
Сначала все было вполне знакомо. Старый кабинет Слагхорна, разговоры об учебе, любимые лакомства профессора. Сириус не мог сказать: знает ли он кого из этих слизеринцев, но потом рядом появился Дамблдор и указал на высокого темноволосого парня:
— Узнаете? Это Том Реддл, будущий Лорд Волдеморт.
Сириус кивнул. Он видел фотографии, но не запомнил его настолько, чтобы легко узнавать. Внезапно атмосфера в комнате изменилась, их окутал плотный туман и неестественно громкий голос Слагхорна заглушил все посторонние звуки:
— … и пойдете по дурной дорожке, юноша, попомните мои слова!
Туман развеялся так же внезапно, как и появился, а Сириус не сдержался, удивленно спросил:
— Он даже нормально затереть воспоминания не смог?
— Он и эти-то мне отдал после двух бутылок медовухи, так что ничего удивительного, что изменение столь заметно, — объяснил Дамблдор.
Люди в комнате, между тем, начали собираться, и вскоре остался только Том Реддл. Слагхорн поторопил ученика, но тот не стал уходить:
— Профессор, я бы хотел спросить у вас кое-что.
— Спрашивайте, мой мальчик, спрашивайте, — доброжелательно улыбнулся профессор зельеварения.
— Сэр, я хотел бы знать, что вам известно о крестражах?
Страница 87 из 126
