Фандом: Ориджиналы. Чем может закончиться драка обычного питерского адвоката Олега Хизова с тремя гопниками, приставшими к одинокой женщине в тёмном переулке? В любую другую ночь — ничем хорошим. А что будет, если в неё вмешается рыжеволосый мужчина без возраста, не расстающийся с окованной металлом книгой? В таком случае, нападающих живописно разложат по кустам, а Олег получит визитку с адресом, которого не может существовать в этом городе, и названием фирмы: «Детективное Агентство» Альтаир«.»
Добавить в моё избранное
360 мин, 36 сек 17863
— Да, — медленно ответила женщина. — Но это лишь временная мера.
— Сколько?
— Первая доза — на полгода. В дальнейшем доза будет увеличиваться, а срок действия — сокращаться. Вы уверены…
— Уверен. — Александр усмехнулся, снял пиджак и начал расстёгивать запонку. — Ты рассчитала максимум?
— Три года. Что будет после этого срока, я не знаю. — Из кармана лабораторного халата Жрицы появился шприц с бурой жидкостью. — Наставник. Я не могу отвечать за последствия и привыкание.
— Плевать. — Александр засучил рукав. — Коли.
О том, что Агентство возвышается над городом на гораздо большее количество этажей, чем может показаться, знали многие. Ходили легенды о недоступном тринадцатом этаже, о том, что если трижды нажать кнопку «один» в лифте, идущем с третьего, можно попасть на крышу, с которой видно весь город. Но лишь посвящённые знали, что ниже подвала с оружейной Мо и тренировочным залом есть ещё одно подземелье.
В подвал Светлов спустился лёгким шагом и без трости. Полгода. Месяц. Час. Не важно. Массивные двустворчатые двери распахнулись, повинуясь незаметному жесту. Александр прошёл по грубым каменным ступеням. Постоял, безуспешно пытаясь привыкнуть к мраку. Усмехнулся.
— Ф… — Короткое слово прозвучало, как выстрел, и, повинуясь ему, свет озарил ряд уходящих вдаль огромных стеллажей. Стеллажей, уставленных гробами.
Светлов передёрнул плечами и пошёл вперёд, то и дело сверяясь со шпаргалкой.
— Так, три и налево. Два и направо. Пропустить пять рядов…
Он на мгновение остановился, узрев перед собой два стоящих прямо на полу каменных саркофага. Низко поклонился им и продолжил движение.
— Восемь рядов… налево… четыре… ага, вот оно.
Слева на первой полке снизу лежал металлический гроб со стеклянной крышкой. На торце гроба светились две маленькие красные лампочки. Александр повёл рукой, и тот послушно выехал вперёд. Наплевав на состояние костюма, специалист по связям с общественностью смахнул пыль со стекла и прищурился. Перед ним лежала невероятной красоты светловолосая женщина в короне чёрного стекла.
— «В том гробу твоя невеста», — процитировал Светлов и усмехнулся. — Не приведи боги. Лучше чья-то другая. Хорошо хоть Чёрный Шут решил сегодня не обходить владения. Ну, начали.
Он положил на гроб папку, которую всё это время держал под мышкой, и сплёл пальцами обеих рук сложную фигуру.
— I'est nor kata toll'ke… — прозвучали под сводами запасника Агентства слова древнего языка.
На обложке папки каллиграфическим почерком выделялись слова: «Проект» Королева«.»
Тени было плохо. Не физически — душевно, но она уже успела настолько отвыкнуть от этого состояния, что буквально не находила себе места вот уже часов десять. Поэтому и оказалась на крыльце Агентства, нервно морщась и ёжась под порывами налетавшего ветерка, который обычно не заставил бы её даже укрыть волосами обнажённые плечи. Тень вспоминала глаза Ривы, кривую усмешку Воина, потухший взгляд Светлова — и от этого где-то глубоко внутри становилось всё гаже и муторнее.
— Я — Тень, у меня нет сердца, я ничего не боюсь… — Женщина передразнила сама себя и уныло вздохнула. — Почему же этому сердцу так мерзко, если его нет?
Во рту почудился кислый вкус никотина.
«Научиться, что ли, курить? Палач курит, Алехандро курит… Что-то же они в этом находят. И, говорят, помогает. А моим лёгким от этого ничего не будет, потому что их у меня действительно нет».
Совершенно нелогичный и неправильный стыд перед девочкой, иррациональная невозможность смотреть в глаза начальнику Второго отдела, потерявшему младшего и уже единственного сына (а как забавно и интересно всё начиналось!), неведомая доселе неловкость, не дающая без стука просочиться в кабинет к Алехандро и уж тем более к Его Высочеству… И это при полном отсутствии собственной вины. Тень никогда не была особенно логичной и последовательной в своих действиях и чувствах. Но чтоб настолько!
Тень решительно поёжилась и выудила из пустоты тонкую дамскую сигарету и зажигалку. Задумчиво покрутила их в руках. Затем сунула сигарету в рот, чиркнула колёсиком о кремень и неумело затянулась. Будь она женщиной из плоти и крови — закашлялась бы. Но именно сейчас ей совершенно не хотелось таковой притворяться.
— Вот, что делают с подрастающим поколением отсутствие нормальной работы и цели в жизни, — назидательно произнёс незнакомый мужской голос у неё за спиной. Тень всё-таки закашлялась.
— Я… работаю… — выдавила она сквозь дым.
— Да? — иронично поинтересовался второй голос, тоже мужской, но чуть повыше тембром. — Я бы не был на вашем месте столь уверен. Но хватит об этом. Мы, собственно, пришли посылочку передать. Это Васильевский остров, двенадцатая линия, дом восемьдесят два?
Тень, наконец, обернулась.
— Сколько?
— Первая доза — на полгода. В дальнейшем доза будет увеличиваться, а срок действия — сокращаться. Вы уверены…
— Уверен. — Александр усмехнулся, снял пиджак и начал расстёгивать запонку. — Ты рассчитала максимум?
— Три года. Что будет после этого срока, я не знаю. — Из кармана лабораторного халата Жрицы появился шприц с бурой жидкостью. — Наставник. Я не могу отвечать за последствия и привыкание.
— Плевать. — Александр засучил рукав. — Коли.
О том, что Агентство возвышается над городом на гораздо большее количество этажей, чем может показаться, знали многие. Ходили легенды о недоступном тринадцатом этаже, о том, что если трижды нажать кнопку «один» в лифте, идущем с третьего, можно попасть на крышу, с которой видно весь город. Но лишь посвящённые знали, что ниже подвала с оружейной Мо и тренировочным залом есть ещё одно подземелье.
В подвал Светлов спустился лёгким шагом и без трости. Полгода. Месяц. Час. Не важно. Массивные двустворчатые двери распахнулись, повинуясь незаметному жесту. Александр прошёл по грубым каменным ступеням. Постоял, безуспешно пытаясь привыкнуть к мраку. Усмехнулся.
— Ф… — Короткое слово прозвучало, как выстрел, и, повинуясь ему, свет озарил ряд уходящих вдаль огромных стеллажей. Стеллажей, уставленных гробами.
Светлов передёрнул плечами и пошёл вперёд, то и дело сверяясь со шпаргалкой.
— Так, три и налево. Два и направо. Пропустить пять рядов…
Он на мгновение остановился, узрев перед собой два стоящих прямо на полу каменных саркофага. Низко поклонился им и продолжил движение.
— Восемь рядов… налево… четыре… ага, вот оно.
Слева на первой полке снизу лежал металлический гроб со стеклянной крышкой. На торце гроба светились две маленькие красные лампочки. Александр повёл рукой, и тот послушно выехал вперёд. Наплевав на состояние костюма, специалист по связям с общественностью смахнул пыль со стекла и прищурился. Перед ним лежала невероятной красоты светловолосая женщина в короне чёрного стекла.
— «В том гробу твоя невеста», — процитировал Светлов и усмехнулся. — Не приведи боги. Лучше чья-то другая. Хорошо хоть Чёрный Шут решил сегодня не обходить владения. Ну, начали.
Он положил на гроб папку, которую всё это время держал под мышкой, и сплёл пальцами обеих рук сложную фигуру.
— I'est nor kata toll'ke… — прозвучали под сводами запасника Агентства слова древнего языка.
На обложке папки каллиграфическим почерком выделялись слова: «Проект» Королева«.»
Тени было плохо. Не физически — душевно, но она уже успела настолько отвыкнуть от этого состояния, что буквально не находила себе места вот уже часов десять. Поэтому и оказалась на крыльце Агентства, нервно морщась и ёжась под порывами налетавшего ветерка, который обычно не заставил бы её даже укрыть волосами обнажённые плечи. Тень вспоминала глаза Ривы, кривую усмешку Воина, потухший взгляд Светлова — и от этого где-то глубоко внутри становилось всё гаже и муторнее.
— Я — Тень, у меня нет сердца, я ничего не боюсь… — Женщина передразнила сама себя и уныло вздохнула. — Почему же этому сердцу так мерзко, если его нет?
Во рту почудился кислый вкус никотина.
«Научиться, что ли, курить? Палач курит, Алехандро курит… Что-то же они в этом находят. И, говорят, помогает. А моим лёгким от этого ничего не будет, потому что их у меня действительно нет».
Совершенно нелогичный и неправильный стыд перед девочкой, иррациональная невозможность смотреть в глаза начальнику Второго отдела, потерявшему младшего и уже единственного сына (а как забавно и интересно всё начиналось!), неведомая доселе неловкость, не дающая без стука просочиться в кабинет к Алехандро и уж тем более к Его Высочеству… И это при полном отсутствии собственной вины. Тень никогда не была особенно логичной и последовательной в своих действиях и чувствах. Но чтоб настолько!
Тень решительно поёжилась и выудила из пустоты тонкую дамскую сигарету и зажигалку. Задумчиво покрутила их в руках. Затем сунула сигарету в рот, чиркнула колёсиком о кремень и неумело затянулась. Будь она женщиной из плоти и крови — закашлялась бы. Но именно сейчас ей совершенно не хотелось таковой притворяться.
— Вот, что делают с подрастающим поколением отсутствие нормальной работы и цели в жизни, — назидательно произнёс незнакомый мужской голос у неё за спиной. Тень всё-таки закашлялась.
— Я… работаю… — выдавила она сквозь дым.
— Да? — иронично поинтересовался второй голос, тоже мужской, но чуть повыше тембром. — Я бы не был на вашем месте столь уверен. Но хватит об этом. Мы, собственно, пришли посылочку передать. Это Васильевский остров, двенадцатая линия, дом восемьдесят два?
Тень, наконец, обернулась.
Страница 104 из 105
