Охотница за душами

В эфире — «Голубой огонёк» по второму государственному каналу. Алехандро, чего ты мне никогда не говорил, что с точки зрения этой вашей связи Агентство так похоже на новогоднюю ёлку?

— Потому что я, откровенно, говоря, в этом всём разбираюсь теперь гораздо меньше тебя, — отозвался Светлов. Отозвался громко: динамики были выкручены на максимум.

Тень поморщилась.

— Там на столе наушники с микрофоном валяются, — включилась Птаха. — Нажми такую кнопочку сбоку, и звук пойдёт на них.

— Уже, — лаконично отозвалась Тень, цепляя на голову новую игрушку так, чтобы не мешала очкам Светлова. — Ну что, пост приняла. Чего от меня требуется? И можно я чипсы зажую? Тут с барбекю ещё полпачки недоеденной.

— Жуй что хочешь, под ногами у тебя холодильничек с пивом и прочей жидкостью. От тебя требуется следить, чтоб не прерывались каналы связи, передавать важную общую информацию от Мэрионн — у неё свои функции — и на всякий случай прослушивать переговоры. Вампиры и оборотни не в курсе, что мы их слушаем, — мало ли что интересное попадётся. Хотя, догадываются, наверное. Всё, мы начинаем. Птаха — отбой.

— Светлов — отбой.

— Тень — отбой, — с явным удовольствием отозвалась новоиспечённая связная и отозвала щупики, присосавшись вместо огоньков к нужным каналам связи. Затем размяла пальцы, хрустнула локтями и заграбастала желанную пачку с вредными, но вкусными картофельными ломтиками. — Ну-с, понеслась…

Глава двадцать пятая

которая начинается на диво легко и непринуждённо, а завершается невиданным доселе накалом страстей.

— Гаури, расскажи анекдот? — Воин переключил скорость. — А то тоскливо ехать в тишине.

— Про чукчу? — усмехнулся раскосый оперативник.

— Нет, что-нибудь местное. Про меня, например.

— Не припомню подходящего. Может быть, Лорд что-нибудь слышал в наших коридорах? — Гаури обернулся к заднему сидению джипа. Падре Бэрринг вежливо улыбнулся в ответ:

— Боюсь, ваши сотрудники не сочли меня достойным вашего фольклора.

— Меня тоже, — на лице Алисии читалось сообразное ситуации сожаление. — Жаль, не смогу вас порадовать, Воин.

— Ладно. Тогда я. Короче, приходит мужик к Хозяину Перекрёстка и говорит: хочу, мол мира во всём мире, спокойствия и равновесия. Забирай душу, только обеспечь. Тот мнётся пару минут, потом достаёт откуда-то лист бумаги. Мужик его берёт, смотрит — согласованное разрешение на отпуск. Это, говорит, что такое? А Хозяин ему: «А это вам, Александр Евгениевич, расслабьтесь пару недель и дайте другим спокойно свою работу сделать».

Гаури хрюкнул, дети Каина вежливо похихикали, но большей реакции не последовало. Демон разочарованно покачал головой и перешёл на общий канал связи:

— Птаха, меня тут не любят. У нас до старта операции почти полчаса — нажми кнопку «сделать хорошо», а?

— И-и-и-и доброй вам всем ночи, дорогие радиослушатели, — отозвался в ушах у присутствующих отнюдь не Птахин голос. — Вам крупно повезло, потому что вы только что заполучили в своё распоряжение дипломированного джинна. Джинна — и-и-из — бутылки! Да-да, только что из бутылки, свежий, только что из бутылки, проездом, выполняю ваши желания, большое спасибо за внимание. Кнопка «сделать хорошо» только что нажата, и, очень надеюсь, Птаха меня за это не убьёт. Потому что на экране только что высветилась табличка«Format C: — begin?». Нажму-ка я отмену, пожалуй…

— Ох ты ж… — два из шестнадцати автомобилей, стройной колонной двигавшихся на юго-запад города, сделали резкий вираж и вернулись на прежний курс.

— Предупреждать надо, господа, — раздался по связи голос Витольда. — Это кто у нас в эфире вместо пернатой мамочки?

— Я знаю этот голос, — произнёс Воин. — Равно как и манеру общения с теми, кто этого не ожидает. Это незабвенная и неуловимая временная сотрудница нашего Агентства. — Невольные свидетели безропотно внимали балагану, творящемуся на центральном канале секретной операции. — Тень, я безмерно рад тебя слышать. Раз уж ты у нас в роли исполнителя желаний, то организуй мне прибавку к жалованию, а? А то на новые шторы четвёртый год скопить не могу. И да, отмену всё-таки нажми. А то мало ли что.

— Я не временная сотрудница, а добровольная вольнонаёмная помощница, — педантично уточнила Тень, судя по звуку, чем-то клацая на клавиатуре. — Птаха решила, что хочет пострелять, поэтому временно — я за неё. А по поводу исполнения желаний — тут существуют некоторые оговорки… Но я поговорю с Алехандро, наябедничаю, что ты у меня упёр последнее платье на шторы, и уж какую-нибудь надбавку он тебе наскребёт по сусекам. Если не по шее.

— Значит, прибавки ждать не приходится, — пригорюнился Воин и тут же воспрял духом, — зато хоть шторы компенсирует, змеюка блондинистая.

— Тогда уж «змей». На гордое звание змеюки у нас Жрица претендует, — в голосе Витольда звучала непривычная ирония.