Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
Добавить в моё избранное
922 мин, 1 сек 13183
Ну, а потом в Хогварсте меня уже просветили!
Джеймс давился от беззвучного смеха.
— Нет, я такого не допущу, — наконец произнес он. — Постараюсь все нормально объяснить, а когда придет время, покажу пару приемов, как обмануть, очаровать и обольстить!
Гарри открыл глаза. Воспоминание после сна было очень ярким, но почему-то защипало в носу. Грустно.
Гарри встретил Рона уже возле Общего Зала.
— Как я вижу, тебя помиловали, — легонько укусила Рона Гермиона. — Чтение моей книги отложилось на неопределенный срок?
— Нет, первую главу я уже прочитал, — принялся оправдываться Рон. — Здорово пишешь, Гермиона! Тебе нужно быть писателем.
— Правда? — обрадовалась она. — Но видишь ли, для издания моей брошюрки нужны средства…
— Это к Гарри! — сразу отрезал Рон. — Кстати, Гарри, ты уже вообще перестал спать в своей кровати и спорю на свою метлу — не прочитал ещё этих «Эльфов-рабов».
— Не прочитал, — Гарри почему-то почувствовал, что краснеет.
— У Гарри очень много проблем — это раз, — вступилась за него Гермиона, — и сейчас он ждет, пока мою книжку прочитаешь ты — это два! А в-третьих, у Гарри нет столько денег, чтобы полностью оплатить издание моего труда, поэтому было бы неплохо, если бы ты дал хотя бы немного, — Гермиона выразительно думала про все списанные у неё домашние задания.
— У меня тоже пока мало денег, заработаю — дам, — неловко пробормотал Рон. Даже не владея блокологией, он догадался, на что намекает Гермиона. — О, близнецов потрусите, у них бабок много, и обязаны своим хорошим бизнесом они тебе, Гарри, так что… попроси для своей девушки! Опять этот мерзкий «Голос»!
Гарри посмотрел на упавшую рядом с его тарелкой газету. С первой страницы на него смотрело его собственное лицо, а над фотографией красовался заголовок
Мальчик-Которому-Можно-Все
Гермиона демонстративно отодвинула газету и принялась за завтрак. Рон оглядел гриффиндорцев свирепым взглядом. Все делали вид, что увлечены едой, но их внимание было приковано к лежащим на столах газетам.
Гарри повернулся, чтобы посмотреть, как ведут себя остальные ученики. Большинство разрабатывали план, как тихонько, незаметно для преподавателей прочитать, что же там такое написали про Гарри Поттера. За слизеринским столом Драко Малфой демонстративно развернул страницы и углубился в чтение. Ученики вокруг с завистью на него смотрели, пытались последовать примеру, но косились на преподавательский стол и не решались. Профессора смотрели на детей, на лежащие на столах газеты и на директора Дамблдора, возле которого сидел Снейп, внимательно изучавший напечатанную статью.
Среди хаффелпаффцев мельтешила Люси: ханжески поджав губы и похрюкивая «Нечего читать эту гадость», толстушка собирала газеты.
После завтрака многие расходились, пряча под мантией сложенный «ВГП» или думая о том, что надо бы расспросить у тех, кто прочитал статью про Поттера, о чем она.
Гермиона поднялась, забрала газету и произнесла:
— Я должна знать, какую гадость написали про Гарри.
— Ну, да, конечно, — согласился Рон, — Малфой, сволочь белобрысая, глянь, как на нас смотрит.
Гарри посмотрел в сторону проходящего мимо Драко. Тот многообещающе подмигнул с видом «Ой, а что я про тебя знаю». Гарри ответил ему взглядом, полным отвращения.
Едва довольный Малфой вышел, Гарри пододвинул к себе «Волшебный голос правды» и принялся читать.
В прошлом номере «Волшебного голоса правды» наш корреспондент Правдолюб рассказал нам о родителях Гарри Поттера. Они погибли, дав начало мифу о Мальчике-Который-Выжил. Министерство Магии продолжило создаватье имидж несчастного ребенка-сироты. Маленького Гарри Поттера отдали на воспитание тетке — сестре погибшей Лили Эванс-Поттер Петунии Дурсль. Почему именно ей? Потому что, Альбус Дамблдор якобы наложил на мальчика древнее защитное заклинание, которое действует до тех пор, пока Гарри будет проживать с кровными родственниками. Миссис Дурсль — единственная родственница Гарри Поттера.
История осиротевшей Надежды Волшебного Мира достойна того, чтобы её описали в книге. Помимо Гарри, чета Дурслей воспитывала своего родного сына Дадли — любимого и балованного ребенка. Гарри жил в чулане под лестницей, донашивал за кузеном старую одежду и выполнял по дому всю работу, которую в волшебном мире обычно делают домашние эльфы. Помимо этого Гарри регулярно в качестве наказания запирали в чулане, морили голодом и даже били. В последнем особенно преуспел Дадли, которому любящие родители разрешали все.
Отдавая Гарри Поттера на воспитание Дурслям, профессор Дамблдор догадывался, что мальчику будет нелегко, но не думал, что настолько. Впрочем, если бы Гарри воспитывали в какой-либо приличной волшебной семье, эффект был бы не тот. Счастливый ребенок никому не интересен. А в случае с Дурслями все получалось как нельзя лучше для мифа Министерства Магии.
Джеймс давился от беззвучного смеха.
— Нет, я такого не допущу, — наконец произнес он. — Постараюсь все нормально объяснить, а когда придет время, покажу пару приемов, как обмануть, очаровать и обольстить!
Гарри открыл глаза. Воспоминание после сна было очень ярким, но почему-то защипало в носу. Грустно.
Гарри встретил Рона уже возле Общего Зала.
— Как я вижу, тебя помиловали, — легонько укусила Рона Гермиона. — Чтение моей книги отложилось на неопределенный срок?
— Нет, первую главу я уже прочитал, — принялся оправдываться Рон. — Здорово пишешь, Гермиона! Тебе нужно быть писателем.
— Правда? — обрадовалась она. — Но видишь ли, для издания моей брошюрки нужны средства…
— Это к Гарри! — сразу отрезал Рон. — Кстати, Гарри, ты уже вообще перестал спать в своей кровати и спорю на свою метлу — не прочитал ещё этих «Эльфов-рабов».
— Не прочитал, — Гарри почему-то почувствовал, что краснеет.
— У Гарри очень много проблем — это раз, — вступилась за него Гермиона, — и сейчас он ждет, пока мою книжку прочитаешь ты — это два! А в-третьих, у Гарри нет столько денег, чтобы полностью оплатить издание моего труда, поэтому было бы неплохо, если бы ты дал хотя бы немного, — Гермиона выразительно думала про все списанные у неё домашние задания.
— У меня тоже пока мало денег, заработаю — дам, — неловко пробормотал Рон. Даже не владея блокологией, он догадался, на что намекает Гермиона. — О, близнецов потрусите, у них бабок много, и обязаны своим хорошим бизнесом они тебе, Гарри, так что… попроси для своей девушки! Опять этот мерзкий «Голос»!
Гарри посмотрел на упавшую рядом с его тарелкой газету. С первой страницы на него смотрело его собственное лицо, а над фотографией красовался заголовок
Мальчик-Которому-Можно-Все
Гермиона демонстративно отодвинула газету и принялась за завтрак. Рон оглядел гриффиндорцев свирепым взглядом. Все делали вид, что увлечены едой, но их внимание было приковано к лежащим на столах газетам.
Гарри повернулся, чтобы посмотреть, как ведут себя остальные ученики. Большинство разрабатывали план, как тихонько, незаметно для преподавателей прочитать, что же там такое написали про Гарри Поттера. За слизеринским столом Драко Малфой демонстративно развернул страницы и углубился в чтение. Ученики вокруг с завистью на него смотрели, пытались последовать примеру, но косились на преподавательский стол и не решались. Профессора смотрели на детей, на лежащие на столах газеты и на директора Дамблдора, возле которого сидел Снейп, внимательно изучавший напечатанную статью.
Среди хаффелпаффцев мельтешила Люси: ханжески поджав губы и похрюкивая «Нечего читать эту гадость», толстушка собирала газеты.
После завтрака многие расходились, пряча под мантией сложенный «ВГП» или думая о том, что надо бы расспросить у тех, кто прочитал статью про Поттера, о чем она.
Гермиона поднялась, забрала газету и произнесла:
— Я должна знать, какую гадость написали про Гарри.
— Ну, да, конечно, — согласился Рон, — Малфой, сволочь белобрысая, глянь, как на нас смотрит.
Гарри посмотрел в сторону проходящего мимо Драко. Тот многообещающе подмигнул с видом «Ой, а что я про тебя знаю». Гарри ответил ему взглядом, полным отвращения.
Едва довольный Малфой вышел, Гарри пододвинул к себе «Волшебный голос правды» и принялся читать.
В прошлом номере «Волшебного голоса правды» наш корреспондент Правдолюб рассказал нам о родителях Гарри Поттера. Они погибли, дав начало мифу о Мальчике-Который-Выжил. Министерство Магии продолжило создаватье имидж несчастного ребенка-сироты. Маленького Гарри Поттера отдали на воспитание тетке — сестре погибшей Лили Эванс-Поттер Петунии Дурсль. Почему именно ей? Потому что, Альбус Дамблдор якобы наложил на мальчика древнее защитное заклинание, которое действует до тех пор, пока Гарри будет проживать с кровными родственниками. Миссис Дурсль — единственная родственница Гарри Поттера.
История осиротевшей Надежды Волшебного Мира достойна того, чтобы её описали в книге. Помимо Гарри, чета Дурслей воспитывала своего родного сына Дадли — любимого и балованного ребенка. Гарри жил в чулане под лестницей, донашивал за кузеном старую одежду и выполнял по дому всю работу, которую в волшебном мире обычно делают домашние эльфы. Помимо этого Гарри регулярно в качестве наказания запирали в чулане, морили голодом и даже били. В последнем особенно преуспел Дадли, которому любящие родители разрешали все.
Отдавая Гарри Поттера на воспитание Дурслям, профессор Дамблдор догадывался, что мальчику будет нелегко, но не думал, что настолько. Впрочем, если бы Гарри воспитывали в какой-либо приличной волшебной семье, эффект был бы не тот. Счастливый ребенок никому не интересен. А в случае с Дурслями все получалось как нельзя лучше для мифа Министерства Магии.
Страница 92 из 271
