Фандом: Гарри Поттер. Война закончилась совсем недавно, и герои стараются делать вид, что в их жизнях царят мир и благополучие. Но тогда почему Гарри Поттер не может заснуть без палочки в руках, а Гермиона Грейнджер разучилась улыбаться? Северус Снейп выжил в последней битве, но окончательно потерял цель. Вылечить всех может только один человек — «полоумная» Луна Лавгуд, однако ей самой нужна помощь
Добавить в моё избранное
453 мин, 37 сек 17802
Иногда, лежа в кровати и ожидая прихода сна, Луна вспоминала, как споткнулась на ступеньке-обманке, и Снейп удержал ее. А потом до конца лестничного пролета держал за руку. Его ладонь оказалась теплой, сильной, с шершавой кожей. Это воспоминание вызывало в душе Луны неожиданный подъем, а вот на глаза наворачивались слезы. Больше ни разу он даже не посмотрел на нее чуть более внимательно, чем на обычную студентку.
Однажды вечером, замечтавшись, Луна нарисовала их вместе — высокого, задумчиво смотрящего куда-то вдаль профессора в извечной черной мантии, чуть развевающейся на ветру, и себя с растрепанными волосами, в лиловом платье с желтым поясом, босую.
Какое-то время нарисованная она переминалась с ноги на ногу, а потом боком подобралась к профессору. Тот, не отрывая взгляда от чего-то за пределами листа, обнял девушку за плечи и притянул к себе. Рисунок настоящая Луна разорвала, а потом испепелила обрывки, понимая, что не сможет смотреть на картинку, где их копии стоят, обнявшись.
За два дня до Хэллоуина Луна поняла, что тянуть дальше просто опасно. Вряд ли профессор стал бы без дела пугать ее, а потому, если ей дорог рассудок, нужно было сжать зубы и сделать необходимое. Она решила, что должна пройти инициацию в ночь на тридцать первое октября, и, собрав всю волю в кулак, решила поговорить с Невиллом.
Они шли с последнего на этот день занятия — совместной пары Чар, и, как обычно, сильно отстали от однокурсников.
— Невилл, мне очень надо с тобой поговорить, — начала Луна, чем вызвала на лице парня легкое удивление.
— Мы и так говорим, мне казалось, — ответил он.
— Нет, я имею в виду серьезный разговор, — возразила Луна, и, пока остатки ее решимости не улетучились, быстро спросила: — ты знаешь что-нибудь про инициацию ведьм?
Судя по тому, как мучительно Невилл покраснел, он знал.
— Мне ее необходимо пройти как можно скорее, — едва выдавила из себя Луна, а потом, поняв, что уже самое страшное сказано, начала объяснение. — У меня есть способность, но не хватает сил, чтобы полностью контролировать ее. Если не смогу этого сделать, у меня будут проблемы. В общем, мне нужна помощь.
Все — необходимое сказано. Невилл еще боролся со смущением, а Луна уже ощущала его согласие, однако в глубине души чувствовала, что это будет самой большой ошибкой в жизни.
Спустя минуту Невилл выдавил из себя что-то очень вежливое и куртуазное, заверив в своей готовности сделать ради нее все, что угодно. Отстраненно Луна подумала, что, похоже, воспитание у Невилла прорывается только в очень стрессовых ситуациях.
Они выбрали время — почти как Луна и планировала, вечер Хэллоуина. В праздник будет проще всего, не привлекая лишнего внимания, получить у деканов разрешение и покинуть школу.
Оставшееся время Луна провела непродуктивно — она нервничала и боялась. Ее страшили и предстоящие изменения, и сам процесс, но больше всего она боялась, что испортит жизнь и себе, и своему замечательному другу. На месте Невилла должен был быть другой, и Луна чувствовала это всем сердцем.
К сожалению, этот другой, на ее слова о том, что она выбрала и партнера, и время, и даже место, только кивнул и сказал: «Хорошо». Сквозь почти непробиваемый щит до Луны донесся привкус кислых зеленых яблок и горького шоколада, но расшифровать его она не смогла. Только один раз, вечером тридцатого октября, в самом конце занятия Снейп на одну короткую секунду дотронулся до руки девушки, его взгляд сделался тяжелым и почти больным, а в душе взметнулся кровавый кислый ураган. Но потом он снова взял себя в руки и даже как-то бодро сказал:
— Удачного Хэллоуина.
А когда она направилась к двери, он догнал ее и протянул маленький пузырек из зеленого стекла.
Луна поблагодарила и чуть ли не бегом бросилась в спальню. Сжимать в руке флакончик со взрослым и немного стыдным зельем было ужасно, еще ужаснее, однако, было знать, что дал ей его именно профессор Снейп. Впрочем, придя в себя от смущения, Луна все-таки выпила горькую жидкость — гарантию того, что инициация не повлечет за собой дополнительных проблем.
На следующее утро за преподавательским столом его не было, не появился он и на обеде, и Луна поняла, что уже не увидит его до того момента, пока вместе с Невиллом не вернется обратно в школу. Увы, мечты о том, что он решит по какой-то причине остановить ее, отговорит от этой затеи, остались только мечтами, а точнее — странным, почти не оставшимся в памяти сном.
На уроках в этот день Луна была даже более рассеянной, чем обычно. Чужие вопросы она слышала как будто издалека, и они едва ли могли привлечь ее внимание. Она лишилась трех баллов на Трансфигурации, но даже не сумела из-за этого расстроиться. Сразу после уроков она поднялась в комнату и отправилась в душ, где провела почти сорок минут. Теплая вода помогла ей немного расслабиться и чуть меньше думать о том, что неизбежно произойдет вечером.
Однажды вечером, замечтавшись, Луна нарисовала их вместе — высокого, задумчиво смотрящего куда-то вдаль профессора в извечной черной мантии, чуть развевающейся на ветру, и себя с растрепанными волосами, в лиловом платье с желтым поясом, босую.
Какое-то время нарисованная она переминалась с ноги на ногу, а потом боком подобралась к профессору. Тот, не отрывая взгляда от чего-то за пределами листа, обнял девушку за плечи и притянул к себе. Рисунок настоящая Луна разорвала, а потом испепелила обрывки, понимая, что не сможет смотреть на картинку, где их копии стоят, обнявшись.
За два дня до Хэллоуина Луна поняла, что тянуть дальше просто опасно. Вряд ли профессор стал бы без дела пугать ее, а потому, если ей дорог рассудок, нужно было сжать зубы и сделать необходимое. Она решила, что должна пройти инициацию в ночь на тридцать первое октября, и, собрав всю волю в кулак, решила поговорить с Невиллом.
Они шли с последнего на этот день занятия — совместной пары Чар, и, как обычно, сильно отстали от однокурсников.
— Невилл, мне очень надо с тобой поговорить, — начала Луна, чем вызвала на лице парня легкое удивление.
— Мы и так говорим, мне казалось, — ответил он.
— Нет, я имею в виду серьезный разговор, — возразила Луна, и, пока остатки ее решимости не улетучились, быстро спросила: — ты знаешь что-нибудь про инициацию ведьм?
Судя по тому, как мучительно Невилл покраснел, он знал.
— Мне ее необходимо пройти как можно скорее, — едва выдавила из себя Луна, а потом, поняв, что уже самое страшное сказано, начала объяснение. — У меня есть способность, но не хватает сил, чтобы полностью контролировать ее. Если не смогу этого сделать, у меня будут проблемы. В общем, мне нужна помощь.
Все — необходимое сказано. Невилл еще боролся со смущением, а Луна уже ощущала его согласие, однако в глубине души чувствовала, что это будет самой большой ошибкой в жизни.
Спустя минуту Невилл выдавил из себя что-то очень вежливое и куртуазное, заверив в своей готовности сделать ради нее все, что угодно. Отстраненно Луна подумала, что, похоже, воспитание у Невилла прорывается только в очень стрессовых ситуациях.
Они выбрали время — почти как Луна и планировала, вечер Хэллоуина. В праздник будет проще всего, не привлекая лишнего внимания, получить у деканов разрешение и покинуть школу.
Оставшееся время Луна провела непродуктивно — она нервничала и боялась. Ее страшили и предстоящие изменения, и сам процесс, но больше всего она боялась, что испортит жизнь и себе, и своему замечательному другу. На месте Невилла должен был быть другой, и Луна чувствовала это всем сердцем.
К сожалению, этот другой, на ее слова о том, что она выбрала и партнера, и время, и даже место, только кивнул и сказал: «Хорошо». Сквозь почти непробиваемый щит до Луны донесся привкус кислых зеленых яблок и горького шоколада, но расшифровать его она не смогла. Только один раз, вечером тридцатого октября, в самом конце занятия Снейп на одну короткую секунду дотронулся до руки девушки, его взгляд сделался тяжелым и почти больным, а в душе взметнулся кровавый кислый ураган. Но потом он снова взял себя в руки и даже как-то бодро сказал:
— Удачного Хэллоуина.
А когда она направилась к двери, он догнал ее и протянул маленький пузырек из зеленого стекла.
Луна поблагодарила и чуть ли не бегом бросилась в спальню. Сжимать в руке флакончик со взрослым и немного стыдным зельем было ужасно, еще ужаснее, однако, было знать, что дал ей его именно профессор Снейп. Впрочем, придя в себя от смущения, Луна все-таки выпила горькую жидкость — гарантию того, что инициация не повлечет за собой дополнительных проблем.
На следующее утро за преподавательским столом его не было, не появился он и на обеде, и Луна поняла, что уже не увидит его до того момента, пока вместе с Невиллом не вернется обратно в школу. Увы, мечты о том, что он решит по какой-то причине остановить ее, отговорит от этой затеи, остались только мечтами, а точнее — странным, почти не оставшимся в памяти сном.
На уроках в этот день Луна была даже более рассеянной, чем обычно. Чужие вопросы она слышала как будто издалека, и они едва ли могли привлечь ее внимание. Она лишилась трех баллов на Трансфигурации, но даже не сумела из-за этого расстроиться. Сразу после уроков она поднялась в комнату и отправилась в душ, где провела почти сорок минут. Теплая вода помогла ей немного расслабиться и чуть меньше думать о том, что неизбежно произойдет вечером.
Страница 109 из 128
