Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
Добавить в моё избранное
508 мин, 35 сек 19579
Сама не зная почему, я снова стала называть его на «вы», хотя сейчас это вряд ли было уместно.
Том улыбнулся еще шире, и я вдруг ощутила себя маленькой птичкой, запертой в прекрасной золотой клетке и в то же время так стремящейся к свободе, к былому спокойствию. Ведь кто знает, что сулит эта неволя в следующий миг?
— Я ведь вижу, ты больше не доверяешь мне, — прошептал он, приблизив мое лицо к своему.
Я ощутила на своей щеке его теплое дыхание, вдохнула запах его кожи и едва сдержалась, чтобы не приникнуть к его губам и не разрыдаться от переполнявших меня чувств.
— Это вовсе не так, Том, — прошептала я, понимая, что нет смысла возражать Темному Лорду: так или иначе известно все.
Том тихонько рассмеялся и коснулся губами моей щеки.
— Беллс, ведь мы уже не дети, — прошептал он мне на ухо. — Зачем повторять те ошибки, которые мы совершили в юности по неопытности?
Я хотела что-то сказать, но вдруг поняла, что он прав. Сейчас я себя веду точно так же, как и тогда в школе — страстно желаю Тома, но сдерживаю себя из-за каких-то глупых предрассудков. А ведь тогда ничего бы не изменилось, если бы я поборола свою гордость и пришла к нему раньше.
— Мне просто страшно за нас, — прошептала я. — Мне страшно за всех, кто меня окружает.
Том усмехнулся, запустив пальцы в мои волосы.
— Не бойся, любимая, — сказал он. — Неужели я хоть раз давал тебе повод усомниться в себе?
Перед моими глазами тут же пронеслась картина: мрачная пещера, корчащийся на земле Регулус и сотни мертвецов, желающих затащить меня под воду. А потом вспомнились слова Тома, сказанные в тот вечер возле фонтана. Он ненавидит любовь, презирает всех, кто любит… Но почему же он сейчас говорит мне о любви, а в его взгляде столько боли?
Том провел рукой по моей щеке, легонько поцеловал в губы.
— Вчера вернулся твой муж, — прошептал он сквозь поцелуи. — Ты спала с ним?
Я почувствовала, как сжалось сердце. Из глаз предательски начали течь слезы, которые я не в силах была сдержать, но Том продолжал целовать мое лицо.
— Ты убьешь его за это? — прохрипела я. — Том, пожалуйста…
Он лишь усмехнулся и коснулся языком моей губы.
— Ты себе не представляешь, как бы я хотел это сделать, но… Он ведь твой законный супруг, и… Как же я ненавижу его за то, что он может прикасаться к тебе, когда захочет…
Голос Тома утонул в поцелуе, и я не могла не ответить на него. Он не будет убивать Руди. Это главное.
— Том… — вырвалось у меня. — Я так люблю тебя… Но…
Продолжая касаться губами моего лица, он пробормотал:
— Что, Беллс?
— Прошу, дай мне время, хоть немного…
Силой воли я отстранилась от него и посмотрела сквозь слезы в его глаза. В них читалось непонимание и какая-то слепая надежда.
— Что тебя держит, милая? Почему я не могу понять это?
— Я сама не могу понять себя, Том, — прошептала я, отходя назад.
Он не двигался, глядя на меня в упор. Он казался бесстрастным и в то же время таким удрученным…
— Я обещаю, любимый, все будет хорошо, только прошу, дай мне немного времени… — прохрипела я. Горло разрывали рыдания, и из-за них нормально говорить было невозможно.
Я отвернулась к камину, чувствуя спиной взгляд Тома. «Все наладится, любимый, я в этом уверена», — снова повторила я — скорее, уже для того, чтобы успокоить саму себя, — и сделала еще один шаг, чтобы покинуть Логово. Но я знала, что подобный разговор явно будет не последним.
Что я страдаю по нему,
А смерть, легко меня касаясь,
Склоняла только к одному.
Но звезды жить мне помогали,
А я мечтала все о нем
И я, надежду подавая,
Шагнула в темень ясным днем«.»
Как только я открыла двери спальни, раздался хлопок оконной рамы, и меня окатило потоком холодного воздуха. Я поежилась, мокрые волосы разметались по плечам, а халат распахнулся. Не потрудившись его поправить, я прислонилась спиной к стене, чувствуя, что головная боль усиливается, а к горлу подступает новый приступ тошноты. Все, чего мне сейчас хотелось, — это добраться до постели и поскорее уснуть, чтобы, наконец, избавиться от отвратительных ощущений, преследовавших меня весь день.
Все началось с того, что я проснулась очень рано с невыносимой головной болью, дурнотой и слабостью во всем теле. Ветер и дождь на улице отнюдь не улучшали моего расположения духа. И, конечно же, меня нисколько не радовало, что нужно было собираться на запланированный рейд в Министерство Магии, где предстояло атаковать пару отрядов авроров с целью освобождения арестованных несколько дней назад Пожирателей Смерти. Конечно, по большей части все это было показательным выступлением, ведь вызволить незадачливых Пожирателей можно было и без лишнего шума.
Том улыбнулся еще шире, и я вдруг ощутила себя маленькой птичкой, запертой в прекрасной золотой клетке и в то же время так стремящейся к свободе, к былому спокойствию. Ведь кто знает, что сулит эта неволя в следующий миг?
— Я ведь вижу, ты больше не доверяешь мне, — прошептал он, приблизив мое лицо к своему.
Я ощутила на своей щеке его теплое дыхание, вдохнула запах его кожи и едва сдержалась, чтобы не приникнуть к его губам и не разрыдаться от переполнявших меня чувств.
— Это вовсе не так, Том, — прошептала я, понимая, что нет смысла возражать Темному Лорду: так или иначе известно все.
Том тихонько рассмеялся и коснулся губами моей щеки.
— Беллс, ведь мы уже не дети, — прошептал он мне на ухо. — Зачем повторять те ошибки, которые мы совершили в юности по неопытности?
Я хотела что-то сказать, но вдруг поняла, что он прав. Сейчас я себя веду точно так же, как и тогда в школе — страстно желаю Тома, но сдерживаю себя из-за каких-то глупых предрассудков. А ведь тогда ничего бы не изменилось, если бы я поборола свою гордость и пришла к нему раньше.
— Мне просто страшно за нас, — прошептала я. — Мне страшно за всех, кто меня окружает.
Том усмехнулся, запустив пальцы в мои волосы.
— Не бойся, любимая, — сказал он. — Неужели я хоть раз давал тебе повод усомниться в себе?
Перед моими глазами тут же пронеслась картина: мрачная пещера, корчащийся на земле Регулус и сотни мертвецов, желающих затащить меня под воду. А потом вспомнились слова Тома, сказанные в тот вечер возле фонтана. Он ненавидит любовь, презирает всех, кто любит… Но почему же он сейчас говорит мне о любви, а в его взгляде столько боли?
Том провел рукой по моей щеке, легонько поцеловал в губы.
— Вчера вернулся твой муж, — прошептал он сквозь поцелуи. — Ты спала с ним?
Я почувствовала, как сжалось сердце. Из глаз предательски начали течь слезы, которые я не в силах была сдержать, но Том продолжал целовать мое лицо.
— Ты убьешь его за это? — прохрипела я. — Том, пожалуйста…
Он лишь усмехнулся и коснулся языком моей губы.
— Ты себе не представляешь, как бы я хотел это сделать, но… Он ведь твой законный супруг, и… Как же я ненавижу его за то, что он может прикасаться к тебе, когда захочет…
Голос Тома утонул в поцелуе, и я не могла не ответить на него. Он не будет убивать Руди. Это главное.
— Том… — вырвалось у меня. — Я так люблю тебя… Но…
Продолжая касаться губами моего лица, он пробормотал:
— Что, Беллс?
— Прошу, дай мне время, хоть немного…
Силой воли я отстранилась от него и посмотрела сквозь слезы в его глаза. В них читалось непонимание и какая-то слепая надежда.
— Что тебя держит, милая? Почему я не могу понять это?
— Я сама не могу понять себя, Том, — прошептала я, отходя назад.
Он не двигался, глядя на меня в упор. Он казался бесстрастным и в то же время таким удрученным…
— Я обещаю, любимый, все будет хорошо, только прошу, дай мне немного времени… — прохрипела я. Горло разрывали рыдания, и из-за них нормально говорить было невозможно.
Я отвернулась к камину, чувствуя спиной взгляд Тома. «Все наладится, любимый, я в этом уверена», — снова повторила я — скорее, уже для того, чтобы успокоить саму себя, — и сделала еще один шаг, чтобы покинуть Логово. Но я знала, что подобный разговор явно будет не последним.
Глава 28. Дыхание весны
«Мне было больно признаваться,»Что я страдаю по нему,
А смерть, легко меня касаясь,
Склоняла только к одному.
Но звезды жить мне помогали,
А я мечтала все о нем
И я, надежду подавая,
Шагнула в темень ясным днем«.»
Как только я открыла двери спальни, раздался хлопок оконной рамы, и меня окатило потоком холодного воздуха. Я поежилась, мокрые волосы разметались по плечам, а халат распахнулся. Не потрудившись его поправить, я прислонилась спиной к стене, чувствуя, что головная боль усиливается, а к горлу подступает новый приступ тошноты. Все, чего мне сейчас хотелось, — это добраться до постели и поскорее уснуть, чтобы, наконец, избавиться от отвратительных ощущений, преследовавших меня весь день.
Все началось с того, что я проснулась очень рано с невыносимой головной болью, дурнотой и слабостью во всем теле. Ветер и дождь на улице отнюдь не улучшали моего расположения духа. И, конечно же, меня нисколько не радовало, что нужно было собираться на запланированный рейд в Министерство Магии, где предстояло атаковать пару отрядов авроров с целью освобождения арестованных несколько дней назад Пожирателей Смерти. Конечно, по большей части все это было показательным выступлением, ведь вызволить незадачливых Пожирателей можно было и без лишнего шума.
Страница 94 из 133
