Вампиры

Но сейчас, именно сейчас я не могу остаться с тобой. Это очень важно, понимаешь? Если бы мне предложили заново прожить всю мою жизнь, и спросили, хочу ли я избавиться от безумия в обмен на то, что сегодня меня здесь не будет, я отказался бы. Понимаешь? Я должен участвовать в этом. Прошу, Шарли, выбери корабль, выбери планету. Тебя отвезут туда вместе с деньгами и пищей. И я прилечу к тебе, обещаю, как только смогу.

Шарлотта кусала губы, перебирая в голове варианты. Что она может? Заставить его? Нет, раз Николас настолько увлечен, значит, все уговоры бесполезны. Последовать за ним? Да, только так они смогут быть вместе.

— Я поговорю с Хантером, — решительно сказала Шарлотта. — Попрошу его, чтобы он позволил мне лететь вместе с вами. Не думаю, что мое присутствие может кому-то серьезно повредить. Если путешествие будет долгим, возможно, им захочется развлечься, и я спою что-нибудь. В конце концов, я могу убирать, следить за запасами крови. Если будет нужно, я научусь чинить технику на корабле! — она топнула ногой и просверлила взглядом брата. — Не думай, что ты можешь избавиться от меня только из-за того, что я вдруг стала тебе неудобна. Мы будем вместе. Я даже не надеялась, что когда-нибудь ты вернешь себе способность… что когда-нибудь ты станешь нормальным. И теперь, когда мы снова можем быть вместе, ты собрался улететь от меня? Нет, Ники, я не согласна.

Они хмуро разглядывали друг друга, но потом Шарлотта не выдержала — бросилась на шею брату, обняла и разрыдалась. Даже без парадной формы, даже без объяснений о важности предстоящей операции она чувствовала, что Николас подготовился к чему-то по-настоящему важному. Важному и опасному одновременно.

Приближение корабля Гилхард заметил, когда тот уже приземлился. Обычный транспортник, с опознавательными знаками гражданского имперского флота: голубой контур птицы и желтые звезды вокруг. Смотреть на такое посреди безбрежной пустыни было странно, словно Гилхард слишком глубоко задремал, и частичка его яркого сна проникла в реальность.

— Ждем вас на борту, милорд, — крикнул незнакомый вампир, показавшись в проходе.

Гилхард колебался недолго. Узнать координаты выработанной, истощенной планеты могли только у Моргана. Оставалась еще весьма неожиданная лазейка, но от нее Гилхард отмахнулся, как от бредовой. Заключалась она в слабой вероятности, что Дориан по какой-то причине захочет смерти младшего Корвина Сиятельного, задаст своему защитнику прямой вопрос: неизвестно ли тому, где сейчас находится Гилхард, — и тогда, поставленный в тупик, Мор выдаст убежище. Слишком много надуманных факторов.

— Куда направляемся? — спросил Гилхард, оказавшись в удобном кресле гражданского судна.

— Не было указаний давать вам такую информацию, милорд, — ответил пилот, щелкая тумблерами для подготовки к старту.

Гилхард вздохнул и откинулся на спинку кресла. Что ж, если Морган считает нужным держать эту информацию в секрете, вероятно, у него есть для этого основания.

Вера Гилхарда в древнее существо за время импровизированной ссылки на планете-пустыне переросла из доверия во что-то близкое к одержимости, и хотя аристократ отдавал себе в этом отчет, было сложно относиться к поступкам Мора иначе. Как тот успел спасти их всех? Почему, несмотря на сотворенные им чудеса, бросил бедняжку Элджерона? Как их не нашли на планете, где собрались флотилии нескольких корпораций?

Он давал отдых изнуренному пустыней телу и предвкушал подробный обстоятельный рассказ.

Вампир в штатском, который первым поприветствовал Гилхарда в его заточении, извлек из внутреннего кармана фляжку для крови и протянул, вежливо отведя взгляд. Было видно хорошие манеры и благосклонное отношение, так что все тревоги покинули Гилхарда окончательно.

— Как вас зовут? — поинтересовался он, принимая фляжку.

— Эдриан, милорд, — ответил вампир, разглядывая подошвы собственных сапог.

— Скажите, Эдриан, нам придётся лететь долго?

— Пару часов, милорд.

Гилхард сделал глоток синтетической крови и заглянул в лобовое стекло, пытаясь отыскать взглядом ещё один корабль, облака или хоть что-то, за что мог зацепиться взгляд. Впрочем, пару часов нельзя было даже сравнить с десятком месяцев без общения, пищи и возможности видеть что-либо, кроме песка и звезд.

Корабль летел осторожно, неторопливо. Гилхард почти отвык путешествовать с комфортом граждан, перебиваясь редкими транспортными суденышками частных компаний. В прошлом он чаще садился на жесткие скамейки военных, а еще раньше — и вовсе лишен был такой привилегии, как путешествие в глубины космоса.

Тонкая кожа сиденья скрипела от неосторожных движений, мягкий силикат наполнителя шуршал, и Гилхард закрыл глаза, растворяясь в звуках и воспоминаниях. Полёт прошёл для него как одно мгновенье.

— Прибыли, милорд, — возвестил Эдриан, но прикасаться к аристократу, чтоб разбудить, не стал.