В тихом омуте

Даррен решил жениться, мне ничего не оставалось делать, как уйти в сторону. А потом твоя мама переехала по соседству. Мне она нравилась, но жениться я не планировал. Но ты знаешь свою маму, она была очень настойчива, — он тихо усмехнулся, и Маркус отзеркалил его улыбку.

— Мы поженились, родился ты, а через четыре года я случайно встретил Вуда в супермаркете, и все пошло крахом.

Пока Джош рассказывал, они успели наконец доехать до бара и остановиться напротив. Разговор не был закончен, но снова повисла тишина. Маркус уставился в окно, пытаясь сделать вид, что сказанное отцом его мало волнует, но напряжение внутри нарастало, поэтому он резко выпалил:

— Так значит, я обязан мистеру Вуду тем, что родился? Если бы он не бросил тебя тогда, меня бы и в помине не было, — он шумно вздохнул и сжал пальцы в кулаки. — Неудивительно, что тебя так мало интересовала моя жизнь, — злость снова закипела, и её было сложно игнорировать.

Отец вопреки ожиданиям не спешил оправдываться, и за это его хотелось либо приложить головой об руль, либо уткнуться ему в плечо и разрыдаться. Вместо этого, увидев, как Джош нервным движением достал сигареты, он попросил:

— Дай мне одну.

Тот покосился на него, очевидно, раздумывая, но в результате все-таки протянул пачку и дождался, пока Маркус вытянет себе одну сигарету. После пары затяжек Джош вернулся к прерванной теме. Он говорил медленно, как будто взвешивая каждое слово, что, откровенно говоря, не очень вязалось с тем, каким Маркус успел его узнать: вспыльчивым и взрывным, не лезущим за словом в карман. Та деликатность, с которой он пытался говорить, больше подошла бы тому же Вуду. Маркуса это нервировало.

— Каждый тогда может сказать, что появился на свет благодаря воле случая. Кто-то столкнулся в магазине, кого-то познакомила подруга, есть те, кто повстречались на праздниках или даже на похоронах. Что тогда получается? Дети последних должны быть благодарны, что кто-то своевременно склеил ласты?

— Но ты воспринимаешь свои отношения с мамой как ошибку, — утвердительно выпалил Маркус.

— Нет, — Джоша качнул головой. — Я много что хотел бы исправить, много, о чем сожалею, но никогда — о том, что у меня есть сын.

Маркус и сам понимал это, но тот самый пресловутый подростковый максимализм словно не позволял принимать взвешенные рассудительные и взрослые решения. Ему было жаль Одри, было жаль себя, но почему-то совсем не было жаль Джоша. Должно быть, потому, что он никак не мог полноценно воспринимать этого, хоть и крутого с виду, мужика как своего отца. А потому обвинять его было куда проще, чем истеричную Одри, в этой ситуации однозначно оказавшуюся жертвой обстоятельств.

Между ними повисло напряжение, и Маркус был рад наконец закончить разговор.

— Приехали, — затушив сигарету, Джош сделал знак, что пора выходить из машины.

Следующие пару часов Маркус мог смело назвать лучшими в своей жизни. В баре, куда отец привёз его, было громко и людно, и поначалу Флинт даже засомневался, что им удастся найти свободный бильярдный стол. Но, видимо, его отец был завсегдатаем, потому что стоило ему кивнуть парню за барной стойкой, как тот указал им направление. Был ещё вариант, что Флинт-старший просто забронировал стол, но приятнее было думать, что он просто крут, и все его узнают.

В бильярде Маркус оказался полным профаном, хотя раньше он считал, что неплох в этом.

— Не бей так сильно, — отец то и дело давал советы, и Маркус внимательно слушал, пытаясь делать все в точности, как он говорил. — Расслабь руки. Тебе не нужно много сил, чтобы загнать шар в лузу, а всего один точный удар.

К сожалению, Маркус лишь больше напрягся, пытаясь просчитать, с какой силой стоит ударить по шару, и в результате его рука дрогнула, и удар пришелся несколько вскользь, отчего шар закрутился и ушел по неверной траектории, словно назло выстраиваясь так, что следующий удар однозначно должен был стать удачным.

— Черт, — Флинт резко выпрямился и отошел от стола, пропуская отца вперед. Тот окинул внимательным взглядом стол и, словно красуясь, покрутил кий в руках. Маркус надеялся, что ему не придет в голову подыгрывать и специально косячить, хотя и выиграть ему тоже хотелось. Джош явно видел комбинацию несколько иначе, потому что вместо стопроцентного и легкого попадания в лузу он внезапно выбрал совсем иной шар. Маркус попытался прикинуть, каким образом тот планирует забить, и выглядело это чересчур сложным.

— Как-то так, — самодовольно произнес Джош, попав точно в цель, и Маркус демонстративно закатил глаза. И как только ему могло прийти в голову, что тот может поддаться.

— Флинт! — раздалось вдруг, и они с отцом синхронно обернулись.

К их столу приблизился очень высокий широкоплечий мужчина с длинными черными патлами и бородой. Он с подозрением покосился на Маркуса и протянул Джошу свою огромную ладонь.