Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фику «Плыть по течению». После нападения на Хогвартс Волдеморт собирается с силами, чтобы отомстить и уничтожить Орден Феникса. Знак Мрака над Министерством, черные коты, яды, инквизиторы, Учебная группа и Гарри Поттер. А где же Северус Снейп?
Добавить в моё избранное
249 мин, 32 сек 14054
— Радуйтесь, что Министерство в наших руках, иначе никто из вас не пережил бы этой ночи! Кто-нибудь заметил что-нибудь подозрительное?
— Нет, мой Лорд. Но магия монументов мешает засечь слабые колебания силы… — начал объяснять Макнейр.
— Sanguiflus! — оборвал его Волдеморт своим любимым заклятьем. Макнейр взвыл и вытер кровь, начавшую сочиться из его глазниц, ушей и носа. — Идиоты! Вы что, думаете, Дамблдор настолько глуп, что отправится сюда безо всякой защиты? Именно за слабыми колебаниями магии вы и должны следить!
Нагини скользнула ближе к нему и свернулась, точно напряженная пружина. Темный Лорд знал — его змея ведет себя так только когда приближается опасность. Знаком показав Пожирателям, чтобы они заняли условленные позиции, он в тихой ярости подумал — как Дамблдор узнал местонахождение его главной базы?
Однако теперь, воочию увидев Снейпа, он уже знал ответ. Именно Снейп приготовил зелье, которое отправило Беллатрикс в кому, и именно он проник в ее разум, вызнав все секреты. Снейп! Он снова и снова повергает в прах все планы!
Но не в этот раз. Теперь Том не проиграет. Перевес на его стороне, и серьезный перевес, заработанный пятнадцатью годами неустанного труда после той проклятой октябрьской ночи. Теперь нельзя проиграть.
Вдруг из-за могучих камней, окружающих верхушку холма, выпорхнули стайки ярких желтых канареек и полетели прямо к Пожирателям. Ярко раскрашенные и отчаянно щебечущие, они неслись, словно миниатюрные камикадзе.
Волдеморт таращился на эти смехотворные снаряды чуть дольше, чем было необходимо, прежде чем начал действовать. Даже не делая попытки увернуться от заклятий Пожирателей, птички приземлились и взорвались, будто миниатюрные гранаты, разбросав землю и камни, заставив Пожирателей покинуть их позиции и наполнив внутренний круг Стоунхенджа густым дымом.
Темный Лорд нетерпеливо взмахнул палочкой, чтобы заставить дым исчезнуть, когда рядом с ним раздался голос — негромкий, но, казалось, проникающий в самые потаенные уголки его существа:
— Мне следовало бы ударить в спину, но это не мой стиль.
Волдеморт обернулся и увидел прямо перед собой Гарри Поттера. Мальчик стоял с поднятой палочкой, яркие зеленые глаза невидяще смотрели куда-то вперед. Вокруг них клубился туман, легкий ветерок чуть развевал лохматую шевелюру Гарри, а в его неподвижных глазах застыла такая решимость, что Темному Лорду он показался никем иным, как юной версией слепого Правосудия.
— Крусио!
— Диверто! — спокойно парировал Гарри, будто бы находясь в классе Люпина. Страшное, непростительное проклятье врезалось в монументальный каменный зубец рядом с ним. Волдеморт не мог поверить собственным глазам — доселе никому не доставало силы, чтобы отразить его пыточное проклятье. Поступок Поттера породил в Томе странную, неожиданную реакцию.
В его сердце появился противный, ледяной страх.
Дым от взорвавшихся канареек-камикадзе рассеялся, и явил триумф творческого гения близнецов Уизли. Огромная арена в центре Стоунхенджа превратилась в испытательный полигон для их выдумок.
— Джордж! Хорьковые марципанчики! — счастливо заорал Фред, бросая в сторону маленькой группки Пожирателей нечто, похожее на пригоршню невинных леденцов. Однако стоило конфеткам коснуться их, как недоумевающие Пожиратели начали покрываться шерстью, их уши удлинились, а из-под мантий показались пушистые хвосты, окончательно придав бойцам вид грызунов, неспособных не то чтобы произносить заклинания, но и держать палочки.
— Определенно, продукт прошел испытания на «отлично»! — через плечо крикнул Джордж и проворно — как двигались все в Учебной группе — уклонился от запущенных в него смертельных заклятий. В ответ он воспользовался штукой, специально припасенной для агрессивно настроенных взрослых: быстро обмакнув кончик палочки в бутылку с каким-то зельем, юноша вытащил ее и подул — в воздух взмыли сотни пузырей. Взлетев над каменным кругом, они начали расти, и вдруг устремились вниз, к настороженным Пожирателям, достигнув их и обездвижив, словно огромное количество жевательной резинки. Остальные пузыри, расплывшись по земле за пределами каменного круга, сделали внутреннюю область, где шло сражение, весьма труднодоступной снаружи.
Заклинания Гермионы и Рона, сражающихся спина к спине, казались не такими замысловатыми, как штучки близнецов, но достаточно эффективными. Вражеские проклятья оставили свой след на них обоих, но, несмотря на ранения, гриффиндорцы успешно пресекали все попытки Пожирателей проникнуть туда, где происходила главная схватка — между Волдемортом и Гарри Поттером.
Невилл впервые в жизни ощутил, что сражается во имя собственного отца. Он обеспечивал неприкосновенность Гарри и его противника с другой стороны круга.
— Нет, мой Лорд. Но магия монументов мешает засечь слабые колебания силы… — начал объяснять Макнейр.
— Sanguiflus! — оборвал его Волдеморт своим любимым заклятьем. Макнейр взвыл и вытер кровь, начавшую сочиться из его глазниц, ушей и носа. — Идиоты! Вы что, думаете, Дамблдор настолько глуп, что отправится сюда безо всякой защиты? Именно за слабыми колебаниями магии вы и должны следить!
Нагини скользнула ближе к нему и свернулась, точно напряженная пружина. Темный Лорд знал — его змея ведет себя так только когда приближается опасность. Знаком показав Пожирателям, чтобы они заняли условленные позиции, он в тихой ярости подумал — как Дамблдор узнал местонахождение его главной базы?
Однако теперь, воочию увидев Снейпа, он уже знал ответ. Именно Снейп приготовил зелье, которое отправило Беллатрикс в кому, и именно он проник в ее разум, вызнав все секреты. Снейп! Он снова и снова повергает в прах все планы!
Но не в этот раз. Теперь Том не проиграет. Перевес на его стороне, и серьезный перевес, заработанный пятнадцатью годами неустанного труда после той проклятой октябрьской ночи. Теперь нельзя проиграть.
Вдруг из-за могучих камней, окружающих верхушку холма, выпорхнули стайки ярких желтых канареек и полетели прямо к Пожирателям. Ярко раскрашенные и отчаянно щебечущие, они неслись, словно миниатюрные камикадзе.
Волдеморт таращился на эти смехотворные снаряды чуть дольше, чем было необходимо, прежде чем начал действовать. Даже не делая попытки увернуться от заклятий Пожирателей, птички приземлились и взорвались, будто миниатюрные гранаты, разбросав землю и камни, заставив Пожирателей покинуть их позиции и наполнив внутренний круг Стоунхенджа густым дымом.
Темный Лорд нетерпеливо взмахнул палочкой, чтобы заставить дым исчезнуть, когда рядом с ним раздался голос — негромкий, но, казалось, проникающий в самые потаенные уголки его существа:
— Мне следовало бы ударить в спину, но это не мой стиль.
Волдеморт обернулся и увидел прямо перед собой Гарри Поттера. Мальчик стоял с поднятой палочкой, яркие зеленые глаза невидяще смотрели куда-то вперед. Вокруг них клубился туман, легкий ветерок чуть развевал лохматую шевелюру Гарри, а в его неподвижных глазах застыла такая решимость, что Темному Лорду он показался никем иным, как юной версией слепого Правосудия.
Глава 19
«Гриффиндорское благородство — твоя слабость», — подумал Волдеморт, наставив на подростка палочку и вместо ответа выпалив проклятье:— Крусио!
— Диверто! — спокойно парировал Гарри, будто бы находясь в классе Люпина. Страшное, непростительное проклятье врезалось в монументальный каменный зубец рядом с ним. Волдеморт не мог поверить собственным глазам — доселе никому не доставало силы, чтобы отразить его пыточное проклятье. Поступок Поттера породил в Томе странную, неожиданную реакцию.
В его сердце появился противный, ледяной страх.
Дым от взорвавшихся канареек-камикадзе рассеялся, и явил триумф творческого гения близнецов Уизли. Огромная арена в центре Стоунхенджа превратилась в испытательный полигон для их выдумок.
— Джордж! Хорьковые марципанчики! — счастливо заорал Фред, бросая в сторону маленькой группки Пожирателей нечто, похожее на пригоршню невинных леденцов. Однако стоило конфеткам коснуться их, как недоумевающие Пожиратели начали покрываться шерстью, их уши удлинились, а из-под мантий показались пушистые хвосты, окончательно придав бойцам вид грызунов, неспособных не то чтобы произносить заклинания, но и держать палочки.
— Определенно, продукт прошел испытания на «отлично»! — через плечо крикнул Джордж и проворно — как двигались все в Учебной группе — уклонился от запущенных в него смертельных заклятий. В ответ он воспользовался штукой, специально припасенной для агрессивно настроенных взрослых: быстро обмакнув кончик палочки в бутылку с каким-то зельем, юноша вытащил ее и подул — в воздух взмыли сотни пузырей. Взлетев над каменным кругом, они начали расти, и вдруг устремились вниз, к настороженным Пожирателям, достигнув их и обездвижив, словно огромное количество жевательной резинки. Остальные пузыри, расплывшись по земле за пределами каменного круга, сделали внутреннюю область, где шло сражение, весьма труднодоступной снаружи.
Заклинания Гермионы и Рона, сражающихся спина к спине, казались не такими замысловатыми, как штучки близнецов, но достаточно эффективными. Вражеские проклятья оставили свой след на них обоих, но, несмотря на ранения, гриффиндорцы успешно пресекали все попытки Пожирателей проникнуть туда, где происходила главная схватка — между Волдемортом и Гарри Поттером.
Невилл впервые в жизни ощутил, что сражается во имя собственного отца. Он обеспечивал неприкосновенность Гарри и его противника с другой стороны круга.
Страница 62 из 73
