Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
Добавить в моё избранное
586 мин, 27 сек 22351
— Сделала…
Она оборвала сама себя и снова взглянула на меня. Я смотрела ей в лицо с самым участливым видом, на который была способна.
— Давай об этом не будем, ладно?
— Как скажешь. Как Лёша?
Катя помолчала, приводя свои мысли в порядок, и только потом ответила:
— Он тоже какой-то странный с утра. Представляешь, в шесть часов ворвался ко мне в комнату, бледный как смерть, сказал к нему не заходить, забрал мой настольный вентилятор и ушёл.
Я хмыкнула, догадавшись, зачем её брату с утра срочно понадобился вентилятор.
— Я сразу поняла, что у него не все дома! — заявила я и сменила тему, заговорив о предстоящем походе в музей, организовать который вдруг вздумалось нашей классной. Катя отвечала односложно. Ей хотелось упасть головой на парту и отключиться от внешнего мира.
Через пару минут начался урок. Классный руководитель и по совместительству учительница биологии Наталья Николаевна, едва появившись в кабинете, вызвала Катю к доске — отвечать домашний параграф. Я мысленно присвистнула. Вот умница, делает, как раз то, что я хочу. И заставлять не пришлось.
Катя отупело смотрела на доску и будто не слышала, что сказала учительница.
— Чижевская, ау! Местникова, толкни её! Она что, спит?
— Нет, извините… а-а-а… — девушка уныло зевнула, — Всё в порядке.
— Раз так, давай отвечать, — голос учительницы потеплел. Катю она любила, как любой учитель любит увлечённых его предметом учеников. От таких обычно не бывает неожиданностей. Они стабильно и упорно грызут гранит столь любимого ими предмета.
Но не в этот раз.
— Я не готова, Наталья Николаевна.
Сказав это, Катя вздрогнула, точно сама испугалась своих слов, но промолчала. Перед её глазами хищно щёлкали склизкие хромосомы. Плотоядные бархатцы жадно тянули свои щупальца из болота кошмара. Ей? Отвечать сейчас про генетику, ядра, ДНК, или, самое страшное, хромосомы?
«Это же глупо, — убеждала себя Катерина, сжав руки, — Всего лишь кошмар»…
Но справиться не получалось. Противный, брезгливый ужас сковывал её мысли и заставлял молчать.
— Екатерина! Да что с тобой? Ты заболела? — встревожилась биологичка.
Катя кивнула. Признаться в этом было намного проще, чем выкладывать чушь про мучивший её всю ночь, повторявшийся из раза в раз кошмар.
— В медпункт?
Девушка замотала головой и прошептала нечто вроде: «Нет, скоро пройдёт».
— Бедная, тебе же спать надо по ночам, а ты всё учишься, учишься… — пробормотала Наталья Николаевна и открыла журнал, чтобы вызвать отвечать кого-то другого. И вдруг моя тихая подопечная резко вскинула голову.
— Вот именно! А что я учу? Физику? Нет! Алгебру, историю, может быть? Только биологию, всё время её! Вашу биологию, Наталья Николаевна, — зло процедила она.
Класс ошеломлённо притих. Даже я была поражена, и сразу же — обрадована. Нет, ну какая же Катя молодец! Она сама делает за меня мою работу! Подкинешь какой-нибудь жалкий сон и всё, готово!
И тут же я поняла, что это маленькое восстание не было следствием исключительно моего воздействия, по сути, совсем пустякового. Катя действительно устала, и устала давно. Чтобы поджечь пороховой погреб, не обязательно палить в него из пушки. Хватит и небрежно брошенной спички.
Наталья Николаевна растерянно провела ладонью по столу.
— Хорошо-хорошо! Успокойся! Я и вправду часто тебя спрашиваю. Но домашнее задание всё-таки надо делать, Катя. В следующий раз не подводи меня, хорошо?
Глаза Кати потухли, плечи опустились. Она уже жалела о своём всплеске агрессии.
— Извините. Больше так не буду.
«Не будешь? А что будешь? Допоздна сидеть с учебниками, дожидаясь ночи? Когда твоя любимая биология придёт к тебе во сне и будет мучить тебя? Видишь, до чего ты довела себя! Просто посмотри!»
Внутренний голос Кати, носивший необычное имя Феста, особо не церемонился.
«Она привыкла, что ты повинуешься ей во всём! Кто, как не она, заставляет тебя отдавать себя без остатка? Ради слепых амбиций, ради премий и благодарностей! За каждого победителя олимпиад она получает немаленькие деньги. А что получаешь ты? Грамоты, которыми можно разжигать плиту, потому что от них никакой пользы? Пустые поздравления важных дядь в очках, которые тут же забывают о твоём существовании? Головную боль, бессонницу, страх? Тебе пора расслабиться, Катька!»
— Феста? — неуверенно прошептала моя подопечная. Я вздрогнула от неожиданности. Неужели?
— Что ты делаешь после школы? — продолжила она. Облегчённо вздохнув, я ответила:
— То же, что и ты. Хочешь, сходим в ближайшее кино? У меня там есть связи, нас могут пропустить за бесплатно!
На самом деле никаких связей, разумеется, не было. Но когда ты — демон, для тебя всегда и повсюду день открытых дверей.
День шёл за днём.
Она оборвала сама себя и снова взглянула на меня. Я смотрела ей в лицо с самым участливым видом, на который была способна.
— Давай об этом не будем, ладно?
— Как скажешь. Как Лёша?
Катя помолчала, приводя свои мысли в порядок, и только потом ответила:
— Он тоже какой-то странный с утра. Представляешь, в шесть часов ворвался ко мне в комнату, бледный как смерть, сказал к нему не заходить, забрал мой настольный вентилятор и ушёл.
Я хмыкнула, догадавшись, зачем её брату с утра срочно понадобился вентилятор.
— Я сразу поняла, что у него не все дома! — заявила я и сменила тему, заговорив о предстоящем походе в музей, организовать который вдруг вздумалось нашей классной. Катя отвечала односложно. Ей хотелось упасть головой на парту и отключиться от внешнего мира.
Через пару минут начался урок. Классный руководитель и по совместительству учительница биологии Наталья Николаевна, едва появившись в кабинете, вызвала Катю к доске — отвечать домашний параграф. Я мысленно присвистнула. Вот умница, делает, как раз то, что я хочу. И заставлять не пришлось.
Катя отупело смотрела на доску и будто не слышала, что сказала учительница.
— Чижевская, ау! Местникова, толкни её! Она что, спит?
— Нет, извините… а-а-а… — девушка уныло зевнула, — Всё в порядке.
— Раз так, давай отвечать, — голос учительницы потеплел. Катю она любила, как любой учитель любит увлечённых его предметом учеников. От таких обычно не бывает неожиданностей. Они стабильно и упорно грызут гранит столь любимого ими предмета.
Но не в этот раз.
— Я не готова, Наталья Николаевна.
Сказав это, Катя вздрогнула, точно сама испугалась своих слов, но промолчала. Перед её глазами хищно щёлкали склизкие хромосомы. Плотоядные бархатцы жадно тянули свои щупальца из болота кошмара. Ей? Отвечать сейчас про генетику, ядра, ДНК, или, самое страшное, хромосомы?
«Это же глупо, — убеждала себя Катерина, сжав руки, — Всего лишь кошмар»…
Но справиться не получалось. Противный, брезгливый ужас сковывал её мысли и заставлял молчать.
— Екатерина! Да что с тобой? Ты заболела? — встревожилась биологичка.
Катя кивнула. Признаться в этом было намного проще, чем выкладывать чушь про мучивший её всю ночь, повторявшийся из раза в раз кошмар.
— В медпункт?
Девушка замотала головой и прошептала нечто вроде: «Нет, скоро пройдёт».
— Бедная, тебе же спать надо по ночам, а ты всё учишься, учишься… — пробормотала Наталья Николаевна и открыла журнал, чтобы вызвать отвечать кого-то другого. И вдруг моя тихая подопечная резко вскинула голову.
— Вот именно! А что я учу? Физику? Нет! Алгебру, историю, может быть? Только биологию, всё время её! Вашу биологию, Наталья Николаевна, — зло процедила она.
Класс ошеломлённо притих. Даже я была поражена, и сразу же — обрадована. Нет, ну какая же Катя молодец! Она сама делает за меня мою работу! Подкинешь какой-нибудь жалкий сон и всё, готово!
И тут же я поняла, что это маленькое восстание не было следствием исключительно моего воздействия, по сути, совсем пустякового. Катя действительно устала, и устала давно. Чтобы поджечь пороховой погреб, не обязательно палить в него из пушки. Хватит и небрежно брошенной спички.
Наталья Николаевна растерянно провела ладонью по столу.
— Хорошо-хорошо! Успокойся! Я и вправду часто тебя спрашиваю. Но домашнее задание всё-таки надо делать, Катя. В следующий раз не подводи меня, хорошо?
Глаза Кати потухли, плечи опустились. Она уже жалела о своём всплеске агрессии.
— Извините. Больше так не буду.
«Не будешь? А что будешь? Допоздна сидеть с учебниками, дожидаясь ночи? Когда твоя любимая биология придёт к тебе во сне и будет мучить тебя? Видишь, до чего ты довела себя! Просто посмотри!»
Внутренний голос Кати, носивший необычное имя Феста, особо не церемонился.
«Она привыкла, что ты повинуешься ей во всём! Кто, как не она, заставляет тебя отдавать себя без остатка? Ради слепых амбиций, ради премий и благодарностей! За каждого победителя олимпиад она получает немаленькие деньги. А что получаешь ты? Грамоты, которыми можно разжигать плиту, потому что от них никакой пользы? Пустые поздравления важных дядь в очках, которые тут же забывают о твоём существовании? Головную боль, бессонницу, страх? Тебе пора расслабиться, Катька!»
— Феста? — неуверенно прошептала моя подопечная. Я вздрогнула от неожиданности. Неужели?
— Что ты делаешь после школы? — продолжила она. Облегчённо вздохнув, я ответила:
— То же, что и ты. Хочешь, сходим в ближайшее кино? У меня там есть связи, нас могут пропустить за бесплатно!
На самом деле никаких связей, разумеется, не было. Но когда ты — демон, для тебя всегда и повсюду день открытых дверей.
День шёл за днём.
Страница 90 из 164
