Фандом: Гарри Поттер. Гарри получает возможность вернуться к моменту доставки письма из Хогвартса. Он уже успел разочароваться в друзьях, наставниках, врагах и соперниках. Все, что он хочет — еще раз выжить.
Добавить в моё избранное
246 мин, 55 сек 6207
И понимал, что не пойдет к Дамблдору.
— Он фанатик, убийца, садист, и вы не устраиваете его, мистер Поттер, — продолжил Снейп. — Он придет в Хогвартс, спустится в комнату с философским камнем, и на этом его история завершится. Камень исчезнет, тело Барти найдет профессор Макгонагалл, опасные испытания исчезнут из стен Хогвартса. Вы исполните еще одну часть своего плана.
— Хорошо, — кивнул Гарри, — я буду у мадам Помфри.
И это была ложь.
«Уважаемый мистер Малфой,»
Хочу еще раз поблагодарить Вас за прекрасный прием, оказанный мне в Вашем доме. В связи с окончанием учебного года я планировал свой отдых в летнее время и выяснил, к своему сожалению, что директор школы Чародейства и Волшебства Альбус Дамблдор считает себя вправе диктовать мне условия этого отдыха. По его словам, в наибольшей безопасности я буду находиться в обществе своих родственников магглов, которые воспитывали меня до тех пор, пока мне не стало известно о существовании магического сообщества.
Прошу Вас, как председателя попечительского Совета Школы, препятствовать такому вмешательству. По словам моего крестного, Сириуса Блэка, он является моим законным опекуном и, по законам магического сообщества, имеет право одобрять или отказывать другим организациям и их руководителям в отношении решений по моему воспитанию. Тем не менее, Альбус Дамблдор не считается с его мнением, в связи с чем я не могу жить в старинном особняке Блэков, а вместо этого вынужден буду провести лето в компании магглов.
Хочу заметить, что меня устроит любой исход дела, если в результате я смогу провести лето в обществе волшебников. Понимаю, что дети магглов предпочитают проводить лето у своих родителей. Моя хорошая знакомая, лучшая студентка курса, Гермиона Грейнджер, хочет вернуться к родителям, поскольку они всегда хорошо относились к ней и разрешат ей читать книги по истории магического мира. Кроме того, Гермиона Грейнджер в детстве не подвергалась нападениям Темного Лорда, поэтому вряд ли вынуждена беспокоиться о своём здоровье.
Рассчитываю на Вашу помощь, с уважением, Гарри Поттер
— Сколько с меня?
— Галеон.
— Ну и цены у вас!
— Тебе нужна помощь или нет?
— Ладно-ладно, галеон.
Рыжие волосы превращали трех студентов в копии друг друга. Двое действительно были похожи, Фред и Джордж, третий выглядел незнакомо уверенно — второй после Невилла студент мадам Хуч, Рон. Гарри подошел вплотную:
— Я знаю, как работают эти чары, — сказал он, глядя поочередно на каждого. — Если сегодня я приду к профессору Макгонагалл и расскажу ей, что вы задумали, вам придется возвращать все деньги.
Три пары глаз уставились на Гарри со смесью ужаса и надежды. Должно быть, они еще помнили «крысу» Рона.
— Мне очень нужно то, что находится у вас. Карта. Вы знаете, о чем я, — он внимательно посмотрел на близнецов. — Я одолжу ее на один день, а потом верну вам.
— Откуда ты…
— Это ты ему…
— Какая еще карта?
— Или сделаем еще проще. Я куплю ее у вас за тысячу галеонов. По рукам? — он протянул руку. Пальцы были сухими и теплыми. Предлагать сделку Уизли было в сто раз проще, чем лгать, глядя в глаза Снейпу.
Тысяча галеонов оказалась подходящей суммой для Карты Мародеров. Гарри смог отдать только пятьдесят монет, но близнецов это не смущало.
— Какой бизнес, если не доверяешь клиенту? — рассмеялся Фред, потрясая мешочком с золотом.
Гарри подумал, что эта сделка неплохо компенсирует невозможный теперь выигрыш на Турнире Трех Волшебников.
— Мне нужна твоя палочка, — голос его был тихим, спокойным и строгим. — В обмен на мою.
— Всё, что угодно.
Барти Крауч-младший пересек границу Карты в семь часов двадцать восемь минут. Гарри сидел у себя на кровати, мантия-невидимка лежала у него в кармане, свернутая в специально подготовленный кошелек. Гермиона еще не умела сворачивать пространство, а он слишком увлекся трансфигурацией и заклинаниями. «Кровь даст о себе знать», — кажется, так говорил профессор Слагхорн.
Барти уверенно шёл по коридорам, он, конечно, знал направление. Барти должен был умереть, в этом Гарри был полностью согласен со Снейпом, но условия этой смерти и её последствия — это Гарри собирался изменить. Игры с огнем? Так он подумал бы раньше, но теперь это была единственная возможность завершить план для первого курса.
Люциус Малфой появился на пороге двадцатью минутами позже. Он прошел короткой дорогой к кабинету директора. Возле него шли Амелия Боунс и Августа Лонгботтом. Немного хаффлпаффской дружбы и гриффиндорской целеустремленности.
Шах.
Невилл прибежал в комнату и, закрыв за собой дверь, с выпученным от восторга глазами побежал к Гарри:
— Бабушка согласилась! Помнишь, ты рассказывал, что тебя не отпускают к крестному? Я решил, что это ужасно!
— Он фанатик, убийца, садист, и вы не устраиваете его, мистер Поттер, — продолжил Снейп. — Он придет в Хогвартс, спустится в комнату с философским камнем, и на этом его история завершится. Камень исчезнет, тело Барти найдет профессор Макгонагалл, опасные испытания исчезнут из стен Хогвартса. Вы исполните еще одну часть своего плана.
— Хорошо, — кивнул Гарри, — я буду у мадам Помфри.
И это была ложь.
«Уважаемый мистер Малфой,»
Хочу еще раз поблагодарить Вас за прекрасный прием, оказанный мне в Вашем доме. В связи с окончанием учебного года я планировал свой отдых в летнее время и выяснил, к своему сожалению, что директор школы Чародейства и Волшебства Альбус Дамблдор считает себя вправе диктовать мне условия этого отдыха. По его словам, в наибольшей безопасности я буду находиться в обществе своих родственников магглов, которые воспитывали меня до тех пор, пока мне не стало известно о существовании магического сообщества.
Прошу Вас, как председателя попечительского Совета Школы, препятствовать такому вмешательству. По словам моего крестного, Сириуса Блэка, он является моим законным опекуном и, по законам магического сообщества, имеет право одобрять или отказывать другим организациям и их руководителям в отношении решений по моему воспитанию. Тем не менее, Альбус Дамблдор не считается с его мнением, в связи с чем я не могу жить в старинном особняке Блэков, а вместо этого вынужден буду провести лето в компании магглов.
Хочу заметить, что меня устроит любой исход дела, если в результате я смогу провести лето в обществе волшебников. Понимаю, что дети магглов предпочитают проводить лето у своих родителей. Моя хорошая знакомая, лучшая студентка курса, Гермиона Грейнджер, хочет вернуться к родителям, поскольку они всегда хорошо относились к ней и разрешат ей читать книги по истории магического мира. Кроме того, Гермиона Грейнджер в детстве не подвергалась нападениям Темного Лорда, поэтому вряд ли вынуждена беспокоиться о своём здоровье.
Рассчитываю на Вашу помощь, с уважением, Гарри Поттер
— Сколько с меня?
— Галеон.
— Ну и цены у вас!
— Тебе нужна помощь или нет?
— Ладно-ладно, галеон.
Рыжие волосы превращали трех студентов в копии друг друга. Двое действительно были похожи, Фред и Джордж, третий выглядел незнакомо уверенно — второй после Невилла студент мадам Хуч, Рон. Гарри подошел вплотную:
— Я знаю, как работают эти чары, — сказал он, глядя поочередно на каждого. — Если сегодня я приду к профессору Макгонагалл и расскажу ей, что вы задумали, вам придется возвращать все деньги.
Три пары глаз уставились на Гарри со смесью ужаса и надежды. Должно быть, они еще помнили «крысу» Рона.
— Мне очень нужно то, что находится у вас. Карта. Вы знаете, о чем я, — он внимательно посмотрел на близнецов. — Я одолжу ее на один день, а потом верну вам.
— Откуда ты…
— Это ты ему…
— Какая еще карта?
— Или сделаем еще проще. Я куплю ее у вас за тысячу галеонов. По рукам? — он протянул руку. Пальцы были сухими и теплыми. Предлагать сделку Уизли было в сто раз проще, чем лгать, глядя в глаза Снейпу.
Тысяча галеонов оказалась подходящей суммой для Карты Мародеров. Гарри смог отдать только пятьдесят монет, но близнецов это не смущало.
— Какой бизнес, если не доверяешь клиенту? — рассмеялся Фред, потрясая мешочком с золотом.
Гарри подумал, что эта сделка неплохо компенсирует невозможный теперь выигрыш на Турнире Трех Волшебников.
— Мне нужна твоя палочка, — голос его был тихим, спокойным и строгим. — В обмен на мою.
— Всё, что угодно.
Барти Крауч-младший пересек границу Карты в семь часов двадцать восемь минут. Гарри сидел у себя на кровати, мантия-невидимка лежала у него в кармане, свернутая в специально подготовленный кошелек. Гермиона еще не умела сворачивать пространство, а он слишком увлекся трансфигурацией и заклинаниями. «Кровь даст о себе знать», — кажется, так говорил профессор Слагхорн.
Барти уверенно шёл по коридорам, он, конечно, знал направление. Барти должен был умереть, в этом Гарри был полностью согласен со Снейпом, но условия этой смерти и её последствия — это Гарри собирался изменить. Игры с огнем? Так он подумал бы раньше, но теперь это была единственная возможность завершить план для первого курса.
Люциус Малфой появился на пороге двадцатью минутами позже. Он прошел короткой дорогой к кабинету директора. Возле него шли Амелия Боунс и Августа Лонгботтом. Немного хаффлпаффской дружбы и гриффиндорской целеустремленности.
Шах.
Невилл прибежал в комнату и, закрыв за собой дверь, с выпученным от восторга глазами побежал к Гарри:
— Бабушка согласилась! Помнишь, ты рассказывал, что тебя не отпускают к крестному? Я решил, что это ужасно!
Страница 65 из 71
