Гарри Поттер и Песочные Часы

— Если ты действительно так считаешь, — горячо выпалил Гарри, стараясь вспомнить себя прежнего, себя пятнадцатилетнего, — я советую тебе почитать об Ордене Феникса. О том, кого принимал Дамблдор в эту организацию. О том, что с ними случилось.

Гермиона отвлеклась от пергамента. Они сидели вдали ото всех на чемоданах, и Тонкс вместе с группой старшекурсников хаффлпаффцев показывала на них пальцем и хохотала, превращая собственные волосы в волосы Гермионы.

— Гарри, я совсем не это имела в виду, — отозвалась Гермиона. Она явно была ошарашена такой реакцией Гарри. До сих пор он только и делал, что вел себя разумно в ее компании.

— Нет, Гермиона, я имею в виду то, что говорю! — не отступал Гарри. — Загляни в историю, почитай все это еще раз. Представь, что случилось бы с твоими родителями, если бы они не были магглами! Возможно, для тебя Дамблдор — герой, но я видел, с каким недоверием относится к нему Министерство.

Он оставил Гермиону сидеть на чемодане. Она задумчиво мяла в руке листик со словом «крестраж» и, как надеялся Гарри, размышляла о том, кем на самом деле был Дамблдор для магического мира.

Хогвартс-экспресс отправился в путь. Гарри достал из чемодана припасенный от домовых эльфов кусок пирога с черникой, положил одну половинку перед Сьюзен и начал развязывать сверток Гермионы.

— Что это? — с большим интересом спросила Сьюзен, надкусывая свою половину пирога.

— Еще не знаю, — ответил Гарри.

Гермиона оставила сверху записку: «Надеюсь, это действительно нужно тебе для чего-то хорошего». Гарри аккуратно сложил записку и убрал в карман.

— Это от Гермионы, да? — догадалась Сьюзен. В том, что касалось отношений между студентами, она проявляла большую дальновидность. Гарри заметил, что эта черта отличала многих хаффлпаффцев, но у Сьюзен был настоящий дар. Возможно, из-за того, что в детстве она росла в компании единственного родственника, вечно занятого на работе. Теперь Сьюзен никогда не бывала одна.

— Мы делали это с ней вместе, — ответил Гарри.

— Можно посмотреть? — попросила Сьюзен.

Гарри с самого начала знал, что разрешит ей увидеть их с Гермионой «тайну». Это было непременным условием того, чтобы он мог в течение трех месяцев заниматься чем-то полезным. Сьюзен должна стать частью команды.

— Это ведь снитчи! — удивилась Сьюзен, разглядев содержимое свертка.

— Именно так, — Гарри улыбнулся.

— Зачем вам столько снитчей? Один… два… их пятнадцать! Должно быть, это стоит уйму денег! — она была совершенно восхищена. Но, самое главное, и Гарри подумал об этом только теперь, Сьюзен не стала многозначительно улыбаться и делать поспешных выводов. Она действительно разбиралась в чужих отношениях, и это было как нельзя кстати.

— Ты ведь знаешь, что у снитча есть телесная память, верно? — Гарри широко улыбался. Он не ожидал, что рассказывать о своей идее другому студенту Хогвартса будет так приятно.

— Конечно, — кивнула Сьюзен.

— Возьми, это тебе, — Гарри аккуратно взял обернутый в бумагу снитч и положил перед Сьюзен.

Аккуратные пальцы хаффлпаффки, привыкшие к кропотливой работе в теплицах, обхватили золотой ободок. Снитч расправил крылья и легко лег ей в руку. Сьюзен была в восторге.

— Теперь это твой снитч, — торжественно сказал Гарри. Он сам не ожидал, что это выйдет торжественно. Словно было началом чего-то большего. Они так долго готовили это, вместе с Гермионой, никому не рассказывая об этом, и теперь видеть воплощение плана…

Он знал, что на другом конце Хогвартс-экспресса Гермиона сейчас осторожно лавировала между теми гриффиндорцами, кто должен был получить свой снитч. Драко передал по одному Крэббу и Гойлу. Этот список они с Гермионой создали сразу после того, как договорились о последовательности заклинаний.

Защитные чары, дублирующие чары в качестве отвлекающей меры, протеевы чары для создания связи, наложенные на снитч чары левитации и десятки других заклинаний, обеспечивающих возможность воплощения мечты девочки, которой — Гарри был уверен в этом — уже никогда не могло появиться в Хогвартсе.

— Зачем это нужно, Гарри? — она завороженно смотрела на свой снитч.

— Чтобы вы были в безопасности, — он улыбнулся.

Перед ним лежало четыре снитча с литерами факультетов: Гриффиндор, Хаффлпафф, Слизерин, Рэйвенкло. Черная Метка не оставляла волшебникам возможности выбора, делала их способными творить ужасные вещи, но еще она давала огромное преимущество Пожирателям Смерти — объединяла их.

«Поздравляю со вступлением в Орден», — написал Гарри на одном из собственных снитчей, на том, что гордо носил на ободке литеру Хаффлпаффа.

— Ничего себе! — восхитилась Сьюзен.

Их ожидало долгое лето, и Гарри рассчитывал прочесть много книг. Но самым главным было то, что они с Гермионой успели закончить самый важный этап.