В известном городе Нью-Йорк объявился маньяк. Он похищает детей и подростков, многих которых судьба остаётся неизвестна. Подросток восемнадцати лет, которой нравится тихая жизнь в её окружении, сама чуть-ли не стала жертвой таинственного маньяка. Теперь ей предстоит чувствовать страх от одной мысли, что он от неё не отстанет просто так.
Добавить в моё избранное
378 мин, 36 сек 8865
До сих пор загадка, кому больше досталось — ей, или ему?
Сероглазая не так уж и далеко отбежала от психиатрической больницы, чтобы слышать громкое вращение лопастей, а где-то вдалеке виднелся слишком яркий свет, который часто менял своё местоположение.
Закатив глаза и медленно осев на землю, дочь полицейского облокотилась о ствол дерева спиной и разорвала ткань штанины, после чего принялась перевязывать свою окровавленную стопу после встречи с лестным зверьком дрожащими от напряжения руками. Сердце громко стучало в груди, а в горле пересохло. Мысленно девушка обзывала себя и заставляла действовать быстро. Где-то сзади слышался громкий лай собак, от которого по спине пробежало стадо мурашек.
— Чтоб вас… — Джей Ди, коснувшись ладонью дерева, со стоном поднялась на ослабевшие ноги и вновь продолжила бег.
Как там говорится? Только трусы выживают, верно? Бег — это жизнь, да? Но ведь вечно нельзя убегать, нельзя вечно прятаться. Рано или поздно шатенку найдут — и это понимала сама полу-немка — стоило светлому лучу прожектора от вертолёта нацелиться именно на неё. Как бы сбежавшая пациентка не пыталась спрятаться за широкими стволами деревьев и за их густыми верхушками зелёных листьев, вертушка, как прицепившийся к коже клещ, уже не теряла из виду беглянку.
— Это Сокол, приём, — пилот назойливо направлялся вслед за темноволосой. — Мы держим её на хвосте.
— Отлично, — послышалось из рации ответ, сопровождаемый незначительными помехами. — Не теряйте нашу цель и попытайтесь заставить её остановить, но не убивать. Мы направляемся за вами.
— Как скажите, сэр.
Подчиняясь прикажу, пилот по пятам следовал за Шмидт-младшей, пока его напарник направлял луч прожектора на их жертву. Третий пассажир уже успел настроить снайперскую винтовку и, подойдя как можно ближе к выходу вертолёта, направил ствол огнестрельного оружия за прожектором и нашёл свою цель через прицел.
Мужчина не торопится делать выстрел, опасаясь промаха; он сделает только один выстрел, а дальше перезарядка. Промахнуться ни в коем случае нельзя, пули жутко дорогие, намного дороже, чем у обычного автомата.
Чёрт, в снайперской винтовке есть большой плюс и большой минус. Положительные качества — радиус удара пули, и как сама пуля ударит. Возможно, а может так оно и есть, такое оружие может пробить бронежилет с одного выстрела. Не надо даже лишний раз добивать жертву, и тем самым быстро разобраться с неприятелем.
Но отрицательное качество — это количество выстрелов, которое можно сделать за одну перезарядку, а также надо часто сверяться с потоком ветра. Только один выстрел за раз, а потом надо быстрее перезарядиться. Этого времени хватит, чтобы снайпер смог потерять жертву, или она сама успеет скрыться.
Снайпер — это важный член команды. На него ложится большая ответственность, как и обычным морпехам. Его задача — прикрывать тылы, быстро уничтожать цели. Промах просто не допустим. Мужчина это понимал и, уловив момент, нажал на курок.
— Су-ука!… — Джей впервые за все эти дни мучения и боли выругалась, хватаясь за своё раненное правое плечо.
Когда она была маленькой, девочкой в пятых-шестых классах, она в тайне от родителей любила материться. Она не стеснялась выражений, считая, что это круто. Думая, что именно своей дерзостью она когда-нибудь понравится мальчикам. Ведь им нравятся смелые дамы, готовые постоять за себя, да? Полу-немка видела, что противоположный пол часто общается с такими «леди». Или это ошибка? Но чем старше она становилась, тем яснее понимала дочь полицейского, что так продолжать нельзя. Это грязно, унизительно, некультурно. Каждый раз она клятвенно себе признавалась, что больше не будет говорить нецензурной лексикой.
Но сейчас сдержаться не получилось. Одно дело, когда тебя бьёт Смеющийся Джек, оставляя неглубокие раны и царапины, ссадины и вывихи. Но другое дело, когда в тебя стреляют; когда пуля проходит сквозь кожу, сквозь мышцы и оставляет трещины на костях. Плечо адски болело, хотя эта боль была такой же, какую наносил монохромный клоун. Только вот эту боль нанесла не живая и обезумевшая кукла, а живой человек с реальными эмоциями.
— Да оставьте меня все в покое! — Шмидт уже не могла сдержать слёз, а из горла вырывался крик отчаяния. — Джек, прошу, помоги мне! — лес заканчивался, а впереди была уже открытая местность. Как кукурузное поле, только без самой кукурузы. — Я знаю, что являюсь обузой. Я знаю, что предавала тебя. Но ты всё равно приходил меня спасать… — кровь оставляла следы, будто дорожку. Собаки отлично учуяли запах алой жидкости и отчётливо слышали человеческую речь, так что они лишь ускорились в беге, перепрыгивая препятствия. А за ними вдогонку направлялся отряд «SCP». — Даже тогда, когда не надо было этого делать.
Новый выстрел последовал в единственную здоровую ногу девушки, и та тяжело упала на пыльную землю, щекой задевая горизонтальную поверхность и раздирая мягкую кожу до мелких царапин.
Сероглазая не так уж и далеко отбежала от психиатрической больницы, чтобы слышать громкое вращение лопастей, а где-то вдалеке виднелся слишком яркий свет, который часто менял своё местоположение.
Закатив глаза и медленно осев на землю, дочь полицейского облокотилась о ствол дерева спиной и разорвала ткань штанины, после чего принялась перевязывать свою окровавленную стопу после встречи с лестным зверьком дрожащими от напряжения руками. Сердце громко стучало в груди, а в горле пересохло. Мысленно девушка обзывала себя и заставляла действовать быстро. Где-то сзади слышался громкий лай собак, от которого по спине пробежало стадо мурашек.
— Чтоб вас… — Джей Ди, коснувшись ладонью дерева, со стоном поднялась на ослабевшие ноги и вновь продолжила бег.
Как там говорится? Только трусы выживают, верно? Бег — это жизнь, да? Но ведь вечно нельзя убегать, нельзя вечно прятаться. Рано или поздно шатенку найдут — и это понимала сама полу-немка — стоило светлому лучу прожектора от вертолёта нацелиться именно на неё. Как бы сбежавшая пациентка не пыталась спрятаться за широкими стволами деревьев и за их густыми верхушками зелёных листьев, вертушка, как прицепившийся к коже клещ, уже не теряла из виду беглянку.
— Это Сокол, приём, — пилот назойливо направлялся вслед за темноволосой. — Мы держим её на хвосте.
— Отлично, — послышалось из рации ответ, сопровождаемый незначительными помехами. — Не теряйте нашу цель и попытайтесь заставить её остановить, но не убивать. Мы направляемся за вами.
— Как скажите, сэр.
Подчиняясь прикажу, пилот по пятам следовал за Шмидт-младшей, пока его напарник направлял луч прожектора на их жертву. Третий пассажир уже успел настроить снайперскую винтовку и, подойдя как можно ближе к выходу вертолёта, направил ствол огнестрельного оружия за прожектором и нашёл свою цель через прицел.
Мужчина не торопится делать выстрел, опасаясь промаха; он сделает только один выстрел, а дальше перезарядка. Промахнуться ни в коем случае нельзя, пули жутко дорогие, намного дороже, чем у обычного автомата.
Чёрт, в снайперской винтовке есть большой плюс и большой минус. Положительные качества — радиус удара пули, и как сама пуля ударит. Возможно, а может так оно и есть, такое оружие может пробить бронежилет с одного выстрела. Не надо даже лишний раз добивать жертву, и тем самым быстро разобраться с неприятелем.
Но отрицательное качество — это количество выстрелов, которое можно сделать за одну перезарядку, а также надо часто сверяться с потоком ветра. Только один выстрел за раз, а потом надо быстрее перезарядиться. Этого времени хватит, чтобы снайпер смог потерять жертву, или она сама успеет скрыться.
Снайпер — это важный член команды. На него ложится большая ответственность, как и обычным морпехам. Его задача — прикрывать тылы, быстро уничтожать цели. Промах просто не допустим. Мужчина это понимал и, уловив момент, нажал на курок.
— Су-ука!… — Джей впервые за все эти дни мучения и боли выругалась, хватаясь за своё раненное правое плечо.
Когда она была маленькой, девочкой в пятых-шестых классах, она в тайне от родителей любила материться. Она не стеснялась выражений, считая, что это круто. Думая, что именно своей дерзостью она когда-нибудь понравится мальчикам. Ведь им нравятся смелые дамы, готовые постоять за себя, да? Полу-немка видела, что противоположный пол часто общается с такими «леди». Или это ошибка? Но чем старше она становилась, тем яснее понимала дочь полицейского, что так продолжать нельзя. Это грязно, унизительно, некультурно. Каждый раз она клятвенно себе признавалась, что больше не будет говорить нецензурной лексикой.
Но сейчас сдержаться не получилось. Одно дело, когда тебя бьёт Смеющийся Джек, оставляя неглубокие раны и царапины, ссадины и вывихи. Но другое дело, когда в тебя стреляют; когда пуля проходит сквозь кожу, сквозь мышцы и оставляет трещины на костях. Плечо адски болело, хотя эта боль была такой же, какую наносил монохромный клоун. Только вот эту боль нанесла не живая и обезумевшая кукла, а живой человек с реальными эмоциями.
— Да оставьте меня все в покое! — Шмидт уже не могла сдержать слёз, а из горла вырывался крик отчаяния. — Джек, прошу, помоги мне! — лес заканчивался, а впереди была уже открытая местность. Как кукурузное поле, только без самой кукурузы. — Я знаю, что являюсь обузой. Я знаю, что предавала тебя. Но ты всё равно приходил меня спасать… — кровь оставляла следы, будто дорожку. Собаки отлично учуяли запах алой жидкости и отчётливо слышали человеческую речь, так что они лишь ускорились в беге, перепрыгивая препятствия. А за ними вдогонку направлялся отряд «SCP». — Даже тогда, когда не надо было этого делать.
Новый выстрел последовал в единственную здоровую ногу девушки, и та тяжело упала на пыльную землю, щекой задевая горизонтальную поверхность и раздирая мягкую кожу до мелких царапин.
Страница 97 из 100
