Фандом: Ориджиналы. Племя номадов Цеплин смело движется вглубь вулканической пустыни навстречу своей судьбе. Неизбежность то ли таится в глубоких ущельях впереди, то ли упрямо идёт по следу, создавая новых монстров.
Добавить в моё избранное
438 мин, 29 сек 10543
— Она пригрозила, что натравит на нас всех гемофилов юга, если мы не оставим её в покое со своими «пустыми обвинениями».
— Но её-то это не спасет, — заметил Арпад. — Наоборот, она подтвердит, что виновата…
Трог хмыкнул и невесело усмехнулся.
— А теперь другая сторона вопроса, — сказал он. — Слухи о Норе Найт из племени Цеплин ходили во время драконьей охоты, но тогда у людей была более интересная тема для обсуждения — дракон задал охотникам жару. Если слухи о Норе Найт не поддерживать, если люди не увидят последнюю из номадов Цеплин собственными глазами — об этом забудут через неделю. Её смерть — а, возможно, даже не смерть, а просто исчезновение, — пройдут незамеченными. Это огорчит присутствующих здесь — всё же гордость охотников будет задета — плюс ещё дюжину-другую её знакомых и дальних родственников из других племён. Некоторые и вовсе могут посчитать, что слухи о последней выжившей Цеплин были ложью. Вот увидите, если Нора доберётся до Грэйсэнда, на слушании её дела будут максимум дюжина любопытствующих. Но если сведение счетов всё-таки состоится… дальнейшее развитие событий будет очень трудно удержать под контролем.
— Но если всё действительно обстоит так, — впервые подала голос Нора. — Госпожа Офли меня не осудит, верно? Люди будут на моей стороне, и…
— Ты получишь то, что заслуживаешь, девочка. Никто не посмеет оспорить решение верховного счетовода, — твёрдо сказал Трог. — Люди будут тебе сочувствовать, многие будут называть себя твоими мстителями, но если счёт будет вестись с учётом общественного мнения, грош цена такому счетоводству.
— Но я имела права на их жизни! — яростно зашипела Нора. — Двадцать один человек — и это только моя семья! А были ещё Марин — почти семьдесят человек плюс двое ещё не родившихся, Вентус — тридцать пять человек и шестнадцать Голдов. А ещё наёмники, попутчики, и, чёрт возьми, летописец! — она бросила на Арпада сердитый взгляд, будто в чём-то была его вина. — А Месарош… — она оборвала себя на полуслове и сжала руки в кулаки. Хорошо, что умолкла, подумал Арпад. Она явно хотела назвать точное число Месарош, которых прикончила в пустыне, но сейчас это упоминание не пошло бы ей на пользу.
— Твоя проблема не в Месарош, — хладнокровно заметил Трог, бросив на Арпада предупреждающий взгляд. Они решили пока что не сообщать девчонке, что, возможно, кто-то ещё из племени, кроме неё, выжил. Это могла быть ошибочная догадка. — Для того чтобы лишить их прав на тебя, свидетельств, пожалуй, достаточно. Тебе нужно беспокоиться об Игараси. Они законопослушны, открыты, пользуются уважением, и, осмелюсь предположить, симпатией в Хайгрэйсе, где расположено их главное убежище. Они ни разу не дали повода поставить их репутацию под сомнение. Просто, чтобы ты понимала: если бы Фаркаш явился с проверкой к ним, они бы не просто согласились ехать за ним хоть на край света, они бы ещё и самых быстрых лошадей предложили. Впрочем, компенсацию они бы потом затребовали тоже неплохую… Поэтому даже твои сторонники, скорее всего, будут рады, если ты попадешь в распоряжение Игараси.
Нора притихла и заметно побледнела. Арпад понимал её чувства. Для неё, обладающей иммунитетом к влиянию гемофилов, попасть к Игараси было немногим лучше, чем попасть к Месарош.
— Г-господа? — вдруг раздался неуверенный голос за их спинами.
Охотники обернулись. Чуть поодаль стоял немолодой мужчина, Арпад узнал в нём одного из ключников, работавших в трактире.
— Господа, прошу меня простить, я ни в коем случае не хотел подслушивать, но говорили вы слишком уж громко. — Арпад нахмурился — никто из них не говорил громко, даже Нора, которая была вне себя от злости, следила за интонацией, и, скорее, шипела, чем кричала. А Трог и вовсе, казалось, повышать голос не умел: он всегда говорил тихо и спокойно, и чем больше он злился, тем тише и медленнее говорил. Но ключник, тем не менее, чего-то от них хотел, и никто его не перебивал раньше времени. Тот продолжил: — Если я правильно понял, вы охотники из гильдии и занимаетесь… гемофилами, — это слово он шепнул, словно оно было неприличным. — Не знаю, может быть, вы уже в курсе… Но если нет, я хочу дать вам наводку на нарушителей. — Теперь он говорил очень тихо, беспокойно озираясь по сторонам, словно боялся, что его подслушают. Трог придвинул к их столу табуретку и жестом велел ключнику сесть. — Спасибо. На северо-востоке от Диффоука, на озере, стоит поместье Сюрд. Это, можно сказать, рыбацкая деревня, но людей там всего ничего, почти все сюда перебрались. Но в самом поместье живет большая семья, и они — точно вам говорю! — не люди. Они похитили моего сына и держат его в неволе, как и многих других. Люди пропадают, да, но не всех их погубил Кев-и-Олеч. Мой сын подружился с их парнишкой, Титом, он тут, в посёлке, часто бывает. Они гуляли вместе, по лесу лазили, рыбу ловили, а в один день мой Обер ушёл с этим Титом и больше не вернулся.
— Сколько лет вашему Оберу и этому…
— Но её-то это не спасет, — заметил Арпад. — Наоборот, она подтвердит, что виновата…
Трог хмыкнул и невесело усмехнулся.
— А теперь другая сторона вопроса, — сказал он. — Слухи о Норе Найт из племени Цеплин ходили во время драконьей охоты, но тогда у людей была более интересная тема для обсуждения — дракон задал охотникам жару. Если слухи о Норе Найт не поддерживать, если люди не увидят последнюю из номадов Цеплин собственными глазами — об этом забудут через неделю. Её смерть — а, возможно, даже не смерть, а просто исчезновение, — пройдут незамеченными. Это огорчит присутствующих здесь — всё же гордость охотников будет задета — плюс ещё дюжину-другую её знакомых и дальних родственников из других племён. Некоторые и вовсе могут посчитать, что слухи о последней выжившей Цеплин были ложью. Вот увидите, если Нора доберётся до Грэйсэнда, на слушании её дела будут максимум дюжина любопытствующих. Но если сведение счетов всё-таки состоится… дальнейшее развитие событий будет очень трудно удержать под контролем.
— Но если всё действительно обстоит так, — впервые подала голос Нора. — Госпожа Офли меня не осудит, верно? Люди будут на моей стороне, и…
— Ты получишь то, что заслуживаешь, девочка. Никто не посмеет оспорить решение верховного счетовода, — твёрдо сказал Трог. — Люди будут тебе сочувствовать, многие будут называть себя твоими мстителями, но если счёт будет вестись с учётом общественного мнения, грош цена такому счетоводству.
— Но я имела права на их жизни! — яростно зашипела Нора. — Двадцать один человек — и это только моя семья! А были ещё Марин — почти семьдесят человек плюс двое ещё не родившихся, Вентус — тридцать пять человек и шестнадцать Голдов. А ещё наёмники, попутчики, и, чёрт возьми, летописец! — она бросила на Арпада сердитый взгляд, будто в чём-то была его вина. — А Месарош… — она оборвала себя на полуслове и сжала руки в кулаки. Хорошо, что умолкла, подумал Арпад. Она явно хотела назвать точное число Месарош, которых прикончила в пустыне, но сейчас это упоминание не пошло бы ей на пользу.
— Твоя проблема не в Месарош, — хладнокровно заметил Трог, бросив на Арпада предупреждающий взгляд. Они решили пока что не сообщать девчонке, что, возможно, кто-то ещё из племени, кроме неё, выжил. Это могла быть ошибочная догадка. — Для того чтобы лишить их прав на тебя, свидетельств, пожалуй, достаточно. Тебе нужно беспокоиться об Игараси. Они законопослушны, открыты, пользуются уважением, и, осмелюсь предположить, симпатией в Хайгрэйсе, где расположено их главное убежище. Они ни разу не дали повода поставить их репутацию под сомнение. Просто, чтобы ты понимала: если бы Фаркаш явился с проверкой к ним, они бы не просто согласились ехать за ним хоть на край света, они бы ещё и самых быстрых лошадей предложили. Впрочем, компенсацию они бы потом затребовали тоже неплохую… Поэтому даже твои сторонники, скорее всего, будут рады, если ты попадешь в распоряжение Игараси.
Нора притихла и заметно побледнела. Арпад понимал её чувства. Для неё, обладающей иммунитетом к влиянию гемофилов, попасть к Игараси было немногим лучше, чем попасть к Месарош.
— Г-господа? — вдруг раздался неуверенный голос за их спинами.
Охотники обернулись. Чуть поодаль стоял немолодой мужчина, Арпад узнал в нём одного из ключников, работавших в трактире.
— Господа, прошу меня простить, я ни в коем случае не хотел подслушивать, но говорили вы слишком уж громко. — Арпад нахмурился — никто из них не говорил громко, даже Нора, которая была вне себя от злости, следила за интонацией, и, скорее, шипела, чем кричала. А Трог и вовсе, казалось, повышать голос не умел: он всегда говорил тихо и спокойно, и чем больше он злился, тем тише и медленнее говорил. Но ключник, тем не менее, чего-то от них хотел, и никто его не перебивал раньше времени. Тот продолжил: — Если я правильно понял, вы охотники из гильдии и занимаетесь… гемофилами, — это слово он шепнул, словно оно было неприличным. — Не знаю, может быть, вы уже в курсе… Но если нет, я хочу дать вам наводку на нарушителей. — Теперь он говорил очень тихо, беспокойно озираясь по сторонам, словно боялся, что его подслушают. Трог придвинул к их столу табуретку и жестом велел ключнику сесть. — Спасибо. На северо-востоке от Диффоука, на озере, стоит поместье Сюрд. Это, можно сказать, рыбацкая деревня, но людей там всего ничего, почти все сюда перебрались. Но в самом поместье живет большая семья, и они — точно вам говорю! — не люди. Они похитили моего сына и держат его в неволе, как и многих других. Люди пропадают, да, но не всех их погубил Кев-и-Олеч. Мой сын подружился с их парнишкой, Титом, он тут, в посёлке, часто бывает. Они гуляли вместе, по лесу лазили, рыбу ловили, а в один день мой Обер ушёл с этим Титом и больше не вернулся.
— Сколько лет вашему Оберу и этому…
Страница 96 из 120
