Фандом: Ориджиналы. Племя номадов Цеплин смело движется вглубь вулканической пустыни навстречу своей судьбе. Неизбежность то ли таится в глубоких ущельях впереди, то ли упрямо идёт по следу, создавая новых монстров.
Добавить в моё избранное
438 мин, 29 сек 10545
Если мы что-то обнаружим, мы поставим об этом в известность всех: и отца, и вашу гильдию, и вас лично, будьте уверены… а как только прибудет подкрепление, мы прижмём как следует Йерне.
Дальнейшее обсуждение было довольно скучным: у Трога уже был готов план, и он был неплох, так что Арпад легко со всем соглашался. Лишь время от времени он поглядывал на Нору, которая больше не произнесла ни слова, и, казалось, вот-вот рухнет в обморок. Выезд из Диффоука назначили на утро следующего дня. После этого Трог Маюц и остальные удалились в свои комнаты, но Нора уходить не торопилась. Скорее всего, она просто боялась подниматься, не доверяя своим ногам.
— Ты в порядке? — спросил Арпад.
Она отрицательно покачала головой.
— Я понимаю, что это эгоистично, ведь не я одна пострадала от Месарош, но знаешь, я бы предпочла, чтобы вы меня не защищали. Если они хотят моей смерти… Возможно, это лучше, чем попасть в распоряжение к Игараси.
Арпад не знал, что на это возразить. Жизнь всегда предпочтительнее смерти, и пусть раз в несколько дней ей придётся терпеть неприятную для неё процедуру питания, всё оставшееся время она сможет посвятить чему угодно. Ни в одной семье миньоны не были так довольны жизнью, как у Игараси. Ни одному другому клану гемофилов не было так легко добывать себе пропитание.
— Но даже Игараси лучше, чем попасть сейчас в моё распоряжение, — раздался напряжённый голос от двери. — Не помешаю?
Арпад удивлённо поднял голову — в дверном проёме стояла Агата Фли: с горящими глазами, бледная, болезненного вида. Руки её мелко дрожали, как и всё тело, и Арпад поспешил подняться с кровати и уступить ей — настолько плохо она выглядела. К своему стыду он должен был признать, что забыл о ней. Он беспокоился о брате, который не явился на его зов, но совсем забыл о подруге, которой тоже направил письмо. Он думал, что Агата не получила его весточку: ведь она собиралась покинуть Вормрут. Но вот она здесь, и с ней что-то явно не в порядке.
— Что произошло? — спросил он. — Ты нездорова? Или просто…
— Я жрать хочу, — сердито заявила Агата. — У меня нет денег даже чтобы нанять донора! Просто поверь мне, братишка, ты задолжал. Так что приведи мне кого-нибудь, и когда я почувствую себя лучше, я расскажу, кто ждёт тебя под стражей в протекторате Вормрута.
— Фирмин? — встревоженно спросил Арпад.
— В задницу Фирмина, — раздражённо огрызнулась Агата, обхватывая плечи руками и поджимая колени. — Миньон Месарош, готовый свидетельствовать! Я притащила его, нарушив все писанные и неписанные законы! А теперь веди мне еду, больше ни слова не скажу, пока не поем.
Это объясняло её состояние. В другой ситуации гемофилу нужно голодать месяц, чтобы довести себя до такого, но если Агата вела миньона под своим влиянием, это усиливало её голод, как запах прожаренного бекона усиливает аппетит. Арпад кивнул, хотя на него никто не смотрел, и стремительно зашагал к выходу. Но уже почти подойдя к двери, он вдруг услышал, как кто-то зовёт его по имени.
— Погоди, — дрожащим голосом попросила Нора. — Я могу быть донором. Агата, ты… Можешь научить меня…
Нора тяжело вздохнула, не в силах сформулировать мысль до конца. Но её поняли. Арпаду стало не по себе, уже в который раз за последние дни.
— Это не очень хорошая…
— Но мне придётся, — перебила его Нора, словно сама опасалась, что ей не хватит решимости. — Я хочу понимать, получится ли у меня… Хотя бы немного…
— Из меня сейчас плохой учитель, девочка, — прохрипела с кровати Агата. Изо рта её вытекла ниточка слюны, а губы немного оттопырились под натиском клыков. — Хотя, говорят, что чем сильнее голод, тем мощнее влияние.
— Пожалуйста, — сказала Нора. — Тебя я хотя бы немного знаю…
Агата фыркнула, явно припоминая обстоятельства их знакомства. Но не прошло и нескольких секунд, как она мучительно застонала и сказала Арпаду:
— Выйди, братишка. Ты будешь нас отвлекать.
Он неохотно покинул комнату, запер дверь и сел на пол в коридоре. В конце концов, они заняли его комнату.
Некоторое время ничего не было слышно, потом была какая-то возня и слабый писк. Арпад вслушивался, но не мог понять, что происходит в комнате. Он знал, что Агата, даже в таком состоянии, постарается быть деликатной, но также он знал, каких трудов стоит перестать сопротивляться дурманящему тошнотворному притяжению. Это всё равно, что отключить инстинкты, стать совершенно другим человеком — слабым и податливым…
В комнате послышался отчаянный крик, потом грохот и топот шагов. Дверь распахнулась, и Арпад увидел Нору — взъерошенную, заплаканную и с кровоточащей раной на шее. Так быстро? Нет, она просто не справилась…
Не сказав ни слова, Нора забежала в свою комнату и заперлась изнутри, и Арпад понял, что ею можно заняться и позже. Агате сейчас намного хуже. Лишь бы она его не убила…
Дальнейшее обсуждение было довольно скучным: у Трога уже был готов план, и он был неплох, так что Арпад легко со всем соглашался. Лишь время от времени он поглядывал на Нору, которая больше не произнесла ни слова, и, казалось, вот-вот рухнет в обморок. Выезд из Диффоука назначили на утро следующего дня. После этого Трог Маюц и остальные удалились в свои комнаты, но Нора уходить не торопилась. Скорее всего, она просто боялась подниматься, не доверяя своим ногам.
— Ты в порядке? — спросил Арпад.
Она отрицательно покачала головой.
— Я понимаю, что это эгоистично, ведь не я одна пострадала от Месарош, но знаешь, я бы предпочла, чтобы вы меня не защищали. Если они хотят моей смерти… Возможно, это лучше, чем попасть в распоряжение к Игараси.
Арпад не знал, что на это возразить. Жизнь всегда предпочтительнее смерти, и пусть раз в несколько дней ей придётся терпеть неприятную для неё процедуру питания, всё оставшееся время она сможет посвятить чему угодно. Ни в одной семье миньоны не были так довольны жизнью, как у Игараси. Ни одному другому клану гемофилов не было так легко добывать себе пропитание.
— Но даже Игараси лучше, чем попасть сейчас в моё распоряжение, — раздался напряжённый голос от двери. — Не помешаю?
Арпад удивлённо поднял голову — в дверном проёме стояла Агата Фли: с горящими глазами, бледная, болезненного вида. Руки её мелко дрожали, как и всё тело, и Арпад поспешил подняться с кровати и уступить ей — настолько плохо она выглядела. К своему стыду он должен был признать, что забыл о ней. Он беспокоился о брате, который не явился на его зов, но совсем забыл о подруге, которой тоже направил письмо. Он думал, что Агата не получила его весточку: ведь она собиралась покинуть Вормрут. Но вот она здесь, и с ней что-то явно не в порядке.
— Что произошло? — спросил он. — Ты нездорова? Или просто…
— Я жрать хочу, — сердито заявила Агата. — У меня нет денег даже чтобы нанять донора! Просто поверь мне, братишка, ты задолжал. Так что приведи мне кого-нибудь, и когда я почувствую себя лучше, я расскажу, кто ждёт тебя под стражей в протекторате Вормрута.
— Фирмин? — встревоженно спросил Арпад.
— В задницу Фирмина, — раздражённо огрызнулась Агата, обхватывая плечи руками и поджимая колени. — Миньон Месарош, готовый свидетельствовать! Я притащила его, нарушив все писанные и неписанные законы! А теперь веди мне еду, больше ни слова не скажу, пока не поем.
Это объясняло её состояние. В другой ситуации гемофилу нужно голодать месяц, чтобы довести себя до такого, но если Агата вела миньона под своим влиянием, это усиливало её голод, как запах прожаренного бекона усиливает аппетит. Арпад кивнул, хотя на него никто не смотрел, и стремительно зашагал к выходу. Но уже почти подойдя к двери, он вдруг услышал, как кто-то зовёт его по имени.
— Погоди, — дрожащим голосом попросила Нора. — Я могу быть донором. Агата, ты… Можешь научить меня…
Нора тяжело вздохнула, не в силах сформулировать мысль до конца. Но её поняли. Арпаду стало не по себе, уже в который раз за последние дни.
— Это не очень хорошая…
— Но мне придётся, — перебила его Нора, словно сама опасалась, что ей не хватит решимости. — Я хочу понимать, получится ли у меня… Хотя бы немного…
— Из меня сейчас плохой учитель, девочка, — прохрипела с кровати Агата. Изо рта её вытекла ниточка слюны, а губы немного оттопырились под натиском клыков. — Хотя, говорят, что чем сильнее голод, тем мощнее влияние.
— Пожалуйста, — сказала Нора. — Тебя я хотя бы немного знаю…
Агата фыркнула, явно припоминая обстоятельства их знакомства. Но не прошло и нескольких секунд, как она мучительно застонала и сказала Арпаду:
— Выйди, братишка. Ты будешь нас отвлекать.
Он неохотно покинул комнату, запер дверь и сел на пол в коридоре. В конце концов, они заняли его комнату.
Некоторое время ничего не было слышно, потом была какая-то возня и слабый писк. Арпад вслушивался, но не мог понять, что происходит в комнате. Он знал, что Агата, даже в таком состоянии, постарается быть деликатной, но также он знал, каких трудов стоит перестать сопротивляться дурманящему тошнотворному притяжению. Это всё равно, что отключить инстинкты, стать совершенно другим человеком — слабым и податливым…
В комнате послышался отчаянный крик, потом грохот и топот шагов. Дверь распахнулась, и Арпад увидел Нору — взъерошенную, заплаканную и с кровоточащей раной на шее. Так быстро? Нет, она просто не справилась…
Не сказав ни слова, Нора забежала в свою комнату и заперлась изнутри, и Арпад понял, что ею можно заняться и позже. Агате сейчас намного хуже. Лишь бы она его не убила…
Страница 98 из 120
