Амарант

Амарант навсегда потеряет доверие.

Милли осторожно выглядывала из-за объемистого пакета, который Роберто держал в руке.

— Не бойся, — сказал Данте. — Он ничего тебе не сделает.

— А я и не боюсь, — басом произнесла девочка, робко выходя из-за Роберто. — Вы помогли мне выбраться, я помню.

— Да, я тоже помню, — вздохнул демон. — Очень хорошо помню.

Данте покосился на него. Он ожидал, что Габриэль разозлится, но этого не произошло. Видимо, тот больше не считает, что по вине девочки лишился сил.

Милли подошла к Амаранту и уставилась на него ярко-синими глазами.

— Вы помогли мне выбраться, — с улыбкой сказала она, протягивая крошечную ладошку. — Спасибо.

Демон удивленно смотрел на протянутую ручку. Он не ожидал такого дружелюбия. Ребенок, выросший на улице, должен бояться всех и вся, но Милли… Она смотрела на этот мир широко открытыми глазами. Несмотря на то, что сумасшедший папаша избивал с завидной регулярностью, малышка не озлобилась, не скатилась до наркотиков или чего похуже. Как такое может быть? В этом-то мире?

Данте кашлянул. Амарант вопросительно глянул на него, и парень кивнул. Демон протянул руку и пожал ладошку Милли.

— Не за что, — он улыбнулся в ответ.

Девочка хихикнула.

— А вы ангел?

Амарант удивленно заморгал.

— Кто? Я?

Она кивнула, не переставая улыбаться. Данте прислонился к стене и с интересом наблюдал за происходящим.

— Почему ты решила, что я ангел?

— Вы такой красивый.

Амарант рассмеялся.

— Если ты так считаешь…

— А как ваше имя?

— Габриэль.

— Вот видите! — Милли подпрыгнула и хлопнула в ладоши. — Вас и зовут так же, как ангела!

Амарант не стал ее разубеждать. Странно, но девочка ему понравилась. Ее непосредственность подкупала, огромные глаза завораживали, звонкий смех заставлял улыбаться. В конце концов она же не виновата, что оказалась причиной грехопадения демона.

— Я принес выпить! — радостно провозгласил Роберто, доставая из безразмерного внутреннего кармана бутылку какого-то пойла. — И о закуске не забыл! Поужинаем? — он тряхнул пакетом.

Милли радостно прыгала вокруг него.

— Дождик, дождик, лей сильней! — напевала она. — Да, дядя Робби?

— Дядя Робби? — ухмыльнулся Данте.

— Это она меня так прозвала, — смущенно потупился Роберто. — Не вздумай кликать меня так же! Иначе обижусь.

— Ладно-ладно, дядя Роберто, — Данте поднял руки, не переставая улыбаться.

Он с трудом пододвинул сундук с барахлом к лежанкам. Роберто с ловкостью фокусника расставил на нем пластиковые стаканчики и начал доставать из пакета купленные продукты. В нем оказался кусок ветчины, булка хлеба, сыр, помидоры, копченая курица и пакет сока.

— Вот, все, что смог достать, — с гордостью объявил он.

— Или все, на что хватило денег, — Данте потер виски. — Я же давал тебе достаточно…

— А как же выпить? — Роберто возмущенно водрузил бутылку на импровизированный стол. — Ему вон, я гляжу, расслабиться не мешает, — он мотнул головой в сторону Амаранта. — Плечо-то болит, небось?

— Есть немного, — кивнул тот. Стоило старику упомянуть рану, как она начала ныть.

— Вот и я про то же! — радостно возвестил Роберто, свинчивая пробку. — Тебе налить, Данте?

— Ни в коем случае. Мне нужна трезвая голова.

— Ну как хочешь, — не стал уговаривать Роберто. — Нам больше достанется. Правда, Габриэль?

— Правда, — демон сделал попытку улыбнуться — рана болела все сильнее, видимо, действие таблетки начало проходить.

Потенциальный убийца

Роберто предложил Данте и Габриэлю старые лежаки, сам же улегся на сундук, оттащив его в угол. Милли расположилась на свернутом в несколько раз одеяльце рядом с Данте. Места едва хватило на двоих, но Данте не мог допустить, чтобы девочка спала на полу, а Милли в свою очередь отказывалась спать на лежаке одна.

— Как твоя рана? — спросил Данте, пытаясь разглядеть Габриэля в сгущающихся сумерках.

— Неплохо, — пьяно пробормотал тот — он и Роберто приговорили бутылку в считанные минуты. — И в самом деле неплохая анестезия.

— Слушай его больше, — недовольно проворчал Данте, кивая на Роберто. — Можно подумать, алкоголь — панацея от всех болезней.

— Так и есть! Забываешь обо всем! — раздался из угла радостный вопль. — И никаких тебе проблем!

Данте неодобрительно хмыкнул.

— Если завтра утром будет болеть голова — не жалуйся.

— Какие уж тут жалобы, — вздохнул демон. — Не думаю, что головная боль ужасней боли от огнестрельной раны.

— Ты никогда ее не испытывал, — ответил Данте. — Ты не можешь знать.

— Ну да, ты у нас знаток. Всю жизнь ее терпишь вместо того, чтобы пройти курс лечения! Как это назвать?