Рики Макарони и Клуб Единства

Рики окаменел, стараясь поймать и расшифровать то, чего не успел уловить; сильно стараться ему не пришлось — взгляд повторился довольно скоро. Рики будто обожгло горечью и гневом; непонятно почему, но в тот момент он ясно понял: Лонгботтом ненавидел и боялся его, хоть притворялся очень искусно. Весь год он находился в этой школе, и весь год с Рики что-то происходило. А ведь они еще встречались несколько раз в неделю; да что там, несколько раз в день в Большом зале. Лонботтом был сильным колдуном, уж это-то за время учебы дошло до Рики. И он в открытую уставился на преподавателя, не сомневаясь, что взгляд повторится еще раз.

Таки вышло. «Попался!», — подумал Рики, подробно пронаблюдав, как в считанные доли секунды гнев сменился обычной доброжелательностью. Надев маску, профессор дружелюбно спросил:

— Вам что-нибудь объяснить, Макарони?

— Спасибо, сэр, — «Да кто ты, лазутчик?!»
До конца урока Рики неотрывно наблюдал за Лонботтоном, и его подозрения крепли с каждой секундой. Профессор защиты начал нервничать, это определенно. И отпустил класс как-то слишком быстро — едва ли не выпроводил одновременно со звонком.

Однако Лео отнесся к домыслам Рики более чем скептически.

— Я ничего плохого о нем не знаю. Родители считают его одним из самых безупречных светлых магов. Только не помню, на ком он женат.

— Да какая разница?! Ты мне скажи, зачем к нему ходит Артур Уизли?

— Не знаю, но объяснение должно быть, хотя определенно странно, что он не хочет говорить. И потом, Лонгботтома же не было рядом, когда все эти происшествия происходили, — вразумил Лео.

— Ты говорил, что это необязательно, — упрямо заявил Рики.

— Не всегда обязательно. Но время и пространство существенно в магии, Рики. Не уверен, что реально творить чудеса, в которые верят обычные люди, — сказал Лео.

— И все равно мне он не нравится. И я ему, кстати, тоже, — сообщил Рики.

— Ладно, обдумаю, — пообещал Лео. — Нам лучше сделать все уроки до завтра, ибо если у одного из нас будут негодящие рефераты по зельям, головой ручаюсь, наш завуч накроет навеки нашу рыбалку.

Субботним утром в Большом зале царило радостное возбуждение. Квиддичный сезон завершался до следующего года, однако «Слизерин» уже получил свои баллы и все надеялись на кубок. Только Эльвира сидела какая-то грустная.

Когда другие ученики толпой повалили к Главным дверям, Рики и Лео в компании Дика спустились в подземелья за удочками. В гостиной к ним радостно бросилась Моргана, и пришлось с ней немного повозиться, чтобы она не обиделась. В результате, когда они явились на мостик, матч, судя по прекрасно слышным комментариям, уже начался.

— Представляете, Ники всех поздравил с окончанием сезона и пожелал хорошей игры, и ни слова про отличную команду «Гриффиндора», — сообщил Дик.

— Да, досталось ему в этом году! — посочувствовал Артур и спросил слизеринцев: — Ваши опять начнут вопить в случае чего?

— Вроде не собирались, — пожал плечами Рики.

— Ну так давайте начинать! — предложил Лео.

Рыба подплывала и попадалась на удочки в изобилии, только успевай класть в ведро. Так было даже неинтересно.

— По-моему, мы ничего не пропускаем, — заметил Эди. — Я так ясно представляю все, что происходит на поле.

Действительно, сегодня Ники абсолютно точно излагал все действия, предпринимаемые командами, даже не критикуя, и с его слов легко было понять, каков ход игры. Рики никогда бы не поверил, что он на такое способен.

Рики вновь попытался воспользоваться случаем и спросил Артура, зачем он в свободное время посещает Лонгботтома. Как и раньше, тот немедленно замкнулся и отвернулся.

— Я же говорил, чтоб вы больше не спрашивали, — проворчал он.

— Не старайся, — махнул Ральф. — Он даже мне не позволяет его сопровождать. Это тайна за семью печатями.

— Да, тайна! — отрезал Артур. — Чего вы нервничаете? Все нормально, просто пока он в школе, мне этого лучше не говорить, потому что начнутся намеки всякие!

— Добрый день, джентльмены! Прекрасная погода, не так ли?

На этот голос Рики немедленно обернулся, после чего обменялся удивленными взглядами с товарищами. Перед ними стоял Альбус Дамблдор собственной персоной. И в руке он держал не вполне новую удочку.

Студенты, естественно, поздоровались и согласились, что погода, несомненно, хороша.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? — спросил директор.

Рики помнил, что профессор Дамблдор предупреждал о такой возможности, и даже сообщил об этом другим, но он никогда не предполагал, что нечто подобное действительно произойдет. И не один он смутился. Однако гиффиндорцы радостно заулыбались, и Артур, сделав широкий жест, пригласил:

— Добро пожаловать, сэр! — и подвинулся, освобождая место.