Сумрачный лес

— Впервые наблюдаю такую перепалку, — улыбнулась Айсис. — Иногда у вас бывает весело.

— У нас всегда весело. Только не все это веселье понимают.

— Например?

— Трендер всегда смотрел на нас со снисхождением как на маленьких детей. Слендер вообще не признает это дурачество. Ему бы спокойствия, умиротворения, чьих-нибудь кишочков и он будет почти доволен, стоя у своего любимого окна.

— Почему почти?

— Его не поймешь. Всегда чего-то не достает, чего-то не хватает. Настроение переменчиво как у беременной девахи в переходном возрасте. То непоколебимый как скала во время ветра, то до безумия агрессивный. Его злость достигает своего апогея совершенно без усилий.

— И часто так происходит?

— Не очень, но предугадать эти моменты практически невозможно. Что творится в его голове нам зачастую неизвестно.

— И правда еще не было таких ситуаций как сейчас?

— Нет. Раньше он был более отстраненным от людей. Они для него как биологический мусор. С чего такая мания измываться именно над Реей лично я слабо понимаю.

— Он же говорил, что она ему нужна, чтобы как-то узнать о своем прошлом?

— Эта затея изначально провальная. Что и как он узнает? Если бы мог узнать, уже узнал бы за все время, пока она была у нас.

— Я все не пойму, почему он так неожиданно решил ее выгнать.

— И не поймешь. Его мотивы, как пути господни — неисповедимы.

— Весьма колоритное сравнение.

— Ну, что поделать.

— Когда он уже очнется?

— Это вы у меня спрашиваете, доктор?

— Рядом с вами я не доктор.

— Да-да, конечно.

— Ты неисправим.

— Знаю.

Я слышу какие-то звуки над собой. Словно там кто-то есть. Но разобрать не удается. В глазах снова темнеет.

Сплендор сидит на своей кровати и думает. Должен же быть какой-то способ узнать их местоположение. По крайней мере, пока по ветру не развеяли. Странно, что их не удалось найти. Видимо он утащил ее дальше, чем они предполагали, но куда? Где можно спрятаться, учитывая, что на многие километры простираются леса? И правда словно сквозь землю провалились.

Яркость комнаты немного поднимала настроение. Здесь все было не таким серым и унылым, как за окном. Там даже солнце не светило. Все спало, спало и спало. Казалось, ничто никогда не сможет нарушить это мертвое безмолвие. И время вокруг словно остановилось.

Младший брат решительно поднялся и пошел в гостиную. Ему крайне осточертело бессознательное состояние Слендера. Он должен очнуться, поднять свою тощую задницу, которая, к слову, вовсе и не тощая, если так посмотреть, и найти, наконец, Рею, пока ее сильный дух не покинул слабое тело.

Торопливо топая, он добрался до гостиной, присел рядом с Безликим и стал трясти его за плечи, мотая в разные стороны как куклу. Что за обращение такое? Если бы Слендер просто спал и, проснувшись, увидел, что с ним вытворяют, надавал бы этому Петрушке по его шапке. Но этого не произошло. Брат так и не пришел в себя.

— Чертова ты спящая красавица! Ну сколько еще можно? — он взмолился.

— Ты из него все вытрясешь, перестань, — в дверном проеме показался Оффендер. — Не думаю, что он тебе потом спасибо скажет.

— Да пусть уже хоть что-нибудь скажет. Нервирует меня своей бесполезностью!

— Лучше бы ты так нервничал, когда ребенка угробил.

В этот момент шедшая по коридору к братьям женщина замерла на месте, уронив чашку с чаем. Она думала, что ослышалась, точнее пыталась себя в этом убедить, но эти слова ни с чем особо не спутаешь. Так вот почему тогда он вернулся таким странным.

Холодок моментально пробежал по спине, заставив съежиться и потереть себя руками в попытке унять дрожь. Здесь нельзя оставаться. Теперь на все сто процентов о безопасности в этом доме можно забыть. Нужно тихонько проскользнуть к выходу незамеченной и уносить ноги. К отцу идти не лучший вариант, поэтому стоит пока бежать к дому и заодно посмотреть действительно ли там царит разруха, как говорил Оффендер. А то теперь стало понятно, что его словам верить нельзя. Вообще даже мысли о доверии к этим существам сами по себе абсурдны. Но раньше это не так будоражило сознание, ведь настолько остро этот вопрос не стоял. Теперь же все иначе. Жизнь слишком коротка и дорога, чтобы ждать пока они все перебесятся. А Рея попала в эту западню. Как жаль, что у нее не получилось сбежать, спрятаться и больше никогда их не встречать. Не вспоминать о них как о кошмарах из детства. Айсис была уверена, что бедной девушке уже не удастся избавиться от их общества. По крайней мере, на этом свете. Они не столь навязчивы, но будто вездесущи и абсолютны.

Тихонько проскочив в прихожую, женщина накинула куртку и вышла на улицу. Волочась по высоким сугробам, она в тысячный раз прокляла тот момент, когда выползла из родного дома и поддалась уговорам отца.