Сумрачный лес

Я попробую что-нибудь придумать, но ведь ты же понимаешь, что вся эта история вряд ли хорошо закончится. Но мы сделаем все, что можем. Договорились?

В ответ она лишь кивнула и снова уставилась в окно. По светлым щекам стекали слезы, которые она так старалась подавить, но это не получалось. Она привязалась к Рее. Та стала для нее чуть ли ни сестрой. Неприятно и странно было осознавать, что у этой девушки такая невообразимая судьба. Кто бы мог подумать, что рядом с обычными людьми и простой мирской жизнью происходит такое? Все-таки порой действительно лучше ничего не знать. Иначе сон навсегда потеряешь, а там и еще что подороже. В любом случае это уже как повезет.

Оффендер вышел из комнаты, оставив женщину наедине со своими мыслями, и направился в мастерскую Трендера, попутно встретив Слендера в гостиной. Хозяин стоял возле стены и рассматривал небольшое полотно. Места, безусловно, казались знакомыми, но только ему. Он смутно припоминал что-то, но не мог понять что. И эти пейзажи там присутствовали, но уловить и остановить видения не получалось. Картинка никак не замирала в голове, а все двигалась и потом рассеивалась как туман, словно ничего и не было. Это казалось мучительным. Непонятные воспоминания не удавалось связать. Он был уверен, что это именно его прошлое, которое дразнило, манило, пугало и одновременно погружало в какую-то непроглядную бездну, где никого и ничего нет, только темнота и он один. Он ходит, ищет, зовет, пытается что-то сделать, но тщетно. Его никто не услышит, ему никто ничего не объяснит. Нужно все понять и узнать самому. И это чувство разрывает изнутри. Оно порождает бесконечную агрессию, злобу и жестокость. Неприкаянная душа веками в муках. Словно проклятье. Тогда в чем его вина?

— Я знаю, что ты снова погружен в свои раздумья, но может быть уделишь мне пару минут? — местный Казанова присел на подлокотник кресла.

Слендер несколько минут молчал, но потом обернулся:

— Чего тебе?

— Твой план расправы с Реей все еще в силе?

— Тебя это так интересует?

— Ну… Мы как бы братья, да, интересует.

— В силе. И ее ждет то, чего не доводилось испытать ни одной из всех наших жертв.

— Не обобщай, — Офф ухмыльнулся. — Моим может и приятно было. Я надеюсь.

— Зря.

— Так что ты собираешься делать? Мы не знаем где она. Не один месяц прошел, сомневаюсь, что она еще жива.

— Я знаю, что жива. И ты знаешь. И в последнее время слишком часто включаешь идиота. Завязывай с этим.

— Я тебя понял, — он поднялся и покинул гостиную.

Через пару минут оказавшись в мастерской, мужчина долго осматривался и старался уловить единственно верную догадку, которая вот-вот зажжет свет в конце тоннеля. Почему-то он был уверен, что недооценил Трендера, что не все потеряно, что они где-то недалеко. После слов брата стало ясно, что Рея еще жива. Если Слендер так говорит, это значит, что он что-то знает, а раз так, нужно действовать на опережение. Времени очень мало.

Поиск зацепок в мастерской нарушила Айсис. Она быстренько спустилась по ступенькам и уставилась на мужчину с отчетливо читающимся в глазах вопросом.

— Обязательно мне мешать?

— Я знаю, что у тебя появились какие-то мысли по этому поводу. Что думаешь?

— Я не знаю, но чувствую, что они где-то рядом. И Слендер знает, что она жива. И планы свои менять не собирается. Давай вместе осмотрим мастерскую, вдруг что-нибудь найдем.

— Конечно.

Пока шли поиски, в другом доме Сплендор составлял какие-то логические цепочки и пытался припомнить, не упустил ли чего. С неиссякаемым энтузиазмом младший из братьев старался положить все силы на разрешение этого дела, хоть и знал, что это бесполезно. Уж если великие умы всея семьи ничего сделать не могут, то он вообще плетется в хвосте. Однако зря он так думал. Странный шорох послышался из другого конца дома. Причем виной ему явно не мыши. Не растерявшись, шут в несколько шагов преодолел расстояние и увидел в темноте прихожей высокую фигуру в рубашке и с шарфом. И кто, по-вашему, это мог быть?

— Трендер?

— Твою же мать… Что ты здесь делаешь? Ты понимаешь, к чему это могло привести? — модельер обернулся. В его руках были несколько платьев, перчатки, плюшевая накидка и невообразимой формы блестящая заколка.

— Это для Реи?! Она жива? Правда, жива?! — радости весельчака не было предела, но серьезный вид брата заставил его на секунду остановиться.

— Ты хочешь помочь ей? Хочешь, чтобы она навсегда исчезла из нашей жизни и больше никогда между нами не вставала?

— Хочу.

— Тогда поклянись, что никому не скажешь, что видел меня и узнал, что она жива. У меня есть план. И скоро я его воплощу. Нужно лишь еще немного переждать. Держи все в тайне. Иначе нам не жить.

— Конечно-конечно, я буду молчать. Где она? Как себя чувствует? Можно ее увидеть?