Против него я была почти беспомощной и в поединке за свою жизнь, я могла лишь уповать на свою удачу. Он сильнее, быстрее, ловче меня в несколько раз. И почему я думала, что на вызов придет четырнадцатилетний мальчик, с которым я смогла бы справиться? Почему я согласилась призвать их? Напомните мне, чтоб я больше никогда не слушала своих подписчиков.
Добавить в моё избранное
308 мин, 23 сек 14216
Она попыталась покатиться из стороны в сторону, чтоб убрать с себя огонь, но тот упорно не желал гаснуть, под действием бензина. Затем, видимо так и не смирившись со своей скорой смертью, женщина зло уставилась на шатенку уже пустыми глазницами, а затем целенаправленно поползла к ней. Это простое действие изрядно напугало зеленоглазую, заставляя ее еще сильнее задергаться на веревке. Мэри же, упорно ползла в ее сторону, и уже была очень близка к ступне девушки. Горевшая рука потянулась к ноге, и Виктория попыталась испуганно убрать свою конечность, но вместо этого она всего лишь беспомощно дернулась на веревках…
— А как же великая любовь?
— Разбилась о суровую реальность.
Сесилия Ахерн «Время моей жизни»
Переведя испуганный взгляд на убийцу, задворками сознания я поняла, что он медленно направляется в мою сторону.
— Девочка моя, давай развлечемся? — тихий, обжигающий шепот на ушко, и я понимаю, что краснею. Почему-то, нестерпимо захотелось прикрыть грудь, на которую был направлен столь плотоядный взгляд. Чужие руки обвили меня за талию, а затем спустились ниже, очерчивая бедра и спускаясь к ягодицам. Джефф придвинул свое лицо к шее, очерчивая языком беззащитную жилку на шее, а затем больно укусил, чтоб в следующее мгновение впиться туда губами, оставляя не шуточный засос. Я глухо застонала, понимая, что тело начинает бить дрожь.
— Пусти… — прошипела я, отчаянно дернувшись на веревках. Ненавижу!
Как и ожидалось, меня никто не послушал. Вместо этого безумец сильно сдавил мои ягодицы, а затем накрыл губы напористым и жестким поцелуем. Плотно стиснула зубы, не давая его языку пройти внутрь.
— Сука, — злобный рык прямо в губы, и меня зло бьют по филейной части. От неожиданности вскрикнула, размыкая плотно сжатые губы, чем и воспользовался убийца. Его губы сминали, подчиняя мои, а язык змеей извивался внутри, заставляя и мой двигаться в такт ему. Это было дико, по-звериному, даже без намека на нежность, лишь всепоглощающая похоть. Сама не заметила, как под столь страстным напором стала отвечать. В этот момент мир погрузился в один влажный и горячий клубок, который вскружил мне голову. Я тихо застонала, придвигаясь чуть ближе, стараясь прижаться к нему как можно сильнее, насколько это позволяли мне веревки. На задворках сознания плыла мысль о неправильности моих действиях, но животные инстинкты, которые во мне будил безумец, так и рвались наружу.
— Вот так, ты же не хочешь, чтоб те детки легли спать? — хрипло произнес безумец, разрывая поцелуй и образуя между нами дорожку из слюны. При этом он как-то странно смотрел на меня, со смесью какого-то дикого восторга и жгучего желания. Его слова, подействовал на меня не хуже, чем ушат холодной воды, замораживая только-только разгоревшийся огонь внутри. Волна омерзения к самой себе и к нему вмиг накрыла меня, и я вновь стиснула до одури зубы. Безумец промолчал, но его красноречивый взгляд, направленный в тот темный угол, где скрывались дети, говорил сам за себя.
— Пожалуйста, не надо… я… я согласна! — выпалила я, а затем вздрогнула, заметив опасливый блеск безумия в его глазах. Я сама себе приписала смертный приговор…
Достав нож из кармана все той же толстовки, он мигом перерезал веревки сначала на руках, из-за чего я не удержалась и полетела вниз. Ноги ведь, были тоже прикреплены веревками и находились примерно в нескольких сантиметрах от земли. Вовремя выставив руки вперед, я встала в позу кошки, опираясь на свои ладони. Из-за этого руки вмиг начало трясти, и я поняла, что долго так не выдержу. Пришлось в срочном порядке менять позу, но и тут то меня ждал подвох. В конец ослабев, руки отказались держать вполне не маленький вес своей хозяйки, из-за чего я приложилась лицом об пол. Вскоре, с ног исчезли и веревки, и чуть ли не плача, подобрала свои многострадальные конечности под себя, обнимая их руками и утыкаясь в коленки лицом. Хотелось плакать, и наконец-то, я позволила себе это, не сдерживаясь. Рядом со мной лежало обгоревшее тело, уже мертвой женщины, но я упорно не хотела смотреть на него. Было слишком страшно.
Меня грубо дернули за плечо, вынуждая сесть, а затем ухватились за подбородок, приподнимая его немного. Невидящим взором уставилась на убийцу, который тут же приставил нож к моим щекам. Вот, холодная сталь уже оказалась у меня во рту, заставляя подавленно всхлипнуть и испуганно попытаться вырваться.
— А как же великая любовь?
— Разбилась о суровую реальность.
Сесилия Ахерн «Время моей жизни»
Глава 27 Все закончилось?
Плакала ли я? Было ли мне больно? Безусловно, я даже сил и голоса не пожалела. Орала знатно, смачно и со вкусом, во все глаза наблюдая за горящей рукой, которая со всей силы вцепилась в веревку возле моей ноги. Наши крики слились в один, и уж точно, теперь его было слышно во всём лесу. Вскоре, тело Мэри обмякло и она упала на пол, продолжая сжимать рукой веревку. Я же, продолжала кричать минут пять, пока не поняла, что голос окончательно осип.Переведя испуганный взгляд на убийцу, задворками сознания я поняла, что он медленно направляется в мою сторону.
— Девочка моя, давай развлечемся? — тихий, обжигающий шепот на ушко, и я понимаю, что краснею. Почему-то, нестерпимо захотелось прикрыть грудь, на которую был направлен столь плотоядный взгляд. Чужие руки обвили меня за талию, а затем спустились ниже, очерчивая бедра и спускаясь к ягодицам. Джефф придвинул свое лицо к шее, очерчивая языком беззащитную жилку на шее, а затем больно укусил, чтоб в следующее мгновение впиться туда губами, оставляя не шуточный засос. Я глухо застонала, понимая, что тело начинает бить дрожь.
— Пусти… — прошипела я, отчаянно дернувшись на веревках. Ненавижу!
Как и ожидалось, меня никто не послушал. Вместо этого безумец сильно сдавил мои ягодицы, а затем накрыл губы напористым и жестким поцелуем. Плотно стиснула зубы, не давая его языку пройти внутрь.
— Сука, — злобный рык прямо в губы, и меня зло бьют по филейной части. От неожиданности вскрикнула, размыкая плотно сжатые губы, чем и воспользовался убийца. Его губы сминали, подчиняя мои, а язык змеей извивался внутри, заставляя и мой двигаться в такт ему. Это было дико, по-звериному, даже без намека на нежность, лишь всепоглощающая похоть. Сама не заметила, как под столь страстным напором стала отвечать. В этот момент мир погрузился в один влажный и горячий клубок, который вскружил мне голову. Я тихо застонала, придвигаясь чуть ближе, стараясь прижаться к нему как можно сильнее, насколько это позволяли мне веревки. На задворках сознания плыла мысль о неправильности моих действиях, но животные инстинкты, которые во мне будил безумец, так и рвались наружу.
— Вот так, ты же не хочешь, чтоб те детки легли спать? — хрипло произнес безумец, разрывая поцелуй и образуя между нами дорожку из слюны. При этом он как-то странно смотрел на меня, со смесью какого-то дикого восторга и жгучего желания. Его слова, подействовал на меня не хуже, чем ушат холодной воды, замораживая только-только разгоревшийся огонь внутри. Волна омерзения к самой себе и к нему вмиг накрыла меня, и я вновь стиснула до одури зубы. Безумец промолчал, но его красноречивый взгляд, направленный в тот темный угол, где скрывались дети, говорил сам за себя.
— Пожалуйста, не надо… я… я согласна! — выпалила я, а затем вздрогнула, заметив опасливый блеск безумия в его глазах. Я сама себе приписала смертный приговор…
Достав нож из кармана все той же толстовки, он мигом перерезал веревки сначала на руках, из-за чего я не удержалась и полетела вниз. Ноги ведь, были тоже прикреплены веревками и находились примерно в нескольких сантиметрах от земли. Вовремя выставив руки вперед, я встала в позу кошки, опираясь на свои ладони. Из-за этого руки вмиг начало трясти, и я поняла, что долго так не выдержу. Пришлось в срочном порядке менять позу, но и тут то меня ждал подвох. В конец ослабев, руки отказались держать вполне не маленький вес своей хозяйки, из-за чего я приложилась лицом об пол. Вскоре, с ног исчезли и веревки, и чуть ли не плача, подобрала свои многострадальные конечности под себя, обнимая их руками и утыкаясь в коленки лицом. Хотелось плакать, и наконец-то, я позволила себе это, не сдерживаясь. Рядом со мной лежало обгоревшее тело, уже мертвой женщины, но я упорно не хотела смотреть на него. Было слишком страшно.
Меня грубо дернули за плечо, вынуждая сесть, а затем ухватились за подбородок, приподнимая его немного. Невидящим взором уставилась на убийцу, который тут же приставил нож к моим щекам. Вот, холодная сталь уже оказалась у меня во рту, заставляя подавленно всхлипнуть и испуганно попытаться вырваться.
Страница 74 из 79
