Фандом: Ориджиналы. Что ждет людей, когда боги вернутся на Землю? Рабство? А что будет с анкийцами, и готовы ли они дать отпор высшей расе или же анкийский и земной мир ждет второй Освенцим?
Добавить в моё избранное
604 мин, 30 сек 7949
В красиво обставленном холле было немного пустовато, в таких домах едва ли мог ощущаться уют из-за высоких потолков и галереи второго этажа, куда вела помпезная изогнутая лестница, и из-за громоздких керамических ваз на полу и скульптур богов Сета и Осириса в полный рост, охранявших лестницу по бокам.
— Канцлер, добрый вечер, — Гретель, появившаяся в холле, мягко улыбнулась; ее прислали прислуживать семье Ривки, как доверенное лицо; теперь, когда весь мир знал личность Анкиа, она могла свободно покидать Малакат, как и другие слуги. — А этот молодой человек…
— Бен, — представился он, тоже мягко улыбнувшись и взглянув на Ривку; на миг в свете ламп ее волосы внезапно поймали рыжий блик, и сердце Бена совершило кульбит; всего лишь на миг ему показалось, что это Инанна, но он быстро отмел эту мысль, ведь Инанны здесь быть не могло; он посмотрел на Ривку, понимая, что должен открыть ей правду о том, что Инанна на Земле. — Ривка, нам нужно поговорить…
— Бекка, — в холле показался отец, замерший на месте, но она сама подошла, чтобы оказаться в его объятиях.
— Папа… — протянула она, тут же раскиснув и всхлипнув. — Ты здесь…
Он гладил ее по волосам, закрыв глаза и не замечая остальных присутствующих. Бен смотрел на Ривку, продумывая план действий, но сейчас заводить разговор об Инанне не следовало, все же она приехала увидеться с семьей. И проблема в том, что Инанна со своими головорезами была предельно убедительна, пообещав выпустить кишки ему и его матери, если он выболтает о ее прибытии. Бен, уверенный в необходимости предупредить Ривку об опасности, пока что молчал, думая, как же уберечь ее от Инанны, от которой ничего хорошего ждать не приходилось.
Джонатан поздоровался с Беном крепким мужским рукопожатием. Они друг друга никогда раньше не видели, но были знакомы заочно, благодаря рассказам Ривки. Встреча с мамой должна будет стать куда большим испытанием, и началось оно, когда Ривка увидела Яэль, стоявшую возле бассейна, где слуги накрыли стол. Ее темные волнистые волосы были захвачены в тугой хвост на затылке, офисная одежда — кремовая юбка и блузка-безрукавка — как нельзя лучше вписывали ее в интерьер виллы, выбранной для родителей жены Александром. Бен вышел из дома следом за Ривкой, разговаривая с Джонатаном и на ходу перевязывая пучок на затылке. Отец старался вести себя непринужденно, но все домашние знали, что его излишняя улыбчивость и словоохотливость — показатель внутреннего напряжения.
Дедушка поднялся из плетеного кресла, увидев внучку в военной форме, и оглядел с головы до ног, словно не узнавая.
— Наверное, нужно было переодеться, — Ривка несмело улыбнулась, подойдя к неподвижному деду, в глазах которого плескалось подозрение. — Я все та же Ребекка, дедушка, — она чуть развела руки, словно доказывая это.
— Бен, а ты что здесь… — услышала Ривка голос матери, которая подошла ближе. — Ты тоже один из них, анкийцев?
— Яэль, рад вас видеть, вы все так же прекрасны.
— Сколько тебе лет, Бен? — Яэль осознала, что Бен, вероятно, намного старше, чем кажется.
— Мама, давайте присядем, — Ривка коснулась руки матери и та чуть вздрогнула, но не отстранилась, вынудив дочь испытать неловкость. — Гретель, пожалуй, можно подавать ужин.
— Да, госпожа, — Гретель с полупоклоном скрылась в доме.
— Госпожа… — лишь только выдохнула Яэль, настороженно глядя на Ривку.
— Я — всё та же Ривка, твоя дочь, — она чуть подтолкнула мать к столу, а отец, единственный, кто не стоял как вкопанный, «задал» направление дедушке, усадив того во главе стола. — Я знаю о том, что вы с отцом прибегли к ЭКО, но вы в любом случае мои родители.
Яэль присела за стол, не сводя с нее взгляда.
— Как давно ты знаешь? — аккуратно спросила она, зачем-то взяв в руки вилку, хотя на столе пока был только хлеб.
Ривка еще никогда не чувствовала себя такой напряженной в кругу родных ей людей. Она села рядом с матерью, Бен занял соседний стул и, желая хоть как-то поддержать, мягко коснулся ее спины.
— Около двух лет, с тех пор, как попала в анкийский мир, — наконец ответила Ривка, взглянув на деда, который, казалось, прятал нож под столом.
— Но как ты можешь быть нибируанкой, если я тебя родила? — Яэль буквально выплюнула это, по-видимому, устав держать в себе.
Ривка тяжело вздохнула, стараясь собраться с мыслями.
— Мама, папа, дедушка, похоже, вам придется выслушать довольно длинную историю…
Ривку буквально прорвало, она сама не ожидала от себя такой откровенности, даже Бен сидел молча, с интересом слушая знакомую историю, подробных деталей которой он никогда прежде не слышал, и когда она дошла до времени, когда стала канцлером, в этот момент, конечно же, просто не мог не появиться Александр. Он вышел на террасу, неся в руках бутылку вина и, догадавшись, в отличии от Ривки, переодеться в штатское, выглядел вполне по-земному, чтобы не пугать остальных своим статусом.
— Канцлер, добрый вечер, — Гретель, появившаяся в холле, мягко улыбнулась; ее прислали прислуживать семье Ривки, как доверенное лицо; теперь, когда весь мир знал личность Анкиа, она могла свободно покидать Малакат, как и другие слуги. — А этот молодой человек…
— Бен, — представился он, тоже мягко улыбнувшись и взглянув на Ривку; на миг в свете ламп ее волосы внезапно поймали рыжий блик, и сердце Бена совершило кульбит; всего лишь на миг ему показалось, что это Инанна, но он быстро отмел эту мысль, ведь Инанны здесь быть не могло; он посмотрел на Ривку, понимая, что должен открыть ей правду о том, что Инанна на Земле. — Ривка, нам нужно поговорить…
— Бекка, — в холле показался отец, замерший на месте, но она сама подошла, чтобы оказаться в его объятиях.
— Папа… — протянула она, тут же раскиснув и всхлипнув. — Ты здесь…
Он гладил ее по волосам, закрыв глаза и не замечая остальных присутствующих. Бен смотрел на Ривку, продумывая план действий, но сейчас заводить разговор об Инанне не следовало, все же она приехала увидеться с семьей. И проблема в том, что Инанна со своими головорезами была предельно убедительна, пообещав выпустить кишки ему и его матери, если он выболтает о ее прибытии. Бен, уверенный в необходимости предупредить Ривку об опасности, пока что молчал, думая, как же уберечь ее от Инанны, от которой ничего хорошего ждать не приходилось.
Джонатан поздоровался с Беном крепким мужским рукопожатием. Они друг друга никогда раньше не видели, но были знакомы заочно, благодаря рассказам Ривки. Встреча с мамой должна будет стать куда большим испытанием, и началось оно, когда Ривка увидела Яэль, стоявшую возле бассейна, где слуги накрыли стол. Ее темные волнистые волосы были захвачены в тугой хвост на затылке, офисная одежда — кремовая юбка и блузка-безрукавка — как нельзя лучше вписывали ее в интерьер виллы, выбранной для родителей жены Александром. Бен вышел из дома следом за Ривкой, разговаривая с Джонатаном и на ходу перевязывая пучок на затылке. Отец старался вести себя непринужденно, но все домашние знали, что его излишняя улыбчивость и словоохотливость — показатель внутреннего напряжения.
Дедушка поднялся из плетеного кресла, увидев внучку в военной форме, и оглядел с головы до ног, словно не узнавая.
— Наверное, нужно было переодеться, — Ривка несмело улыбнулась, подойдя к неподвижному деду, в глазах которого плескалось подозрение. — Я все та же Ребекка, дедушка, — она чуть развела руки, словно доказывая это.
— Бен, а ты что здесь… — услышала Ривка голос матери, которая подошла ближе. — Ты тоже один из них, анкийцев?
— Яэль, рад вас видеть, вы все так же прекрасны.
— Сколько тебе лет, Бен? — Яэль осознала, что Бен, вероятно, намного старше, чем кажется.
— Мама, давайте присядем, — Ривка коснулась руки матери и та чуть вздрогнула, но не отстранилась, вынудив дочь испытать неловкость. — Гретель, пожалуй, можно подавать ужин.
— Да, госпожа, — Гретель с полупоклоном скрылась в доме.
— Госпожа… — лишь только выдохнула Яэль, настороженно глядя на Ривку.
— Я — всё та же Ривка, твоя дочь, — она чуть подтолкнула мать к столу, а отец, единственный, кто не стоял как вкопанный, «задал» направление дедушке, усадив того во главе стола. — Я знаю о том, что вы с отцом прибегли к ЭКО, но вы в любом случае мои родители.
Яэль присела за стол, не сводя с нее взгляда.
— Как давно ты знаешь? — аккуратно спросила она, зачем-то взяв в руки вилку, хотя на столе пока был только хлеб.
Ривка еще никогда не чувствовала себя такой напряженной в кругу родных ей людей. Она села рядом с матерью, Бен занял соседний стул и, желая хоть как-то поддержать, мягко коснулся ее спины.
— Около двух лет, с тех пор, как попала в анкийский мир, — наконец ответила Ривка, взглянув на деда, который, казалось, прятал нож под столом.
— Но как ты можешь быть нибируанкой, если я тебя родила? — Яэль буквально выплюнула это, по-видимому, устав держать в себе.
Ривка тяжело вздохнула, стараясь собраться с мыслями.
— Мама, папа, дедушка, похоже, вам придется выслушать довольно длинную историю…
Ривку буквально прорвало, она сама не ожидала от себя такой откровенности, даже Бен сидел молча, с интересом слушая знакомую историю, подробных деталей которой он никогда прежде не слышал, и когда она дошла до времени, когда стала канцлером, в этот момент, конечно же, просто не мог не появиться Александр. Он вышел на террасу, неся в руках бутылку вина и, догадавшись, в отличии от Ривки, переодеться в штатское, выглядел вполне по-земному, чтобы не пугать остальных своим статусом.
Страница 86 из 169
