Исход земной цивилизации. Война

Чувство несправедливости в момент взыграло в ней, она должна была остаться здесь любой ценой.

— Мой господин, — обратилась она к царю, в почтении склонив голову, — с глубочайшем уважением прошу позволить мне остаться. Мы с Мардуком — единое целое. И пускай я не вхожу в вашу семью, и происхождение мое наверняка дает вам много поводов для кривотолков, я не могу выйти. Я не оставлю его.

— Ребекка! — рявкнул Александр.

— Где же ты нашел такую преданную слугу, Мардук? Сарпанит и та была боязливее, — Инанна склонила голову набок, продолжая разглядывать Ривку. — Ты не имеешь права присутствовать на собрании царской семьи, ты — никто.

Ривка уничижительный тон Инанны просто проигнорировала, как и Мардук, и не глядящий в ее сторону. Это задевало самолюбивую богиню.

— Подожди, Инанна, — вступил Нинурта — единственный, кто удостоил внимания последний комментарий; он почесал бородку и с интересом посмотрел на точную копию дражайшей племянницы. — По какому нелепому стечению обстоятельств бы не началось ее существование, но игнорировать тот факт, что в ее жилах течет твоя и моя кровь — неправильно. И кровь эта определённо чистая.

— Она всего лишь лабораторная крыса! — проскрежетала Инанна и обратилась к Ривке: — Радуйся, что эксперимент удался, а то в ходе него ты бы могла приобрести щупальца.

— Значит, я везучая, — с вызовом зло бросила Ривка, игнорируя предупреждающий взгляд Александра.

Если бы была возможность выбрать между щупальцами и сходством с Инанной, она не раздумывая выбрала бы первое.

— И ты готова разделить его судьбу, каким бы не было решение? — спросил Энлиль, сменив гнев на задумчивость и внимательно глядя на дерзкую девушку. — За то, что натворил Мардук, по нашим законам мы должны искоренить его и его прямых потомков, но, как понимаю, детей у вас нет. Зато есть множество анкийцев, в чьих жилах преобладает его кровь.

— Какой бы ни была его участь, я пойду с ним до конца, — твердо заявила Ривка, возможно, и впрямь не задумываясь о последствиях такого решения.

И лишь Нинхурсаг молчаливо и сосредоточенно смотрела на неё, поражаясь искренности чувств и самоотдаче. Возможно, Ребекка до конца не осознавала, что может оказаться заточенной вместе с Мардуком в одной из пирамид или быть сожженной на костре, но воля в ее серых глазах была настолько непоколебима, что Нинхурсаг исполнилась уверенности в том, что в языки пламени эта девчушка зайдет с высоко поднятой головой. Этот характер и боевой настрой она явно унаследовала от Нинурты, ведь от Инанны, судя по всему, была взята только лишь оболочка. Интересная смесь двух непохожих друг на друга нибируанцев. Более того, нибируанцев, которые не переносили друг друга на дух в какой-то мере… Хотя Нинхурсаг знала, что ее сын питает к ней определенные чувства, не выставляя их напоказ. Наследник престола, Нинурта, уже добившись Инанны в прошлом, усиленно делал вид, что быстро потерял к ней всякий интерес. Инанна привыкла, что ее боготворят, но Нинурта этого не показывал, очевидно намеренно доводя ее.

— Твоя смелость может привести тебя к гибели, — продолжил Энлиль, — но она похвальна, как и стремление быть рядом с мужем. Полагаю, твоя поддержка сейчас ему необходима.

— Мой царь, но это противоречит нашим законам.

— Инанна, я думаю, мы можем позволить эту маленькую блажь, ведь Ребекка его супруга. Итак, — он снова обратил свой взор на Александра, — она может остаться, если ты этого хочешь.

— Ребекка, выйди, — вновь непреклонно приказал Мардук, не желая втравливать ее в их распри.

Она, накапливая в себе злобу, тяжело вздохнула и поднялась, резким движением разгладив пиджак. Ребекка всегда подчинялась его воле даже наперекор собственным желаниям. Чувствуя себя раздавленной, она взглянула на нибируанцев-стражей, оставшихся в зале для защиты царской семьи. Кажется, поначалу довольно спокойная встреча властителей Нибиру вошла в крутой поворот, и ей оставалось только подчиниться их законам.

Ривка на скорости света влетела в свой кабинет, проигнорировав оклик Коскинена, она была настолько зла, что собиралась крушить мебель. Сам царь Нибиру был не против ее присутствия, так почему же Александр посмел выгнать её? Она расценивала это как предательство, недоверие, и Ривке в таком состоянии было невдомек, что Мардук просто хотел защитить её от гнева своей семьи. Дав распоряжение Живковичу следить за входом в зал, она стала ожидать окончания семейного совета, после которого ее муж мог подвергнуться жестокой казни или заточению.

— Войдите, — после стука в дверь резко бросила она, не узнав собственного голоса. — Бен, что ты тут делаешь? — она удивленно уставилась на друга, на чьем лице застыла ободряющая улыбка. — Инанна и Ито здесь, тебе может грозить опасность! Где Ангела?

— Всё еще в Каире, — сообщил он и подошел ближе. — Слышал от Коскинена, что совет продолжается и, судя по всему, его исход будет не очень радужным.