Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. С того памятного дня, когда мы учили Майкрофта стрелять из револьвера, прошло несколько месяцев. Первая поездка Майкрофта в Марсель прошла благополучно, хотя и сильно ударила по нашим нервам.
Добавить в моё избранное
489 мин, 50 сек 18750
Я не удержался и стащил из вазочки конфету, пока миссис Форестер разглядывала книги.
— Доктору можно есть конфеты фунтами, он стройный, — сказал я. — На самом деле он не ругает меня, он просто переживает, а мне неловко и не хочется его огорчать. Надеюсь, я не принес книги, которые у вас есть?
— Нет. Вы опять угадали. Вы полагаете, Сесилу еще не рано читать «Принца и нищего»?
— Он умный мальчик, но, возможно, вы или мисс Морстен могли бы читать с ним вместе и пояснять ему какие-то непонятные места. Как продвигаются ваши репетиции с Шерлоком? — спросил я.
Боюсь, вопрос мой был не просто средством поддержать беседу или невинным любопытством. Наша беседа с Греем пришлась на очередной срыв у моего брата, и я волновался, что он может вести себя… странно и в присутствии дам.
— Вполне успешно, спасибо, — спокойно ответила миссис Форестер. — Думаю, скоро последует званый ужин и маленький концерт.
— Надеюсь, вы меня не опередите. Я хотел на днях пригласить вас и мисс Морстен ко мне на ужин.
— Только нас, вашего брата и доктора?
Я собирался ответить, но тут вошла горничная с кофейником, чашками и молочником. Миссис Форестер налила мне кофе — совсем немного — и добавила молока.
— Так достаточно?
— Благодарю.
Сама миссис Форестер предпочла черный.
— А вы хотели бы видеть за столом в моем доме кого-то еще? — спросил я. — Может, Питерса? Как он вам, кстати, показался?
— Он мне понравился. Было бы интересно взглянуть на его мастерскую. Если вы не против, я бы оставила Сесила дома с нянькой. Мы смогли бы спокойно вести скучные взрослые беседы.
Я улыбнулся:
— С мальчиком мы всегда можем встретиться днем. А что касается взрослых бесед, то я, на самом деле, рад, что застал вас дома одну. Мне бы хотелось кое-что обсудить.
— Мне пора нервничать?
— А вы недоверчивы, миссис Форестер.
Мы одновременно потянулись к вазочке с конфетами и улыбнулись.
— Разумеется, я вынуждена быть недоверчивой, учитывая некоторые обстоятельства.
— Вы совершенно правы: я вам никто и мы едва знакомы. Но моего брата и доктора вы знаете уже давно, изучили, думаю, хорошо, и вот уже несколько недель вы много общаетесь. Памятуя наш прошлый разговор о дружбе — считаете ли вы их своими друзьями?
— Полагаю, что да. Но я бы поправила вас: все-таки узнала я их только этим летом. Наше первое знакомство, конечно, продемонстрировало их душевные качества, но вышло очень коротким. Я не была даже клиенткой — скорее свидетельницей. И все же, хотя общение с ними приятно, и с вами тоже, а ведь мы с Мэри все это время жили очень уединенно, я вынуждена спросить: что вы хотите от нас?
— Я бы покривил душой, если бы сказал, что совершенно бескорыстен, — ответил я, разглядывая чашку. — Боюсь, что мной и братом, в отличие от доктора Уотсона, движет не только симпатия к вам и вашей подруге — хотя симпатия совершенно искренняя, поверьте. Я буду откровенен с вами. Я хочу, чтобы вы помогли моему брату и Джону. Им нужна помощь, и я уверен, что вы и мисс Морстен могли бы оказать ее, если бы захотели.
— Не вставайте, пожалуйста. И заранее прошу меня извинить.
Миссис Форестер поднялась с кресла, подошла к камину, открыла коробочку и, к моему удивлению, достала из нее папироску. Вставив ее в длинный мундштук, она чиркнула спичкой и закурила. Это было неожиданно. Я впервые в жизни видел курящую женщину, но меня почему-то это не шокировало.
— Я догадываюсь, как именно мы с Мэри можем им помочь… — сказала наконец миссис Форестер. — Они в чем-то допустили оплошность?
— Нет, я бы не был так категоричен. Однако у Шерлока много врагов. Позвольте задать вам еще один вопрос.
— Пожалуйста.
— Я спросил вас в прошлый раз, есть ли у вас братья или сестры. Жаль, что нет, было бы проще объяснять. Но у вас есть мисс Морстен, которая, кроме всего прочего, я уверен, ваш друг, и у вас есть сын. Поэтому, надеюсь, вы поймете меня. Мой брат вырос без матери, миссис Форестер, и практически без отца. Много лет, с самого детства, у него был только я, и для меня он одновременно и лучший друг, и ребенок, такой же, как ваш сын для вас. Это преамбула, чтобы вы понимали — я готов для Шерлока на что угодно. Теперь вопрос: как лучше говорить с вами о моей просьбе, с чего начать? Что будет решающим для вас: любые блага и все гарантии, которые я предоставлю вам и вашей семье, или мне стоит упомянуть чувства — помощь друзьям, благородство?
В ожидании ответа я смотрел, как струйка дыма поднимается к потолку. Это очень напомнило мне Шерлока. Миссис Форестер даже стояла, как мой брат, держась рукой за каминную полку. Наконец леди решительно заговорила:
— Я предпочитаю выслушать саму просьбу, хотя она и так очевидна. Но вообще-то вы должны были говорить с Мэри.
— Доктору можно есть конфеты фунтами, он стройный, — сказал я. — На самом деле он не ругает меня, он просто переживает, а мне неловко и не хочется его огорчать. Надеюсь, я не принес книги, которые у вас есть?
— Нет. Вы опять угадали. Вы полагаете, Сесилу еще не рано читать «Принца и нищего»?
— Он умный мальчик, но, возможно, вы или мисс Морстен могли бы читать с ним вместе и пояснять ему какие-то непонятные места. Как продвигаются ваши репетиции с Шерлоком? — спросил я.
Боюсь, вопрос мой был не просто средством поддержать беседу или невинным любопытством. Наша беседа с Греем пришлась на очередной срыв у моего брата, и я волновался, что он может вести себя… странно и в присутствии дам.
— Вполне успешно, спасибо, — спокойно ответила миссис Форестер. — Думаю, скоро последует званый ужин и маленький концерт.
— Надеюсь, вы меня не опередите. Я хотел на днях пригласить вас и мисс Морстен ко мне на ужин.
— Только нас, вашего брата и доктора?
Я собирался ответить, но тут вошла горничная с кофейником, чашками и молочником. Миссис Форестер налила мне кофе — совсем немного — и добавила молока.
— Так достаточно?
— Благодарю.
Сама миссис Форестер предпочла черный.
— А вы хотели бы видеть за столом в моем доме кого-то еще? — спросил я. — Может, Питерса? Как он вам, кстати, показался?
— Он мне понравился. Было бы интересно взглянуть на его мастерскую. Если вы не против, я бы оставила Сесила дома с нянькой. Мы смогли бы спокойно вести скучные взрослые беседы.
Я улыбнулся:
— С мальчиком мы всегда можем встретиться днем. А что касается взрослых бесед, то я, на самом деле, рад, что застал вас дома одну. Мне бы хотелось кое-что обсудить.
— Мне пора нервничать?
— А вы недоверчивы, миссис Форестер.
Мы одновременно потянулись к вазочке с конфетами и улыбнулись.
— Разумеется, я вынуждена быть недоверчивой, учитывая некоторые обстоятельства.
— Вы совершенно правы: я вам никто и мы едва знакомы. Но моего брата и доктора вы знаете уже давно, изучили, думаю, хорошо, и вот уже несколько недель вы много общаетесь. Памятуя наш прошлый разговор о дружбе — считаете ли вы их своими друзьями?
— Полагаю, что да. Но я бы поправила вас: все-таки узнала я их только этим летом. Наше первое знакомство, конечно, продемонстрировало их душевные качества, но вышло очень коротким. Я не была даже клиенткой — скорее свидетельницей. И все же, хотя общение с ними приятно, и с вами тоже, а ведь мы с Мэри все это время жили очень уединенно, я вынуждена спросить: что вы хотите от нас?
— Я бы покривил душой, если бы сказал, что совершенно бескорыстен, — ответил я, разглядывая чашку. — Боюсь, что мной и братом, в отличие от доктора Уотсона, движет не только симпатия к вам и вашей подруге — хотя симпатия совершенно искренняя, поверьте. Я буду откровенен с вами. Я хочу, чтобы вы помогли моему брату и Джону. Им нужна помощь, и я уверен, что вы и мисс Морстен могли бы оказать ее, если бы захотели.
— Не вставайте, пожалуйста. И заранее прошу меня извинить.
Миссис Форестер поднялась с кресла, подошла к камину, открыла коробочку и, к моему удивлению, достала из нее папироску. Вставив ее в длинный мундштук, она чиркнула спичкой и закурила. Это было неожиданно. Я впервые в жизни видел курящую женщину, но меня почему-то это не шокировало.
— Я догадываюсь, как именно мы с Мэри можем им помочь… — сказала наконец миссис Форестер. — Они в чем-то допустили оплошность?
— Нет, я бы не был так категоричен. Однако у Шерлока много врагов. Позвольте задать вам еще один вопрос.
— Пожалуйста.
— Я спросил вас в прошлый раз, есть ли у вас братья или сестры. Жаль, что нет, было бы проще объяснять. Но у вас есть мисс Морстен, которая, кроме всего прочего, я уверен, ваш друг, и у вас есть сын. Поэтому, надеюсь, вы поймете меня. Мой брат вырос без матери, миссис Форестер, и практически без отца. Много лет, с самого детства, у него был только я, и для меня он одновременно и лучший друг, и ребенок, такой же, как ваш сын для вас. Это преамбула, чтобы вы понимали — я готов для Шерлока на что угодно. Теперь вопрос: как лучше говорить с вами о моей просьбе, с чего начать? Что будет решающим для вас: любые блага и все гарантии, которые я предоставлю вам и вашей семье, или мне стоит упомянуть чувства — помощь друзьям, благородство?
В ожидании ответа я смотрел, как струйка дыма поднимается к потолку. Это очень напомнило мне Шерлока. Миссис Форестер даже стояла, как мой брат, держась рукой за каминную полку. Наконец леди решительно заговорила:
— Я предпочитаю выслушать саму просьбу, хотя она и так очевидна. Но вообще-то вы должны были говорить с Мэри.
Страница 102 из 129
