1887 год

Я, конечно, понимаю хинди и прилично знаю санскрит, но произношение меня выдаст. Ирландцем быть проще. А что, дорогие, — перевел я разговор, — мне понравилось в зоосаде. Шерлок, а ты правда там бывал раньше? Я имею в виду — до знакомства с ребенком?

— Бывал. Это же рядом с нами. Да и как-то в связи с делом пришлось проконсультироваться со служителем по поводу содержания в неволе ягуара. Так что прошелся между делом по аллеям и посмотрел на зверей.

— Ягу… кого? Джон, и вы это не описали?! Как вы могли?! — возопил я.

— Да там ничего такого и не было, кроме наличия ягуара, — оправдывался доктор. — В пятнышках, — прибавил он, видимо, вспомнив о мисс Морстен. — Как оказалось, кошка вполне приручаемая и при хорошем содержании может признавать хозяина. Конечно, требуется известная осторожность.

— С пятнистыми всегда так… — глубокомысленно заметил я.

Шерлок рассмеялся:

— В каком смысле? Майкрофт, давай без метафор. Я уже привык, что я не джентльмен в некоторых случаях. Как тебе показались дамы?

— Мальчик прав, старшая похожа на пантеру. Очень грациозна и заставляет держаться настороже. А мисс Морстен похожа скорее на такую уютную куропатку с пушистыми перышками. Она мне кажется очень искренним человеком. А еще она очень красива. Вы мне не говорили об этом.

— Ну, тут дело вкуса… — протянул Шерлок.

Однако Джон меня подержал, но при этом заметил:

— Миссис Форестер трудно обвинить в неискренности. Она просто более скрытный человек, чем мисс Морстен.

— Я и не думал, что вы! Просто она более… Даже не знаю, как сформулировать. У мисс Морстен какая-то потрясающая естественность. А еще мне понравился мальчик. Так внимательно смотрит, слушает. Жаль, что волки ему не понравились.

— Почему же не понравились? — удивился Шерлок. — Он с удовольствием посмотрел на волчат, и ему польстило такое сравнение.

— Если бы понравились, он бы сравнил с волком кого-то из вас, мальчики.

— Мне кажется, — возразил Джон, — он подбирал сравнения объективно. Не по принципу нравится или нет, а по похожести. И потом — он ведь оставил волчонка для себя.

Шерлок усмехнулся:

— Забавно, что я среди этой компании оказался единственным травоядным. Вот думаю — к чему бы это?

— Ты самым красивым ему показался, вот и все. Жираф явно эстетичней льва или медведя. И что, я, по-вашему, похож на льва? Остальные похожи, допустим…

— Сейчас ты очень похож на льва, — ласково улыбнулся Шерлок. — Да и сравнение вполне очевидно. Лев ведь царь зверей. И не говори мне про эстетичность жирафа — я сразу начинаю вспоминать учебники. Особенно про длинный язык.

— Ну… мне нравятся жирафы. Кстати, дорогие мои, а что вы говорили обо мне дамам?

— Практически ничего, — уверил Джон, — но больше по соображениям секретности. Шерлок, конечно, говорил Сесилу, что у него есть любимый старший брат.

Мы провели в приятной беседе еще полчаса, а потом мне пришлось отправить мальчиков домой. Я настаивал на том, чтобы меня не провожали на вокзал. Сидя в купе, я думал, что, когда вернусь, с удовольствием приму приглашение миссис Форестер на чай. А что оно последует — в этом я не сомневался.

Глава 13. Корова

Майкрофт Холмс

Когда я вернулся из Норвегии, тут же вызвал Шерлока, и он привел меня в человеческий вид; хотя волосы вышли темнее, чем обычно, но я взглянул на себя в зеркало без содрогания. Отдохнув, то есть поужинав с братом и Джоном и оставив их ночевать у себя, я на утро поспешил в «Диоген» и впрягся в работу. Однако у меня были и кое-какие планы, не имеющие ничего общего с отчетами и меморандумами.

Я отдал Грею распоряжение — должно быть, самое странное за все годы службы. Но он не задал ни единого лишнего вопроса, поинтересовавшись только мастью. Я оставил этот вопрос на его усмотрение, и он уехал выполнять поручение. Хорошо иметь сотрудника, которому можно поручить что угодно и не беспокоиться.

Когда Грей доложил, что все готово, я отправил Джону записку.

— И какая же масть? — только и спросил я секретаря.

— Пегая, сэр, — невозмутимо ответил он.

Я довольно хмыкнул и вернулся к работе. По моим расчетам, Джон должен быть сопроводить мисс Морстен и мальчика ко мне на конюшню, а потом успеть до чая к миссис Форестер.

Джон явился ко мне вечером и передал записку. Мать Сесила приглашала меня завтра на чай.

— Ага, леди оценила мой широкий жест, — усмехнулся я. — Вы поедете, Джон?

— Неужели вы купили эту корову? — поинтересовался он. — Куда вы ее теперь денете?

— Да велю Грею ее продать. Понравилась она ребенку-то?

— Ее можно было просто одолжить за небольшую плату у хозяина, — улыбнулся Джон. — Но Сесил, конечно, был в восторге. Хотя вот даме было не слишком приятно наблюдать за тем, как шлепаются лепешки.