1887 год

— Или привязаны друг к другу по разным причинам. Но одному стоит найти человека, с которым время проводить приятнее, и так называемая дружба распадается.

Сказали бы мне раньше, что буду вести с дамами какой-либо спор, я бы подумал, что этот человек сошел с ума.

— Вы хотите сказать, что за дружбу можно принять просто взаимную симпатию? — уточнил я. — Вероятно, это так. Но перепутать может только тот, кто никогда не имел настоящего друга. Точно так же можно, я подозреваю, принять влюбленность за любовь, если ты никогда никого не любил. Но тот, кто любил — не перепутает.

— Мистер Холмс, обычно люди начинают с влюбленности — большинство, по крайней мере. — Миссис Форестер поддерживала разговор, но не забывала об обязанностях хозяйки, угощая меня выпечкой. При Джоне мне было бы неловко съесть столько сладкого. — Как иначе человек узнает, что вот это и есть настоящее, если он ни с чем не может сравнить? А ведь принято, мне кажется, называть настоящей любовью именно влюбленность, согласитесь. Людям искусства куда интереснее описывать сильные страсти, чем спокойное глубокое чувство, а многие по молодости и неопытности ориентируются на то, что принято считать любовью.

— Мне думается, миссис Форестер, что начинается как раз с любви. Вот взгляните на вашего сына, разве он не знает уже, что такое любовь? Разве может быть любовь сильнее, чем та, что испытывает мать к своему ребенку, и он в ответ? Жаль, что, вырастая, многие ориентируются на описания недобросовестных людей искусства, а не на собственный опыт.

— Это немного разные вещи, мистер Холмс. Но я не буду с вами спорить. Говорят, это неженское дело? — миссис Форестер с улыбкой переглянулась с мисс Морстен.

— О нет, не согласен! — возразил я весело. — Думаю, женщины понимают в любви не меньше мужчин, а скорее больше. Особенно когда речь идет о таких закоренелых холостяках, как я. Правда, спорить с женщинами нелегко, именно потому, что вы, леди, часто ссылаетесь на свой пол как на аргумент в споре. Сразу меняешь азарт спорщика на обычную вежливость.

— Хорошо, мистер Холмс, давайте без нечестных аргументов, — рассмеялась мисс Мэри. — Хотя, если разобраться, вы, мужчины, нам часто и навязываете именно такой подход. Поговорим о материнской любви — в широком смысле, не опираясь на опыт присутствующих. Говоря о любви ребенка к матери, вы, надеюсь, имеете в виду разделенную любовь? Вы имеете в виду желанного ребенка?

— Разумеется, мисс Морстен, хотя мне сложно представить мать, которая не любила бы своего ребенка. Чаще всего дети учатся любить именно в ответ на родительскую любовь, разве нет? Говорят, что материнская любовь слепа. Но, возможно, это не недостаток?

— Слепая любовь — что в ней хорошего, мистер Холмс? — покачала головой миссис Форестер. — Но, может быть, вы имели в виду не слепоту, а бескорыстие и жертвенность?

— Но любовь партнеров, супругов должна быть все же любовью равных, мистер Холмс, — заметила мисс Морстен. — Слишком многое позволяют себе порой люди, прикрывшись фразой «Но ты же меня любишь?».

Я поднял руки, капитулируя под их натиском.

— Могу ошибаться, милые дамы, но если человек позволяет себе прикрываться словами о любви, то любит ли он на самом деле — большой вопрос. А взаимная любовь супругов разве не подразумевает дружбу?

— Господи, мистер Холмс, в каком мире вы живете? — удивилась миссис Форестер. — Хотя, конечно, подразумевает… Но даже с этим «подразумевает» не согласится огромное число мужчин — от церковников до законодателей.

Мне показалось, что мальчику не стоило бы присутствовать при такой беседе, но он был всецело занят корзиночкой с кремом.

— Что ж, возможно, я несколько идеализирую, — добродушно усмехнулся я, — поскольку являюсь в этом вопросе чистым теоретиком, как любой холостяк. Либо наоборот, остаюсь холостяком из стремления к идеалу?

— Можно понять холостячество по причине чудаковатости, неуживчивости, нелюбви к женщинам, — лукаво промолвила мисс Морстен, — но если мужчина имеет такие идеалы, почему же он не стремится сделать по-настоящему счастливой хотя бы одну женщину? Простите, если это прозвучало излишне… — тут она смутилась и очень мило покраснела.

Боюсь, я смутился тоже.

— Ну, честно сказать, я как-то их… я как-то не имел возможности… поверьте: сегодня меня впервые пригласили на чай дамы. Мои друзья не женаты, как вы знаете; сестер, у которых могли бы быть подруги, у нас с Шерлоком нет. И уж точно я не встречал женщин у нас в департаменте, — неловко пошутил я. — В юности брат убеждал меня, что я должен жениться, но я никогда не понимал, каким образом люди находят невест. Жениться на первой попавшейся женщине всегда казалось мне верхом нелепости.

— Мистеру Майки не надо жениться! — неожиданно заявил Сесил. — Если он женится, то не сможет приходить к нам в гости!