Ночью, когда на небе видна полная луна, вся Параллель слышит его одинокий вой. В нем слышится желание увидеть ее кровь и замерзающие слезы, почувствовать ее страх и страдания, услышать ее крики ужаса и боли, последние слова и вздох, избавить все ее хрупкое тельце от жизненного тепла и насладиться ее медленной, холодной смертью. Это вой того, кто каждую секунду мечтает отомстить, и готов на все, ради свершения своей мести…
Добавить в моё избранное
405 мин, 45 сек 20156
Сынок взял альбом и с диким интересом смотрел на рисунок.
— А ты можешь раскрасить его, ну пожалуйста. — мило умолял Джеффри.
— Конечно, принеси мне краски, баночку с водой и кисти, будь добр. — я редко хожу и передвигаюсь только с помощью Лео, уже и я постепенно слабею. Джеффри не знает что случилось с Филиппом и что я вскоре покину его… Теперь мне еще печальней, я бросаю родного сына… Мальчишка спрыгнул с колен и с альбомом поскакал на второй этаж. Комнаты ребят мы переделали под обычные, чтобы Джеффри не знал, что тут еще кто-то жил. Все их вещи спрятали в подвале вместе с моим гробом и заперли на ключ. Мы с Лео научили его читать и писать, он любит много читать и что-нибудь сочинять. Прямо как мой братик…
— Вот, мамочка, я нашел!— спустился Джеффри со всем необходимым. Он положил кисти с альбомом и красками на столик напротив дивана и побежал на кухню, чтобы налить воды в стеклянную баночку из под чего-то. Как же я люблю, когда он называет меня мамой… Пока он наливал воду, я открыла альбом и взяла в руку подходящую кисть.
— Можно тебе помочь раскрасить?— сынишка вернулся ко мне и поставил баночку рядом с красками.
— Спасибо конечно, но я сама справлюсь, это дело тонкое. — я всегда ласково говорю с Джеффри, даже если он напроказничал.
— Ладно, а Лео скоро вернется?-
— Думаю да, ведь на улице дождь и время уже позднее. — я намочила кисточку и принялась раскрашивать красными красками глаза, жилетку и галстук, все так же сдерживая слезы. Джеффри постоял немного, понаблюдал за процессом, а потом пошел к окну в прихожей и уселся на подоконнике. Теперь пришла очередь волос, рубашки и льда. Кисточка плавно проходила по бумаге, давая рисунку цвета. Через несколько минут, я уже заканчивала раскрашивать розы, темно-зеленые листья и зрачки Филиппа. Закончив, я слегка подула на сохнущие краски.
— Готово, можешь посмотреть, Джеффри. — он тут же подскакал к столику и наклонившись, глядел на готовую работу.
— Красиво, а правда, что папа оборотень?— сын стал глядеть на меня большими и любопытными глазками.
— Правда, он умеет превращаться в огромного волка и может себя защитить. — я посадила Джеффри на свои коленки и обняла. Сынок крепко обнимает меня в ответ и закрывает глаза, все так же улыбаясь. Я хотела свою родную семью, но не таким путем…
— А папа защищал тебя?— шепотом спрашивает у меня Джеффри.
— Конечно и те ребята тоже защищали меня… -
— А куда они все ушли? Они бросили тебя?— Джеффри сразу погрустнел.
— Нет, Джеффри, им пришлось уйти, но они всегда со мной, в моем сердце и любят меня, как и твой папа. — глажу его по головке и сынишка перестал грустить. Мне всегда трудно подбирать ответы на его вопросы… Входная дверь распахнулась и на пороге стоял мужчина в легкой куртке и с капюшоном на голове. Наконец-то он вернулся. Лео значительно подрос за шесть лет… Он зашел в прихожую и закрыв дверь, снял мокрую куртку, открывая свои белые уши.
— Лео!— обрадовался Джеффри и побежал встречать его.
— Привет, малец, хорошо себя вел, слушался маму?— немного посмеиваясь, спросил Лео, размахивая хвостом.
— Да! Мама раскрасила портрет моего папы. — широко улыбался ребенок.
— Вот и славненько. Потом покажешь. — Лео встряхнул голову и прошел на кухню.
— Аня, как себя чувствуешь?— спросил он у меня и начал заваривать чай.
— Нормально. Как сегодняшняя прогулка? Много нового увидел?— перевела я тему, потому что не хочу об этом говорить в присутствие сына. На самом деле, я плохо себя чувствую и уже понимаю, что мое время почти истекло…
— Достаточно, не думал, что человеческий мир такой интересный. — все еще поражался он, как тот мальчишка на Хеллоуине… Джеффри сел за кухонный стол и дрыгал ножками.
— Лео, помоги, пожалуйста. — позвала я его и протянула руку. Он сразу подошел ко мне и помог встать на ноги. Придерживая меня за талию, Лео помог мне дойти до кухни и осторожно усадил рядом с сыном.
— Мама, а почему тебе тяжело ходить?— Джеффри задает мне этот вопрос почти каждый день, а я просто не отвечаю и обнимаю его. Он разлегся всей грудью на столе, протянув руки вперед.
— Просто… это небольшая болезнь. Не переживай сильно, Джеффри, она скоро пройдет. — вот только когда она пройдет, ты больше не увидишь свою маму… Глажу его по голове, перебирая пальцами короткие и белые волосы. Лео вымыл руки и начал готовить ужин. Я практически ничего не в силах сделать, весь дом и мы на бедном Лео… Это пожелал у него и на всякий случай приказал Филипп, чтобы он заботился о нас… Поужинав, я уложила Джеффри спать, почитав ему немного древних сказок из библиотеки брата, а потом Лео помог мне дойти до моей комнаты. Медленно ложусь на кровать и накрываю себя одеялом. Лео выключил свет и приоткрыл окошко, проветривая спальню.
— Тебе не тяжело справляться с нами?— шептала я и чувствовала надвигающийся сон.
— А ты можешь раскрасить его, ну пожалуйста. — мило умолял Джеффри.
— Конечно, принеси мне краски, баночку с водой и кисти, будь добр. — я редко хожу и передвигаюсь только с помощью Лео, уже и я постепенно слабею. Джеффри не знает что случилось с Филиппом и что я вскоре покину его… Теперь мне еще печальней, я бросаю родного сына… Мальчишка спрыгнул с колен и с альбомом поскакал на второй этаж. Комнаты ребят мы переделали под обычные, чтобы Джеффри не знал, что тут еще кто-то жил. Все их вещи спрятали в подвале вместе с моим гробом и заперли на ключ. Мы с Лео научили его читать и писать, он любит много читать и что-нибудь сочинять. Прямо как мой братик…
— Вот, мамочка, я нашел!— спустился Джеффри со всем необходимым. Он положил кисти с альбомом и красками на столик напротив дивана и побежал на кухню, чтобы налить воды в стеклянную баночку из под чего-то. Как же я люблю, когда он называет меня мамой… Пока он наливал воду, я открыла альбом и взяла в руку подходящую кисть.
— Можно тебе помочь раскрасить?— сынишка вернулся ко мне и поставил баночку рядом с красками.
— Спасибо конечно, но я сама справлюсь, это дело тонкое. — я всегда ласково говорю с Джеффри, даже если он напроказничал.
— Ладно, а Лео скоро вернется?-
— Думаю да, ведь на улице дождь и время уже позднее. — я намочила кисточку и принялась раскрашивать красными красками глаза, жилетку и галстук, все так же сдерживая слезы. Джеффри постоял немного, понаблюдал за процессом, а потом пошел к окну в прихожей и уселся на подоконнике. Теперь пришла очередь волос, рубашки и льда. Кисточка плавно проходила по бумаге, давая рисунку цвета. Через несколько минут, я уже заканчивала раскрашивать розы, темно-зеленые листья и зрачки Филиппа. Закончив, я слегка подула на сохнущие краски.
— Готово, можешь посмотреть, Джеффри. — он тут же подскакал к столику и наклонившись, глядел на готовую работу.
— Красиво, а правда, что папа оборотень?— сын стал глядеть на меня большими и любопытными глазками.
— Правда, он умеет превращаться в огромного волка и может себя защитить. — я посадила Джеффри на свои коленки и обняла. Сынок крепко обнимает меня в ответ и закрывает глаза, все так же улыбаясь. Я хотела свою родную семью, но не таким путем…
— А папа защищал тебя?— шепотом спрашивает у меня Джеффри.
— Конечно и те ребята тоже защищали меня… -
— А куда они все ушли? Они бросили тебя?— Джеффри сразу погрустнел.
— Нет, Джеффри, им пришлось уйти, но они всегда со мной, в моем сердце и любят меня, как и твой папа. — глажу его по головке и сынишка перестал грустить. Мне всегда трудно подбирать ответы на его вопросы… Входная дверь распахнулась и на пороге стоял мужчина в легкой куртке и с капюшоном на голове. Наконец-то он вернулся. Лео значительно подрос за шесть лет… Он зашел в прихожую и закрыв дверь, снял мокрую куртку, открывая свои белые уши.
— Лео!— обрадовался Джеффри и побежал встречать его.
— Привет, малец, хорошо себя вел, слушался маму?— немного посмеиваясь, спросил Лео, размахивая хвостом.
— Да! Мама раскрасила портрет моего папы. — широко улыбался ребенок.
— Вот и славненько. Потом покажешь. — Лео встряхнул голову и прошел на кухню.
— Аня, как себя чувствуешь?— спросил он у меня и начал заваривать чай.
— Нормально. Как сегодняшняя прогулка? Много нового увидел?— перевела я тему, потому что не хочу об этом говорить в присутствие сына. На самом деле, я плохо себя чувствую и уже понимаю, что мое время почти истекло…
— Достаточно, не думал, что человеческий мир такой интересный. — все еще поражался он, как тот мальчишка на Хеллоуине… Джеффри сел за кухонный стол и дрыгал ножками.
— Лео, помоги, пожалуйста. — позвала я его и протянула руку. Он сразу подошел ко мне и помог встать на ноги. Придерживая меня за талию, Лео помог мне дойти до кухни и осторожно усадил рядом с сыном.
— Мама, а почему тебе тяжело ходить?— Джеффри задает мне этот вопрос почти каждый день, а я просто не отвечаю и обнимаю его. Он разлегся всей грудью на столе, протянув руки вперед.
— Просто… это небольшая болезнь. Не переживай сильно, Джеффри, она скоро пройдет. — вот только когда она пройдет, ты больше не увидишь свою маму… Глажу его по голове, перебирая пальцами короткие и белые волосы. Лео вымыл руки и начал готовить ужин. Я практически ничего не в силах сделать, весь дом и мы на бедном Лео… Это пожелал у него и на всякий случай приказал Филипп, чтобы он заботился о нас… Поужинав, я уложила Джеффри спать, почитав ему немного древних сказок из библиотеки брата, а потом Лео помог мне дойти до моей комнаты. Медленно ложусь на кровать и накрываю себя одеялом. Лео выключил свет и приоткрыл окошко, проветривая спальню.
— Тебе не тяжело справляться с нами?— шептала я и чувствовала надвигающийся сон.
Страница 100 из 102
