Фатум

Лишь Анна так и не оторвалась от своего занятия, беспрерывно подтачивая себе ногти.

Максим, расстроено покачивая головой, сел за водительское место, в полной тишине завел машину и собрался было двинуться дальше, как на незакрытое еще окно легла рука сержанта Гайцова. Сказать, что в душе у парней оборвалось все, что только могло, это ничего не сказать. Парализованные возросшим напряжением, они тупо моргали, глядя невидящими глазами по сторонам, и каждый прощался со свободой на неизвестно какой срок, но уж точно не маленький.

— Слушай. Два вопроса, — мент наклонился к окну, чуть не влезая в него головой.

— Да? — отозвался Максим.

— Что у нее под капотом? С таким-то количеством кобыл и сколько она ест?

У Мони отлегло от сердца, он небрежным движением смахнул линию пота со щеки и даже попытался улыбнуться, как будто мент спрашивал, что-то весьма смешное. Миха, по-видимому, тоже слегка расслабился, его пальцы вновь застучали по ручке двери.

— V-образная восьмерка.

— Четыре литра! — восхитился мент. — Как же они ее туда запихнули?

— Уж поверь мне, постарались на славу, — подтвердил Максим. — А ест она немного для такого движка. Около пятнашки в городе. Ну, может чуть больше.

— Качественно, — подытожил мент. — Ну, счастливой дороги. Про неисправность не забывайте.

Мент хотел было отдать честь, растроганный мощностью и экономичностью Ford-овского движка, но вовремя опомнился. Слегка похлопал по крыше автомобиля и отошел.

Мшина плавно покатилась дальше, и тут же общий вздох облегчения разорвал царившее в машине напряжение.

— Твою мать! — твердил Миха. — Чуть-чуть бы и все. Твою мать!

Моня вообще не стеснялся в выражениях, высказывая все, что он думает и о ментах, и Михе, который, по его мнению, чуть не спалился, отбивая свои африканские ритмы. О Максиме он, правда, говорил лишь положительно. Даже хвалил его, то и дело, похлопывая его по плечу и извиняясь за возникшие между ними непонятки.

Анна откинулась на сиденье и смотрела четко перед собой в никуда. Сейчас, когда козырек кепки не скрывал ее лицо, было видно, что девушка выглядит ужасно испуганной, цвет ее лица был даже белее, чем у Мони. Она поднесла к лицу ладонь тыльной стороной и придирчиво посмотрела на нее.

— Твою мать! Все ногти сточила, — выругалась она.

И в самом деле, ногти у нее на пальцах были сточены под самый корень.

— Вот гад, напугал-то как!

Моня уже смеялся, что-то рассказывая, не слушавшему его Максиму.

— Что там у тебя за неполадки-то? — спросил через некоторое время пришедший в себя Миха. — Что он тебя из машины дергал?

— Лампа ближнего света справа сдохла, — расстроено отозвался парень.

— И что? Это серьезное нарушение?

— Да нет. Но машина, получается, технически неисправна. Подлежит устранению неисправности на месте.

— И в чем проблема?

— Да в том, что такая оптика, как у меня, не продается ни на заправках, ни в каких либо магазинах. Только на заказ. И стоит она, мама не горюй.

— Понятно, — сделал вид, что все понял, Миха. — А что это он на нас пальцами тыкал и вокруг ходил?

— Спросил, кто такие и куда едим.

— А ты?

— А что я? — как-то совсем расстроено ответил парень. — Сказал, что в деревню на выходные попьянствовать едим.

— И поэтому он ходил кругом и нас рассматривал? — не унимался Миха.

— Да сдались вы ему больно! — зло гавкнул Максим, видимо эта маленькая неисправность и в правду стоила достаточно больших денег, раз парень так переживал из-за нее. — Машину он смотрел, как покрашена. В свидетельстве у нее другой цвет указан. Не космически-синий, а фиолетовый. Вот он и всматривался.

— Максим, ты красавчик, — добрался еще раз до плеча водителя Моня. — Ты просто красавчик. Я твой должник навечно. Вот что хочешь, все сделаю, и когда хочешь. Ты мой братан теперь. Понял? А все, что там на заправке было, забудь. Теперь ты мой кореш. Ты меня выручил, я тебя выручу.

Он еще некоторое время изливал свои самые лучшие чувства к парню, которому было глубоко плевать и на Моню, и на Анну, да и на Миху вместе с ними. Лампочка. Какая-то гребанная лампочка, продаваемая только в комплекте, ценной пол штуки баксов за комплект. Вот это Максима действительно трогало и расстраивало. Пол штуки баксов за какие-то лампочки.

* * * Расставшись с Максимом за пару километров до Ростова, компания двинулась по одной только Михе известной дороге. Хоть Максиму он и доверял, но, в сложившейся ситуации, показывать ему крайнюю точку своего путешествия, все же не решился. Ведь доверие доверием, а за голову Мони и Анны назначена реальная награда. А риск хоть дело и благородное, но в донном случае совершенно не обоснованное.

Выйдя из машины, Моня сдернул с себя парик, и с удовольствием запустил его в кусты.