Май 1993 г. в Арканзасе, США, начался с высоких температур и одуряющей духоты. Лето словно бы включили поворотом рубильника. Днём температура поднималась выше +30°С, ночью не падала ниже +18°С — +19°С. А ведь впереди ещё было целое лето!
Добавить в моё избранное
383 мин, 12 сек 19212
начался отбор присяжных для предстоящего процесса, но процедура эта оказалась сорвана очередной выходкой адвокатов, заявивших, что им стало известно о незаконных методах, которыми прокуратура якобы пытается склонить Джесси Мискелли к даче показаний против Эколза и Болдуина в предстоящем процессе. Судье пришлось остановить отбор присяжных и приняться за разбор этого заявления. Дело заключалось в том, что Мискелли действительно предлагали дать показания против своих бывших дружков — на это сторона обвинения вполне оправданно делала немалую ставку, поскольку Мискелли на тот момент уже считался преступником, чья вина было доказана юридически корректно. В феврале на эту тему велись переговоры как с самим Джесси, так и с его отцом, имевшим определенное влияние на сына, ну… по крайней мере, окружная прокуратура считала, что такое влияние существует. В ходе этих переговоров осужденному предлагались серьёзные преференции, связанные с режимом содержания. Речь шла о возможном содержании в тюрьме, расположенной ближе к дому, частоте и продолжительности свиданий и т. п. Подобные детали могут до определенной степени варьироваться, причём, совершенно официально, без всякого нарушения закона. Так работает американская система и — скажем прямо! — не только американская.
Адвокаты Эколза и Болдуина вытащили на свет эту ситуацию и закатили скандал. В принципе, их можно понять — защите было чего опасаться! Если бы Мискелли явился в суд и рассказал присяжным про то, как Эколз насиловал мальчиков, удерживая их за уши, а также упомянул кое-какие другие детали, суд после этого можно было бы останавливать, поскольку всякие прения лишались смысла — обвинительный приговор был гарантирован. А потому адвокатам надлежало убрать Мискелли из процесса любой ценой… Судье пришлось потратить практически весь день на разбор заявленного ходатайства, для чего понадобилось вызывать представителя Мискелли. В конечном итоге это ходатайство было отклонено, судья Барнет посчитал, что прокуратура действовала в рамках закона, и никакого принуждения Мискелли к даче показаний в суде не было.
Но самое забавное заключается в том, что все эти танцы с бубнами оказались совершенно напрасны — Джесси в суде не появился и показаний не дал. Что его удержало, сказать трудно, в любом случае, вряд ли это было великодушие. Скорее всего, его не стали вызывать представители обвинения, увидев, что процесс идёт в выгодном для них русле без показаний Джесси. Другими словами, в той обстановке они оказались просто избыточны…
Лишь на следующий день — 23 февраля — суд вернулся к отбору присяжных. Процедура растянулась на три дня, и лишь к вечеру 25 февраля жюри в составе 8 женщин и 4 мужчин в основном составе при 2 запасных членах (оба мужчины) было, наконец, сформировано.
Слушание дела по существу началось в понедельник 28 февраля 1994 г. После зачитывания прокурором Фоглеманом обвинительного заключения адвокаты обвиняемых заявили, что их подзащитные виновными себя не признают и от дачи показаний отказываются. Далее началось судебное следствие — восстановление событий 5 мая по показаниям очевидцев, родственников жертв и полицейских, привлеченных к их поиску.
На следующий день — 1 марта — пришла очередь судмедэксперта Перетти, который во время перекрёстного допроса адвокатами обвиняемых допустил неожиданную «слабину». После некоторых препирательств эксперт согласился увеличить возможный интервал времени наступления смерти мальчиков. Если первоначально этот промежуток времени ограничивался 3 часами (с 18 до 21 часа 5 мая), то теперь Перетти согласился его увеличить до 6 часов утра 6 мая. Подобное расширение диапазона могло потенциально изменить очень многое и в последующем дало пищу самым разнообразным домыслам. То, что адвокатам удалось «уломать» судмедэксперта, явилось для обвинения неприятным сюрпризом, и ожесточение в спорах убедительно показало, что судебным процесс не будет простым.
На следующий день Перетти продолжил давать показания, но промах, допущенный накануне, ему исправить не удалось. В тот же день 2 марта обвинение вновь оказалось поставлено в неудобное положение. Произошло это в ходе допроса Майкла Роя Карсона (Michael Roy Carson), свидетеля обвинения, призванного рассказать о том, как Джейсон Болдуин сознался ему в совершении убийства в «Робин Гуд хиллс». Во второй половине 1993 г. Карсон, арестованный за кражу со взломом, содержался в колонии для несовершеннолетних преступников в округе Крейгхэд. В августе туда поступил Джейсон Болдуин, переведенный из тюрьмы округа Криттенден. Если верить Карсону, последний сознался ему в соучастии в убийстве и сообщил некоторые детали преступления.
Карсон оказался плохим свидетелем. И дело тут было не только в том, что он имел уголовное прошлое и употреблял наркотики, но и в том, что в показаниях его оказалось много вздора. Часть его утверждений не соответствовали фактическим обстоятельствам дела, другая — не поддавалась проверке.
Адвокаты Эколза и Болдуина вытащили на свет эту ситуацию и закатили скандал. В принципе, их можно понять — защите было чего опасаться! Если бы Мискелли явился в суд и рассказал присяжным про то, как Эколз насиловал мальчиков, удерживая их за уши, а также упомянул кое-какие другие детали, суд после этого можно было бы останавливать, поскольку всякие прения лишались смысла — обвинительный приговор был гарантирован. А потому адвокатам надлежало убрать Мискелли из процесса любой ценой… Судье пришлось потратить практически весь день на разбор заявленного ходатайства, для чего понадобилось вызывать представителя Мискелли. В конечном итоге это ходатайство было отклонено, судья Барнет посчитал, что прокуратура действовала в рамках закона, и никакого принуждения Мискелли к даче показаний в суде не было.
Но самое забавное заключается в том, что все эти танцы с бубнами оказались совершенно напрасны — Джесси в суде не появился и показаний не дал. Что его удержало, сказать трудно, в любом случае, вряд ли это было великодушие. Скорее всего, его не стали вызывать представители обвинения, увидев, что процесс идёт в выгодном для них русле без показаний Джесси. Другими словами, в той обстановке они оказались просто избыточны…
Лишь на следующий день — 23 февраля — суд вернулся к отбору присяжных. Процедура растянулась на три дня, и лишь к вечеру 25 февраля жюри в составе 8 женщин и 4 мужчин в основном составе при 2 запасных членах (оба мужчины) было, наконец, сформировано.
Слушание дела по существу началось в понедельник 28 февраля 1994 г. После зачитывания прокурором Фоглеманом обвинительного заключения адвокаты обвиняемых заявили, что их подзащитные виновными себя не признают и от дачи показаний отказываются. Далее началось судебное следствие — восстановление событий 5 мая по показаниям очевидцев, родственников жертв и полицейских, привлеченных к их поиску.
На следующий день — 1 марта — пришла очередь судмедэксперта Перетти, который во время перекрёстного допроса адвокатами обвиняемых допустил неожиданную «слабину». После некоторых препирательств эксперт согласился увеличить возможный интервал времени наступления смерти мальчиков. Если первоначально этот промежуток времени ограничивался 3 часами (с 18 до 21 часа 5 мая), то теперь Перетти согласился его увеличить до 6 часов утра 6 мая. Подобное расширение диапазона могло потенциально изменить очень многое и в последующем дало пищу самым разнообразным домыслам. То, что адвокатам удалось «уломать» судмедэксперта, явилось для обвинения неприятным сюрпризом, и ожесточение в спорах убедительно показало, что судебным процесс не будет простым.
На следующий день Перетти продолжил давать показания, но промах, допущенный накануне, ему исправить не удалось. В тот же день 2 марта обвинение вновь оказалось поставлено в неудобное положение. Произошло это в ходе допроса Майкла Роя Карсона (Michael Roy Carson), свидетеля обвинения, призванного рассказать о том, как Джейсон Болдуин сознался ему в совершении убийства в «Робин Гуд хиллс». Во второй половине 1993 г. Карсон, арестованный за кражу со взломом, содержался в колонии для несовершеннолетних преступников в округе Крейгхэд. В августе туда поступил Джейсон Болдуин, переведенный из тюрьмы округа Криттенден. Если верить Карсону, последний сознался ему в соучастии в убийстве и сообщил некоторые детали преступления.
Карсон оказался плохим свидетелем. И дело тут было не только в том, что он имел уголовное прошлое и употреблял наркотики, но и в том, что в показаниях его оказалось много вздора. Часть его утверждений не соответствовали фактическим обстоятельствам дела, другая — не поддавалась проверке.
Страница 81 из 108
