Страшила

Осторожно прикоснулся к ручке, надавил. Та не поддалась — заперта. Тошка закусил губу, прислушался. Ничего не слышно.

Значит плачет. Она всегда плачет, после того как уходит следователь.

Тошка сдержался, чтобы не постучать. На душе было паршиво. Это всё из-за него! И из-за Павлика! Не полезли бы тогда в проклятое БОМБОУБЕЖИЩЕ, сейчас всё было бы по-прежнему! Тихо и мирно. Не было бы всех этих тайн, разведок, секретных служб и… твари! А ещё бы не было смертей и исчезновений ни в чём не повинных людей!

Тошка снова вздохнул и вернулся в папин кабинет. Забрался в кресло с ногами и пододвинул к себе «ноут».

Нужно во всём разобраться. Нужно! Иначе дальше будет только хуже! Особенно с мамой…

Тошка сам не понял, как открыл ноутбук и запустил операционку. Опомнился, когда на экране уже плясали завитки стартовой программы.

«Виндовс» поприветствовала. Как всегда… Затем издала мелодичный стон и буквально высыпала на дрожащего Тошку ворох всевозможных папок и ярлыков!

Тошка сглотнул и принялся шарить по карманам. Нащупал Светину «флэшку». Осторожно достал. Повертел в пальцах и положил на стол. Страшно! Лучше дождаться друзей. И тогда уже всем вместе… Либо на спасительную поверхность, либо об самое дно!

Пан или пропал.

Тошка кивнул, будто соглашаясь с собственными мыслями и снова спрятал «флэшку» в карман. Потом покосился на подмигивающую«мышку». Почувствовал, как тут же вспотели ладошки, а под ложечкой противно защекотало. Вот оно, любопытство, во всей своей красе, с кошачьими усами и мягкими лапками, всё ближе и ближе!

Тошка дёрнулся и быстро открыл документы. Затем, не дожидаясь, пока мысли придут в норму, начал скакать по изображениям. Нашёл личные фото. Семья… Дед… Посмотрел на миниатюрную иконку, будто та была не что иное, как «Тайная вечеря»… А что, так по существу всё и обстояло!

Тошка не знал почему, но он был уверен, что сейчас снова во что-то вляпается… Причём снова в одиночку!

Указательный пальчик дрогнул, обозначив два «клика»…

Файл тут же открылся, однако предусмотрительно заслонился предложением «повысить производительность компьютера».

Тошка глупо смотрел на информацию от видеокарты и попутно пытался отстраниться от наступающего ужаса. Кое-как отбрыкался и закрыл мешающее окно.

Прадед… Такой же, как и на выцветшей фотокарточке, что Павлик якобы обнаружил под завалом, только в цифровом расширении. С усами, низким подбородком и впалыми глазами. Такой, как всегда и, одновременно, какой-то не такой… В губах трубка, на плечах погоны с большими звёздами… а за спиной…

Тошка зажмурился! С трудом подавил дрожь во всём теле, после чего, снова открыл глаза.

Из-за спины прадеда выглядывал профиль Папюса…

Павлик уткнул лицо в ладони и принялся медленно сжимать пальцы.

Тошке показалось, что друг сейчас непременно снимет с себя скальп, будто маску… Что окажется под ней — вопрос. Но, думается, ничего хорошего. Потому что Тошка уже забыл, когда последний раз происходило что-нибудь радостное! Вообще, складывалось такое впечатление, будто их кто-то проклял… в результате чего, нормальную былую жизнь уже просто не вернуть! Всё останется, как есть, хотят они того или нет!

Света присела на край кровати и закусила палец.

Павлик, тем временем, всё же оставил собственное лицо в покое и посмотрел на Тошку.

Тошка сразу понял, что что-то не так. Вернее он догадался об этом ещё в одиночестве, когда смотрел на портрет загадочного Папюса, висящий за спиной мрачного прадеда. Сказать, что это было уже чересчур — всё равно, что ничего не сказать! Это был конкретный перебор! После которого, нужно уже точно сворачивать деятельность и залегать на дно! Ну, или просто выдать Тошку твари, потому что та явилась явно по его душу… И по душу его родителей!

Павлик отстранился от ноутбука и подозвал Тошку к себе. С тех самых пор, как они закрылись в Тошкиной комнате, никто ничего не говорил. Окружающая обстановка сражу же превратилась из угнетающей и вовсе в замогильную! Не хватало только скрипов, шорохов да звона цепей… Плюс ТОГО САМОГО стука в окно!

Тошка подошёл к Павлику и, в который уже раз, уставился на фотографию прадеда…

Павлик откашлялся и в очередной раз спросил, когда именно погиб этот человек. И действительно ли он тот, кем Тошка его считает?

Тошка опешил и оглянулся на притихшую Свету… Девочка лишь затравленно хлопала ресницами, продолжая грызть ногти.

Тошка, на всякий случай, ЕЩЁ РАЗ посмотрел на мерцающее фото и заявил, что это без сомнений прадед! Зачем папе сохранять в личных фотках НЕВЕСТЬ КОГО, да и попутно сбивать с толку собственных домочадцев?! Это прадед и никто другой — в этом Тошка стопудово уверен!

Павлик кивнул, принялся раздувать щёки, словно голодный хомяк. Затем недовольно покачал головой: явно всё ещё не до конца доверял услышанному от Тошки.