За окном, покачиваясь в такт машине, мягко проплывает массив леса. Ближайшие, вдоль дороги, деревья стремительно проносятся, растекаясь серо-зеленой тенью, те, что подальше, смещаются медленнее, в глубине, где отдельные стволы почти не различимы, смешиваются в единую темную массу, чаща и вовсе неподвижна…
Добавить в моё избранное
569 мин, 30 сек 9724
Ольга замедленно встала. Комната дрогнула, качнулась, некоторое время стены колебались, но вскоре встали на место. Выключив будильник, Ольга прошла в ванную. Под холодную воду лезть не было никакого желания, и она на полную открыла ручку горячего крана. Ожидая, пока вода прогреется, Оля стояла, начиная вновь погружаться в сон.
В плече кольнуло. Рука дернулась, чтобы почесать, но лишь чуть колыхнулась, бессильная со сна. Кольнуло вновь, но уже в другом месте, зазудело яростно. Собравшись с силами, Ольга подняла руку, почесалась. Зуд прекратился, но, спустя секунду, возобновился вновь, уже в другом месте. Ольга чертыхнулась, принялась яростно драть себя ногтями, ощущая, что начинает просыпается.
Тем временем вода нагрелась, от бьющей из крана тугой струи пошел пар. Не переставая чесаться, Ольга крутанула ручку холодной, проверив результат пальцем, полезла в ванную. Вода охватила тело блаженным теплом. Вскоре прекратился и зуд. Ощущая, что еще немного, и она вновь заснет прямо в ванной, Ольга поспешно закрутила кран, завернувшись в полотенце, вылезла из ванной. Все вокруг от горячих испарений покрылись тоненькой пленочкой воды. Отворив дверь, чтобы проветрить, Ольга принялась вытираться, закрыв глаза, что никак не хотели держаться открытыми, а когда наконец вытерлась, вновь открыла, и в ужасе замерла. Влага из ванной улетучилась, зеркало очистилось, отразив девушку, с головы до ног испятнанную красными рубцами.
Она опустила голову, всмотрелась в зловеще багровеющие рубчики, не веря, выскочила в кухню, включив свет, завертелась, осматриваясь. Затем принялась ощупывать, осторожно дотрагиваясь до отчетливо выделяющихся на фоне остальной коже отметин. Зрение не обмануло, пальцы повсюду натыкались на припухлости, что отвечали легким зудом.
Сон как рукой сняло. Мысли понеслись вскачь, а в груди образовался холодный ком. От чего такое могло случиться? На что организм отреагировал столь странно? Ближайшие несколько дней промелькнули перед глазами. Все как обычно, тот же темп жизни, то же питание. Из привычного ритма приема пищи и различного рода добавок выбивались лишь две вещи: анаболические подпитки Андрея и «противоядие» доктора, но если анаболики она употребляла уже больше месяца, то лекарство доктора приняла лишь единственный раз — прошлым вечером.
Осталось понять, препарат ли вызвал столь мощное органическое неприятие, или это произошло от параллельного употребления стероидов. Хотя, не исключено, что решающую роль сыграло нечто третье, не заметное при первом взгляде. Ольга побродила по квартире, но время поджимало, и она отложила решение задачи на потом, усилием воли выдавив волнение на периферию сознания, откуда оно благополучно исчезло, вытесненное мыслями о работе.
Время на завтрак почти не осталось. Обнаружив в холодильнике какие-то съедобные остатки, Ольга быстро забросала добычу в желудок, давясь, и обжигаясь наспех заваренным чаем, принялась одеваться. Для того, чтобы наложить макияж, не испачкавшись в тенях и без потерь в виде сломанных щеточек и выбитого глаза, пришлось ненадолго замедлиться, отставив чашку и через силу заставляя себя не смотреть на часы. Но лишь только последний мазок лег на свое место, время потекло в ускоренном темпе.
Закончив с чаем уже на выходе, когда верхняя одежда, а, главное, сапоги были надеты, Ольга оставила чашку возле двери и поспешно покинула квартиру. Лестница пронеслась под ногами стиральной доской. От с силой бьющих в ступеньки металлических набоек каблуков по подъезду заметалось гулкое эхо. Шарахнулся сидящий у соседской двери кот, от ужаса бросившись прямо под ноги, отчего поход на работу едва не закончился в самом начале. С проклятьем перемахнув кота, Ольга пронеслась оставшиеся два пролета, пулей выметнулась во двор. Выпавший за ночь снег отнюдь не добавил проходимости и, чтобы не сбавлять скорость, пришлось бежать высокими прыжками.
Ощущая себя козой на выгуле, провожаемая насмешливыми взглядами обгоняемых людей, Ольга миновала двор, добежав до остановки, взлетела в отходящий автобус, тяжело дыша, поинтересовалась в пространство:
— Это семнадцатый?
Сидящий рядом старичок с благообразной внешностью повернул голову, сказал с улыбкой:
— Совершенно верно, вы не ошиблись.
Расположившийся за ним мужик поморщился, сказал с недоумением:
— А глаза разуть, прежде чем в маршрутку кидаться, не судьба?
— Глазастые пешком ходят, — выдохнула Ольга зло.
Мужик хотел еще что-то добавить, но, взглянув в лицо собеседницы, отразившее готовность к склоке, передумал. Скудный завтрак, зудящие рубцы и бег по пересеченной местности привели психику в состояние близкое к взрыву, и Ольга безумно жаждала, что кто-нибудь их столпившихся вокруг пассажиров даст повод, чтобы, не мучаясь совестью, выплеснуть скопившееся раздражение, грозящее разорвать на мелкие клочки.
В плече кольнуло. Рука дернулась, чтобы почесать, но лишь чуть колыхнулась, бессильная со сна. Кольнуло вновь, но уже в другом месте, зазудело яростно. Собравшись с силами, Ольга подняла руку, почесалась. Зуд прекратился, но, спустя секунду, возобновился вновь, уже в другом месте. Ольга чертыхнулась, принялась яростно драть себя ногтями, ощущая, что начинает просыпается.
Тем временем вода нагрелась, от бьющей из крана тугой струи пошел пар. Не переставая чесаться, Ольга крутанула ручку холодной, проверив результат пальцем, полезла в ванную. Вода охватила тело блаженным теплом. Вскоре прекратился и зуд. Ощущая, что еще немного, и она вновь заснет прямо в ванной, Ольга поспешно закрутила кран, завернувшись в полотенце, вылезла из ванной. Все вокруг от горячих испарений покрылись тоненькой пленочкой воды. Отворив дверь, чтобы проветрить, Ольга принялась вытираться, закрыв глаза, что никак не хотели держаться открытыми, а когда наконец вытерлась, вновь открыла, и в ужасе замерла. Влага из ванной улетучилась, зеркало очистилось, отразив девушку, с головы до ног испятнанную красными рубцами.
Она опустила голову, всмотрелась в зловеще багровеющие рубчики, не веря, выскочила в кухню, включив свет, завертелась, осматриваясь. Затем принялась ощупывать, осторожно дотрагиваясь до отчетливо выделяющихся на фоне остальной коже отметин. Зрение не обмануло, пальцы повсюду натыкались на припухлости, что отвечали легким зудом.
Сон как рукой сняло. Мысли понеслись вскачь, а в груди образовался холодный ком. От чего такое могло случиться? На что организм отреагировал столь странно? Ближайшие несколько дней промелькнули перед глазами. Все как обычно, тот же темп жизни, то же питание. Из привычного ритма приема пищи и различного рода добавок выбивались лишь две вещи: анаболические подпитки Андрея и «противоядие» доктора, но если анаболики она употребляла уже больше месяца, то лекарство доктора приняла лишь единственный раз — прошлым вечером.
Осталось понять, препарат ли вызвал столь мощное органическое неприятие, или это произошло от параллельного употребления стероидов. Хотя, не исключено, что решающую роль сыграло нечто третье, не заметное при первом взгляде. Ольга побродила по квартире, но время поджимало, и она отложила решение задачи на потом, усилием воли выдавив волнение на периферию сознания, откуда оно благополучно исчезло, вытесненное мыслями о работе.
Время на завтрак почти не осталось. Обнаружив в холодильнике какие-то съедобные остатки, Ольга быстро забросала добычу в желудок, давясь, и обжигаясь наспех заваренным чаем, принялась одеваться. Для того, чтобы наложить макияж, не испачкавшись в тенях и без потерь в виде сломанных щеточек и выбитого глаза, пришлось ненадолго замедлиться, отставив чашку и через силу заставляя себя не смотреть на часы. Но лишь только последний мазок лег на свое место, время потекло в ускоренном темпе.
Закончив с чаем уже на выходе, когда верхняя одежда, а, главное, сапоги были надеты, Ольга оставила чашку возле двери и поспешно покинула квартиру. Лестница пронеслась под ногами стиральной доской. От с силой бьющих в ступеньки металлических набоек каблуков по подъезду заметалось гулкое эхо. Шарахнулся сидящий у соседской двери кот, от ужаса бросившись прямо под ноги, отчего поход на работу едва не закончился в самом начале. С проклятьем перемахнув кота, Ольга пронеслась оставшиеся два пролета, пулей выметнулась во двор. Выпавший за ночь снег отнюдь не добавил проходимости и, чтобы не сбавлять скорость, пришлось бежать высокими прыжками.
Ощущая себя козой на выгуле, провожаемая насмешливыми взглядами обгоняемых людей, Ольга миновала двор, добежав до остановки, взлетела в отходящий автобус, тяжело дыша, поинтересовалась в пространство:
— Это семнадцатый?
Сидящий рядом старичок с благообразной внешностью повернул голову, сказал с улыбкой:
— Совершенно верно, вы не ошиблись.
Расположившийся за ним мужик поморщился, сказал с недоумением:
— А глаза разуть, прежде чем в маршрутку кидаться, не судьба?
— Глазастые пешком ходят, — выдохнула Ольга зло.
Мужик хотел еще что-то добавить, но, взглянув в лицо собеседницы, отразившее готовность к склоке, передумал. Скудный завтрак, зудящие рубцы и бег по пересеченной местности привели психику в состояние близкое к взрыву, и Ольга безумно жаждала, что кто-нибудь их столпившихся вокруг пассажиров даст повод, чтобы, не мучаясь совестью, выплеснуть скопившееся раздражение, грозящее разорвать на мелкие клочки.
Страница 77 из 173
