В помещении царил сумрак, едва разгоняемый невнятными, бордово-красными сполохами адского пламени, вырывающегося из непонятной топки с распахнутой настежь толстенной, чугунной дверцей-заслонкой. На дальней от символического входа стене блеклым желтовато-красным пятном, совсем не освещающим мрачные, черные от угольной пыли и копоти стены висела едва различимая «летучая мышь»…
Добавить в моё избранное
420 мин, 53 сек 14211
— Вот, единственный среди вас — человек, — указала на своего напарника Некта. — Спасибо, Симон, я перед уходом нажралась вволю за рыцарским столом, разносолов там, правда, нет, но на свинине отыгралась… Сиди…
Девушка надавила рукой на плечо пожелавшего подняться, чтобы уступить ей место, Симона, да так и оставила руку, найдя в агенте Преисподней символическую опору, полуобернулась к ангелу, выбирающему момент для мстительного, единственно верного удара, и продолжила:
— Ты, Фалетка, кажется, забыла нас кое о чем предупредить…
— Что? — буквально взревел Иерарх, сейчас уже с интересом вслушивающийся в слова своей агентессы, оставив «на потом», подробности разбирательства с её возвращением.
— А вот что, — язвительно, скроив физиономию Мальчиша-Плохиша, отозвалась Некта. — Давай, я лучше по порядку?
Как оказалось, вновь появившееся умертвие в Монсальвате никто не забыл, да и странно было бы забыть убитых тщедушной девчонкой кастеляна и личного охранника Властителя. Но перстень ангела свою положительную роль сыграл с первых же мгновений, и рыцарство замка, пусть нехотя, разговаривая сквозь зубы и частенько презрительно отворачиваясь, не стало резать Некту на мелкие кусочки. Оказывается, они уже второй день обходили коридоры и залы с крепкими рыбацкими сетями, пытаясь изловить неведомого и невидимого демона, который, мало, что искалечил какую-то прачку, возвращающуюся из солдатской казармы после вечерних плотских утех, но и фактически лишил замок нового кастеляна — потерпевший от нечистой силы рыцарь пускал пузыри ртом, ходил под себя и робко жался к стене, когда в комнате, где его изолировали, появлялся кто-то посторонний.
— Я их, конечно, малость сорганизовала, чтоб не просто так со своими сетками по замку лазали, да и про потолки не забывали, вон — всю куртку сажей от факелов обляпали, но только поиски эти — с нулевым результатом окончились, зря только время потеряли, — рассказывала Некта, обращаясь в основном к Иерарху и Симону, совершенно сознательно игнорируя Фалета и просто позабыв о присутствующем бесе-кураторе. — Жаль, я уже к исходу третьего дня догадалась расспросить подробности местного жития… вот и выяснилось то, о чем Фалетка смолчала по скромному. Как бы, это и было неважно до сегодняшнего дня, вернее, до того момента, как в Монсальват свалился Дикий Демон.
Иной раз благородные рыцари покидали замок, по прописанному Фалетом условию — лишь в одиночку, максимум — с оруженосцем, чтобы прославить себя подвигами в сражениях, в борьбе с драконами, сарацинами, нечистой силой, остаться в памяти неизвестным защитником слабых и обездоленных… но гораздо чаще — ради добычи, золота, пряностей, так приятно разнообразящих обильный, но, увы, постноватый стол Монсальвата. Иной раз обратно в замок притаскивали с собой женщин: жен, наложниц, служанок, совсем уж редко — воинов, наемников, кнехтов. В какие конкретно Отражения перемещаются рыцари Некта не поняла, да и расспрашивать такие подробности было бесполезно, с метафизической картиной мира обитатели Монсальвата не были знакомы, объясняя и свое существование в замке, и перемещения в другие миры — исключительно волей Господа.
Едва ли не одновременно с прибытием Некты, Монсальват покинул один из рыцарей, причем, как показалось агентессе, никто из его друзей или оруженосцев не знал о намерении Вальтера Никэтора отправиться за подвигами именно в это время.
— … вообще, я только зря время потеряла в этом замке, — завершила рассказ девушка. — Вон, ноги чуть не сбила, бегая по лестницам и переходам, от свинины уже тошнит, а главное — все без толку. Не знаю, как ты, экселенц, но я поняла, что Дикий Демон не стал дожидаться меня в Монсальвате, а спокойно слинял творить свои непонятные делишки где-то в другом месте… за что — отдельное спасибо Фалетке, странно позабывшей, что её рыцари спокойно себе разгуливают в других Отражениях.
— Стоп! — небрежно отмахнувшись от нарушения этикета Иерарх, внимательно слушавший рассказ Некты. — Припомни — только тщательно, до деталей — окружение рыцаря Никэтора заметило сам момент исчезновения или, как и ты, оказалось поставлено перед фактом, что такой сущности нет в Монсальвате?
— Никто ничего не заметил, — серьезно ответила агентесса, проникшись сосредоточенностью и вниманием беса. — Говорят, вроде бы, только что был, никуда не собирался, а потом, как-то сразу, исчез где-то в залах или переходах… конечно, я не всех замковых стражников и прислугу допросила, тогда бы и двух недель мало оказалось, но…
— Его кто-то вызвал? — ляпнул Артифекс и тут же, прикусив язычок, жалобно глянул на Иерарха, мол, нечаянно сказанул, забыл о присутствии грешных душ, но, видимо, после сообщения Некты высший бес решил окончательно пренебречь установленными правилами.
— Если Дикий Демон кем-то призван и до сих пор находится в его власти…
Девушка надавила рукой на плечо пожелавшего подняться, чтобы уступить ей место, Симона, да так и оставила руку, найдя в агенте Преисподней символическую опору, полуобернулась к ангелу, выбирающему момент для мстительного, единственно верного удара, и продолжила:
— Ты, Фалетка, кажется, забыла нас кое о чем предупредить…
— Что? — буквально взревел Иерарх, сейчас уже с интересом вслушивающийся в слова своей агентессы, оставив «на потом», подробности разбирательства с её возвращением.
— А вот что, — язвительно, скроив физиономию Мальчиша-Плохиша, отозвалась Некта. — Давай, я лучше по порядку?
Как оказалось, вновь появившееся умертвие в Монсальвате никто не забыл, да и странно было бы забыть убитых тщедушной девчонкой кастеляна и личного охранника Властителя. Но перстень ангела свою положительную роль сыграл с первых же мгновений, и рыцарство замка, пусть нехотя, разговаривая сквозь зубы и частенько презрительно отворачиваясь, не стало резать Некту на мелкие кусочки. Оказывается, они уже второй день обходили коридоры и залы с крепкими рыбацкими сетями, пытаясь изловить неведомого и невидимого демона, который, мало, что искалечил какую-то прачку, возвращающуюся из солдатской казармы после вечерних плотских утех, но и фактически лишил замок нового кастеляна — потерпевший от нечистой силы рыцарь пускал пузыри ртом, ходил под себя и робко жался к стене, когда в комнате, где его изолировали, появлялся кто-то посторонний.
— Я их, конечно, малость сорганизовала, чтоб не просто так со своими сетками по замку лазали, да и про потолки не забывали, вон — всю куртку сажей от факелов обляпали, но только поиски эти — с нулевым результатом окончились, зря только время потеряли, — рассказывала Некта, обращаясь в основном к Иерарху и Симону, совершенно сознательно игнорируя Фалета и просто позабыв о присутствующем бесе-кураторе. — Жаль, я уже к исходу третьего дня догадалась расспросить подробности местного жития… вот и выяснилось то, о чем Фалетка смолчала по скромному. Как бы, это и было неважно до сегодняшнего дня, вернее, до того момента, как в Монсальват свалился Дикий Демон.
Иной раз благородные рыцари покидали замок, по прописанному Фалетом условию — лишь в одиночку, максимум — с оруженосцем, чтобы прославить себя подвигами в сражениях, в борьбе с драконами, сарацинами, нечистой силой, остаться в памяти неизвестным защитником слабых и обездоленных… но гораздо чаще — ради добычи, золота, пряностей, так приятно разнообразящих обильный, но, увы, постноватый стол Монсальвата. Иной раз обратно в замок притаскивали с собой женщин: жен, наложниц, служанок, совсем уж редко — воинов, наемников, кнехтов. В какие конкретно Отражения перемещаются рыцари Некта не поняла, да и расспрашивать такие подробности было бесполезно, с метафизической картиной мира обитатели Монсальвата не были знакомы, объясняя и свое существование в замке, и перемещения в другие миры — исключительно волей Господа.
Едва ли не одновременно с прибытием Некты, Монсальват покинул один из рыцарей, причем, как показалось агентессе, никто из его друзей или оруженосцев не знал о намерении Вальтера Никэтора отправиться за подвигами именно в это время.
— … вообще, я только зря время потеряла в этом замке, — завершила рассказ девушка. — Вон, ноги чуть не сбила, бегая по лестницам и переходам, от свинины уже тошнит, а главное — все без толку. Не знаю, как ты, экселенц, но я поняла, что Дикий Демон не стал дожидаться меня в Монсальвате, а спокойно слинял творить свои непонятные делишки где-то в другом месте… за что — отдельное спасибо Фалетке, странно позабывшей, что её рыцари спокойно себе разгуливают в других Отражениях.
— Стоп! — небрежно отмахнувшись от нарушения этикета Иерарх, внимательно слушавший рассказ Некты. — Припомни — только тщательно, до деталей — окружение рыцаря Никэтора заметило сам момент исчезновения или, как и ты, оказалось поставлено перед фактом, что такой сущности нет в Монсальвате?
— Никто ничего не заметил, — серьезно ответила агентесса, проникшись сосредоточенностью и вниманием беса. — Говорят, вроде бы, только что был, никуда не собирался, а потом, как-то сразу, исчез где-то в залах или переходах… конечно, я не всех замковых стражников и прислугу допросила, тогда бы и двух недель мало оказалось, но…
— Его кто-то вызвал? — ляпнул Артифекс и тут же, прикусив язычок, жалобно глянул на Иерарха, мол, нечаянно сказанул, забыл о присутствии грешных душ, но, видимо, после сообщения Некты высший бес решил окончательно пренебречь установленными правилами.
— Если Дикий Демон кем-то призван и до сих пор находится в его власти…
Страница 102 из 125
