Долг

Куля аккуратно опустил бойфренда на дерн рядом с шишигой и вызверившись наткнулся на Смуглянку:

— Вы чего, волки позорные, предупредить не могли? Героями себя почувствовали? Какого хера на колонну полезли. Тебе, сука, погоны на плечи повесть так не терпится?

— Да мы только ради вас в бой ввязались. Уходить хотели. Мы тебе на рацию отбой пытались дать, но вы же молчали.

— Какая рация, ушлепок? У нас никаких сигналов не было. Я грузовик только после выстрела заметил.

Смуглянка ткнул в лицо спортивного мужика рацию и пощелкал тангентой. Рация Кули молчала. Он ошарашено сорвал с крепления на плече черную коробочку рации и тупо уставился на нее. Экран не светился, и на кнопки чудо радиотехники тоже не реагировало.

Куля наружно замычал и, плюхнувшись на задницу, стал бить себя кулаками по голове. Может аккумулятор сел, а может рация сломалась, но факт был на лицо. Виноват в провальном исходе операции был Куля. И он сам это прекрасно понимал.

Варя ещё был жив. Красавчик получил ранения в лицо и шею. Над кровавой маской обезображенного лица поднимались розовые пузыри, а пенящаяся кровь стекала на землю. Одной ногой он уже шагнул на тот свете. Куля опустил ладонь на грудь Вали и начал бормотать:

— Угробил я тебя, Варька. Ну как же так. Век себе не прощу.

— Потом убиваться будешь. Когти рвать отсюда надо.

Тем времени от реки снова донеслись выстрелы.

— Пацаны, валим. По бырому.

Пока они поднимали Варю в кузов, со стороны дороги, но уже на этом берегу реки донеслись ещё и крики «Стой!» и отборная ругань.

Насторожившийся Смуглянка кинул Скворцу:

— Пернатый, сгоняй, посмотри, что там такое, только аккуратно. Если погоня, то попробуй отсечь. Все равно их мало должно было остаться. И раненые у них. Много человек в погоню за нами они все равно не пошлют. Я пока машину выгоню.

Скворец кивнул в ответ, подхватил свой пулемет и побежал.

— Куля ты тоже ранен?

— Нет, мелочь. Щепкой чуть глаз не выбило. Бровь сильно рассекло. Глаза кровью заливает. Фигня.

Смуглянка полез в кабину шишиги, завёл автомобиль и, развернувшись задом, выехал по склону вверх выбрасывая из под колес дерн вперемежку с песком и серой золистой почвой. Куля тем временем распотрошил аптечку и пытался остановить кровотечение у своего дружка.

Смуглянка, сжав зубы, крутил тугой руль и дергал рычаг переключения передач. Машина выехала из лощины. Сверху донеслись знакомые короткие очереди. Скворец принял бой.

Подождав пару минут, Смуглянка увидел наверху как старается бежать Скворец и ещё какой-то хрен. Скворец тащил его обхватив под руки, а у того заплетались ноги и он почти весел на руках у стрелка. Смуглянка не поверил своим глазам. Это был Слива собственной персоной. Он вывернул руль шишиги и поехал навстречу странной парочке.

Распахнув дверь, Смуглянка помог Скворцу втащить Сливу в кабину. Бандит был ранен в живот и спину. Ранения не были сквозными. Кроме того Слива был в наручниках.

— Скворец, а чего это такое было? Конвой, наручники, стрельба? Откуда здесь Слива?

— Поехали! Я там троих из пулемета положил. Красноперые там. Явно от хозяина, — торопил его Скворец.

Смуглянка озадаченно покачал головой и нажал на газ.

— Скворец, подменить меня нужно. Хреновато мне. Слышь? — сказал Смуглянка.

Рана белела нестерпимо, а сквозь повязку проступила кровь. Похоже, что он потревожил затянувшееся ранение. Нужно было лезть за наркотиком.

— Дави педали, бугор. Потом подменю. А то сейчас догонят и ещё чего подстрелят.

Смуглянка морщился от боли, но все равно крутит руль и переключал передачи. Слива натужно стонал рядом. Ещё бы не стонать при таких ранах. Наконец, машина выехала из леса на нормальную асфальтированная дорогу. Чудовищная тряска прекратилась. Они отъехали ещё километра полтора, пока Смуглянка решился остановиться.

Сливу сразу вытащили из кабины и перегрузили в кузов. Варя уже представился. Куля держал его за плечи и неотрывно смотрел на остатки лица мёртвого бойфренда. Он разгладил ему слипшиеся от крови волосы на голове и закрыл глаза.

— Ну что же ты, сучка драная, на занятиях то ленился. Тебе бы только в карты катать, да пойло жрать с колесами. Бой это же тебе не фуфло какое. Там убивают, — Куля, не обращая внимания ни на кого, разговаривал с мертвым Варей.

На поднятого в кузов Сливу он тоже не обратил внимание.

Слива согнувшись крючком и обхватив руками живот лежал у самого борта и стонал.

— Слива, это кто там был? — спросил его Смуглянка.

— М-м-м. Бойцы от хозяина. М-м-м. Нас сегодня должны были разделить и отправить всех по разным местам.

— По каким местам?

— Не знаю я. Ширни меня. Я сейчас от боли кони двину.

Смуглянка запустил руки в, распотрошенную Кулей, аптечку.