Зараженные

— Ну, точно не пара патронов, — фыркнул гусар.

Грасс вонзил нож в землю и с удивлением уставился на Ватрикса:

— В Комарином Углу убивали и за меньшее. Или в Доках. За кусок хлеба, к примеру. За горсть мелочи, которой не хватило бы даже на кружку прокисшего пива. Так что цена жизни человека возросла, милорд. И сильно.

Все замолчали. Говорить больше никому не хотелось. Только после смерти Эрцо, который случайно подставился под укус мертвяка, все начали понимать, что путь, который они выбрали, куда как труднее. Многие ли останутся лежать бездыханными в траве или на тракте? Кто из здесь сидящих доберется до Призана?

— Куда подевался доктор? — спросил, наконец, Ватрикс.

— Я тут, — раздалось откуда — то из — за деревьев. Все обернулись. Вильямс стоял на краю поляны, внимательно рассматривая лезвие своего ножа. — Просто я хотел пройтись по окрестностям. Подумать о случившемся.

— Гулять по кишащей мертвецами местности? Очень умно, — Анри встал с земли и зло посмотрел на доктора. — Собрались следом за Эрцо?

— К счастью, мертвяков я не встретил. Но в нескольких лигах на юг есть речка. Воду бы я там набирать не стал, но искупаться и освежить голову вполне можно.

Гусар тут же встал с земли:

— Где эта твоя река?

— На юг, — Вильямс указал рукой вглубь леса. — Пройдете несколько лиг, а там ориентируйтесь на шум воды.

— Посмотри за мясом, — Грасс передал доктору пару освежеванных выпотрошенных тушек. — Главное — не сожги его на костре. Иначе мы все останемся без ужина.

— Я с вами, — тут же подошла Мари, которая услышала разговор. — А то я уже вся чешусь от грязи.

— Ну, тогда идем, — Грасс хитро прищурился и протянул Мари руку. Та улыбнулась, и ухватила парня под локоть.

***

Река весело журчала, голубой лентой уходя на восток. От нее веяло прохладой и умиротворенностью. Грасс осторожно попрыгал по гладким прибрежным камням и взглянул в прозрачную воду. В колеблющемся отражении на вора уставилась чья — то перемазанная грязью и запекшейся кровью морда, которой не мог похвастать даже последний нищий из Доков. Грасс нахмурился, и бродяга в реке в точности повторил движение, сдвинув брови на переносице. Грасс усмехнулся и отражение из реки тоже весело оскалилось.

— Эй, ты долго будешь корчить рожи? — крикнула Мари. Грасс обернулся и застыл, не в силах отвести взгляд: девушка уже стояла на берегу, совершенно обнаженная.

— Никогда не видел голой женщины? — усмехнулась Мари, и щеки вора стали пунцовыми. Девушка тем временем разогналась и прыгнула в воду, подняв тучу брызг и отфыркиваясь, вынырнула на середине реки:

— Течение здесь — будь здоров, — весело крикнула она, плескаясь в воде.

Остальные быстро стали раздеваться, один за другим ныряя в воду. Лишь Грасс остался сидеть на берегу, сняв сапоги и болтая ногами в воде. Затем быстро вскочил и окунул голову в ледяную воду. Холодная вода бодрила, смывала усталость, придавала сил. Угрюмое настроение как рукой сняло. Казалось, теперь нипочем этот путь, который выбрал вор.

Сбоку раздался плеск воды, а затем мокрые босые ноги зашлепали по камням:

— Ты не купаешься вор? Не умеешь плавать? — насмешливо спросила Мари. По ее телу ручейками стекала вода, быстро впитываясь в сухую землю. Одежду она держала в руках ожидая, пока ее стройная фигурка обсохнет на солнце.

— Умею, — буркнул вор. — Но плохо. Я боюсь воды.

Девушка селя рядом и вор чуть отстранился в сторону, стараясь не смотреть в сторону обнаженной девушки. Так они молча сидели на берегу.

— Когда я был маленьким, я упал в канал Ренэ. Чуть не утонул, — пояснил вор.

Мари вопросительно посмотрела на него. Грасс насупился:

— Мы жили неподалеку от канала. И как — то весной пошли туда гулять с друзьями. Было еще холодно. Мы спустились на лед и начали там бегать. А потом лед подо мной проломился, и я ушел на дно.

Вор замолчал.

— Знаешь, тогда я понял, что такое жизнь. И что ты можешь умереть вот так, в любой момент. Когда шел на дно, а надо мной смыкалась ледяная вода. Тогда я думал, что больше не увижу этот мир. Я пытался всплыть, но одежда промокла и тянула вниз. А на берегу стояло множество людей, которые видели, как я провалился, и просто смотрели, как я тону.

— А потом? — не выдержав, спросила Мари.

— Потом? — горько усмехнулся Грасс, бросая в воду камешек, от которого по глади тут же стали расходиться большие круги волн. — Меня вытащил кто — то из Братства. Просто нырнул в полынью и вытащил меня на поверхность. Привел в чувство, отвел домой. Наверное, поэтому я и подался к ворам, когда бросил учебу.

Вор вздохнул, и Мари поняла, что до этого момента он никогда и никому не рассказывал эту историю. Хранил ее в себе, за семью замками. Она молча обняла вора, положив голову на его плечо.