Карие глаза смотрели из-под кустистых бровей хладнокровно. Рука твердо сжимала широкий армейский нож, готовая рвануться в сторону и оставить на горле лейтенанта кровавый след. В густой бороде хищно блестел оскал…
365 мин, 24 сек 19402
— Потом, потом, — оттолкнул сталкера Кардан, — дайте отдышаться.
— Позже, — тихо пообещал Азот, выглядел он истощенно и, верно, мечтал о матрасе в более менее теплом подвале.
— Голодные, как собаки. И чешется что-то… — Кардан потрепал гриву.
— Только вшей нам не хватало, — пробормотал Локи.
Когда техники насытились и размякли от спиртного, разговор пошел живее. Кардан охотно рассказывал о приключениях, которые довелось претерпеть. Конечно, привирал, преувеличивал, но увлек. Видно, язык тренированный.
— Аж за Славутич ходили, — хвалился Кардан, хлопая напарника по спине.
— Ну, вы пси-ихи… — ласково протянул Лоцман.
Украина — почти Россия. Хлипкие ржавые заборчики да колючая проволока — слабая препона для сталкера. Особенно, если она имеет многочисленные бреши. Легче всего проникнуть в Зону со стороны реки. Воды патрулируют полицейские катера, но по графику. Промчится патруль, и можно спокойно переплывать на другой берег. Воротятся военные не скоро.
— Это еще не все! — воздел указательный палец Азот. — Вот, получите — распишитесь.
На стол со стуком спустилась черная коробочка и белая пачка: домино и карты. Будет чем потешить себя в новогоднюю ночь.
— Дай же я тебя расцелую, — взревел Медведь, раскрыв объятия.
— Лучше елку укрась, — сказал Гаваец и перекинул через прилавок гирлянду, рядом поставил красную звезду для макушки.
Звезда всколыхнула память, вспомнился прошлый Новый год: сияющая улыбкой и побрякушками Людмила, шкодливые глазенки Маши и разбитая елочная игрушка у ножек, роскошно накрытый стол — раз в году можно почувствовать себя барчуком, салюты за окном, по телевизору — музыкальная сказка, мелькают веселые, приветливые лица, в доме тепло и уютно, по елке озорно бегают огоньки, в ноздри бьет насыщенный аромат хвои…
— Поп, о чем задумался? — на меня внимательно смотрел Альт.
— Так, ни о чем, — я смутился и тут же выдал себя: — Сколько лет ты здесь, говоришь?
— Три.
Я задумчиво покачал головой, спросил:
— Никогда не тянуло домой, к семье?
Альт изменился в лице, видать, я затронул неприятную тему.
— Конечно, тянуло, — ответил сталкер с фальшью в голосе. — Благо, Зона не дает времени для раздумий.
Альт отвернулся, почесал Миледи за ухом. Глаза собаки, подогреваемые теплым светом, горели, как звезда на елке. От удовольствия они сощурились и походили на мягко тлеющие угольки.
Я налил в стаканы водки и произнес:
— Давай за наших, кто на Большой Земле.
В глазах Альта читалась мучительная боль и вина. Сталкер кивнул и залпом хлопнул стакан. Шумно втянул ртом воздух, занюхал кулаком и уставился в стол. Моя рука так и застыла протянутой. Если бы пил с Альтом впервые, то подумал бы, что адыги не чокаются. Сталкер что-то скрывал. Что ж, не хочет говорить — его право. Я пожал плечами и опрокинул стакан.
Сколько ночей ни провел на Янове, все они начинались с похмелья. Быть может, поэтому больше меня не мучили странные сны и я не слышал зов Монолита. Не стал нарушать традицию и в предновогоднюю ночь. Мы с Альтом распили бутылку «Зубровки», и только тогда спустились в подвал. Не успела голова коснуться матраса, как я заснул.
— Тридцать первое! — радовался Альт, потирая ладони.
— Ждешь Деда Мороза? — подколол я.
Альт взглянул на меня, как на инопланетянина.
— Зона просто обязана в такой день преподнести подарок. Думаю, прогуляться до нефтебазы. Площадь там большая, много потаенных мест… Ты со мной?
— Нет, надо заглянуть к ученым.
Оптимизм Альта усилил и мои надежды на «подарок» — положительные результаты опыта над шимпанзе. День Х настал. Ради него я прибыл в Зону, ради него хватал радики и рисковал шкурой. Наконец, вопрос, занесенный, как меч, над моей семьей, разрешится.
— Можем отправиться к нефтебазе от ученых, — предложил Альт.
— Не уверен, что захочу куда-либо идти. Надеюсь, больше не придется экстримальничать.
— А-а, понимаю. В свою очередь надеюсь по возвращении застать тебя на станции.
Я подумал, прежде чем дать ответ:
— Да, отпразднуем вместе.
С размаху хлопнули ладонями, крепче обычного пожали, словно договор запечатали.
Уже на лестнице Альт обернулся и посоветовал:
— Не расставайся с оружием, как ходжа с туфлями.
Подмигнул и скрылся в люке. Вот так вот: воодушевил, а потом скинул на землю. Я огляделся. Каждое лицо казалось подозрительным. Сердце Оазиса — одна из сталкерских легенд. Наравне с Монолитом будоражит умы многих.
Я сгреб в ладонь крестик и закрыл глаза. Боже, огради от завистников и зло помышляющих. Да избавлюсь от ненавидящих меня. «Услышь меня, Господи, ибо благо — милость Твоя».
— О, заутреня? — усмехнулся Медведь.
Я еле удержался, чтобы не огрызнуться.
— Позже, — тихо пообещал Азот, выглядел он истощенно и, верно, мечтал о матрасе в более менее теплом подвале.
— Голодные, как собаки. И чешется что-то… — Кардан потрепал гриву.
— Только вшей нам не хватало, — пробормотал Локи.
Когда техники насытились и размякли от спиртного, разговор пошел живее. Кардан охотно рассказывал о приключениях, которые довелось претерпеть. Конечно, привирал, преувеличивал, но увлек. Видно, язык тренированный.
— Аж за Славутич ходили, — хвалился Кардан, хлопая напарника по спине.
— Ну, вы пси-ихи… — ласково протянул Лоцман.
Украина — почти Россия. Хлипкие ржавые заборчики да колючая проволока — слабая препона для сталкера. Особенно, если она имеет многочисленные бреши. Легче всего проникнуть в Зону со стороны реки. Воды патрулируют полицейские катера, но по графику. Промчится патруль, и можно спокойно переплывать на другой берег. Воротятся военные не скоро.
— Это еще не все! — воздел указательный палец Азот. — Вот, получите — распишитесь.
На стол со стуком спустилась черная коробочка и белая пачка: домино и карты. Будет чем потешить себя в новогоднюю ночь.
— Дай же я тебя расцелую, — взревел Медведь, раскрыв объятия.
— Лучше елку укрась, — сказал Гаваец и перекинул через прилавок гирлянду, рядом поставил красную звезду для макушки.
Звезда всколыхнула память, вспомнился прошлый Новый год: сияющая улыбкой и побрякушками Людмила, шкодливые глазенки Маши и разбитая елочная игрушка у ножек, роскошно накрытый стол — раз в году можно почувствовать себя барчуком, салюты за окном, по телевизору — музыкальная сказка, мелькают веселые, приветливые лица, в доме тепло и уютно, по елке озорно бегают огоньки, в ноздри бьет насыщенный аромат хвои…
— Поп, о чем задумался? — на меня внимательно смотрел Альт.
— Так, ни о чем, — я смутился и тут же выдал себя: — Сколько лет ты здесь, говоришь?
— Три.
Я задумчиво покачал головой, спросил:
— Никогда не тянуло домой, к семье?
Альт изменился в лице, видать, я затронул неприятную тему.
— Конечно, тянуло, — ответил сталкер с фальшью в голосе. — Благо, Зона не дает времени для раздумий.
Альт отвернулся, почесал Миледи за ухом. Глаза собаки, подогреваемые теплым светом, горели, как звезда на елке. От удовольствия они сощурились и походили на мягко тлеющие угольки.
Я налил в стаканы водки и произнес:
— Давай за наших, кто на Большой Земле.
В глазах Альта читалась мучительная боль и вина. Сталкер кивнул и залпом хлопнул стакан. Шумно втянул ртом воздух, занюхал кулаком и уставился в стол. Моя рука так и застыла протянутой. Если бы пил с Альтом впервые, то подумал бы, что адыги не чокаются. Сталкер что-то скрывал. Что ж, не хочет говорить — его право. Я пожал плечами и опрокинул стакан.
Сколько ночей ни провел на Янове, все они начинались с похмелья. Быть может, поэтому больше меня не мучили странные сны и я не слышал зов Монолита. Не стал нарушать традицию и в предновогоднюю ночь. Мы с Альтом распили бутылку «Зубровки», и только тогда спустились в подвал. Не успела голова коснуться матраса, как я заснул.
— Тридцать первое! — радовался Альт, потирая ладони.
— Ждешь Деда Мороза? — подколол я.
Альт взглянул на меня, как на инопланетянина.
— Зона просто обязана в такой день преподнести подарок. Думаю, прогуляться до нефтебазы. Площадь там большая, много потаенных мест… Ты со мной?
— Нет, надо заглянуть к ученым.
Оптимизм Альта усилил и мои надежды на «подарок» — положительные результаты опыта над шимпанзе. День Х настал. Ради него я прибыл в Зону, ради него хватал радики и рисковал шкурой. Наконец, вопрос, занесенный, как меч, над моей семьей, разрешится.
— Можем отправиться к нефтебазе от ученых, — предложил Альт.
— Не уверен, что захочу куда-либо идти. Надеюсь, больше не придется экстримальничать.
— А-а, понимаю. В свою очередь надеюсь по возвращении застать тебя на станции.
Я подумал, прежде чем дать ответ:
— Да, отпразднуем вместе.
С размаху хлопнули ладонями, крепче обычного пожали, словно договор запечатали.
Уже на лестнице Альт обернулся и посоветовал:
— Не расставайся с оружием, как ходжа с туфлями.
Подмигнул и скрылся в люке. Вот так вот: воодушевил, а потом скинул на землю. Я огляделся. Каждое лицо казалось подозрительным. Сердце Оазиса — одна из сталкерских легенд. Наравне с Монолитом будоражит умы многих.
Я сгреб в ладонь крестик и закрыл глаза. Боже, огради от завистников и зло помышляющих. Да избавлюсь от ненавидящих меня. «Услышь меня, Господи, ибо благо — милость Твоя».
— О, заутреня? — усмехнулся Медведь.
Я еле удержался, чтобы не огрызнуться.
Страница 77 из 107