Исчадие

А Графа они тоже помнили еще с того времени, когда его принесли в дом щенком. Пес им нравился. И вот, неожиданно, почти одновременная смерть домработницы и гибель ротвейлера. Для них это тоже было горе. Но, конечно же, ничего не могло сравниться с потерей любимой дочери и зятя! Да еще и смерть племянника!

Эти события подкосили их обоих. Жена Антона Григорьевича вот-вот сама могла попасть в больницу. Или могло произойти вообще самое страшное. Но об этом, он не хотел и думать. Пока жена пластом лежала на кровати, периодически принимая различные лекарства, он старался хоть что-то организовать. Позвонил всем родственникам и близким знакомым. Завтра большая часть из них должна была приехать. И тогда они все вместе решат, кто и что будет делать. А пока надо было крепиться. Ведь, несмотря на безмерное горе, на руках у Антона Григорьевича были два практически беспомощных человека, больная жена и совсем маленькая Вика, теперь уже их внучка.

Просидев до самого вечера в комнате, в тяжелых раздумьях, Антон Григорьевич вдруг как будто очнулся. Точнее, Вика, видно устав сидеть на одном месте, слезла с его колен. Она самостоятельно сходила в туалет, затем вымыла руки и снова подошла к нему.

— Я хочу кушать, — сообщила девочка.

Антон Григорьевич, который сам совершенно не хотел есть, решил, что ребенка надо обязательно покормить. Что бы не происходило, надо следить за малышкой. Кроме него это сейчас сделать никто не мог. Он кивнул головой.

— Хорошо, пойдем на кухню, что-нибудь сделаем покушать.

Встав с кресла и взяв Вику за руку, он спустился вниз. На кухне достал сковороду, масло и яйца и быстро приготовил яичницу. Усадил внучку ужинать. И сам сел рядом с ней. Девочка молча, не отвлекаясь, ела, лишь изредка посматривая на сидящего рядом с ней мужчину.

После ужина Вика, утолив голод, несколько оживилась. Она быстро соскочила со стула и убежала в другую комнату. Антон Григорьевич механически, не думая об этом, вымыл посуду. Составил аккуратно в шкаф тарелки и чашки. Взял полотенце, чтобы вытереть мокрые руки. И тут услышал голос внучки.

— Деда, иди сюда. Скорее.

Он вытер руки, повесил полотенце на крючок и пошел в столовую, откуда его позвала Вика. Когда он вошел, девочка сидела на стуле, около большого обеденного стола. Ее ноги не доставали до пола, и она болтала ими в воздухе. Вика показала ему рукой на стул, напротив себя, с противоположной стороны стола.

— Садись.

Антон Григорьевич сел. «Наверное, девочка хочет во что-нибудь поиграть. Ладно, посижу с ней», — подумал он.

Вика глядела на него и улыбалась. А он, сначала мельком взглянув на нее, уже не смог оторвать взгляда от ее глаз. Она смотрела на него, не моргая, огромными черными глазами. И его как будто стало затягивать в омут. Появилось чувство легкости во всем теле, в голове зашумело. Глаза девочки расширялись, и вот он уже ничего не видел. Кроме этих огромных бездонных глаз. Не было комнаты, не было вещей вокруг, не было ничего. Не было даже прошлой жизни. Была только огромная пропасть, в которую он проваливался. Физические чувства отключились. Не было ни звуков, ни запахов. Ничего. А потом, его, сидящее на стуле тело, словно взлетело и начало медленно вращаться. Мужчина погружался в теплый и ласковый океан. Который омывал его мягкими волнами. Он будто очутился в другом измерении, в другой жизни. И это ему чрезвычайно нравилось. На душе стало очень приятно и хорошо. Блаженство, полное и всевластное поглотило его. Оно было в каждой клетке его организма, в каждой частице его тела. Никаких проблем, никакой боли, никакого горя. Все осталось там, в прошлой жизни. Поэтому, он готов был навсегда остаться погруженным в эти нежные объятия.

Но тут мужчина очнулся. Он снова сидел за столом, в столовой. Но это был уже не он. Облик оставался прежним. Но вот существо его, его сознание, его разум ему не принадлежали. Прежний, нормальный и обычный человек как будто исчез. Психика Антона Григорьевича была разрушена воздействием извне. Чужой мир вторгся в его сознание и полностью подчинил его. Да и он уже сам не хотел возвращаться в прошлую жизнь. С ее невзгодами, большими трагедиями и очень маленькими радостями. Нет, он хотел снова окунуться в тот океан покоя и блаженства, где он только что побывал. И для этого он готов был сделать что угодно. Выполнить любое приказание маленькой девочки, которая сидела перед ним. Он не размышлял о несоответствии ее облика и огромной силы, которой она обладала. Он только знал, что для того, чтобы снова вернуться в мир постоянного наслаждения, он должен сделать все, что ему прикажут. И он готов был сделать все. Абсолютно все!

Вика внимательно наблюдала за ним. Она была внутри его сознания и знала, что он чувствует. Ее распирала гордость за себя. Потусторонние силы наделили ее такими способностями, которые и представить было невозможно. Она убивала людей разными способами. Пробовала различные варианты.