Золото, Колыма, пуля в голову — вот загадошный треугольник! В 1996 — ом году Москвой Колыме была выделена сумма в 70 млн. долларов, половина из которой загадошным образом пропал!
Добавить в моё избранное
307 мин, 29 сек 7945
Змеекос, оса — топор, звероклык, хуеглаз, богоглас, гриб — глаза, везхдехуй, шмырлодрыг, целкохват, ящерстрел, иглопырь, мордодер, хватзалуп, дед — упырь, бабка — палка, бабка — клюшка (крутая), мозгошар грибной с растением ствол — травой, мохножоп, жукослух, водоглот с моче почкой, кишкокрут со шлейф травой, дымоеб лесной, дымоеб опасный и отдельно злопамятный, игложар, трынодурь обыкновенный, вертелпизд емкий, носокрут, ногорук, пиздомах, жопоход, глазедыр, долгосиськ крупноебучий, малый звездекруг и некоторые другие мелкие ебуны. Они в большом кол — ве расположились на«большой поляне» и всасывали носортами наши Болюсы. За что были немедленно умерщвлены по средствам английской булавки вводимой в яички.
Наша справка (для общего развития) была взята у проф. — ра мозгоеблога Ивана Незатейкина: Жуехуй гиеновый держится обычно стаями. В стае доминирует как правило, самка в возрасте от 500 — 400 000 000 млр. световых зим, из чьих дыр т. с сыплется наиболее плодоемкая труха. Ломки у беременных жуехуев наступают как правило одновременно с менструальными прихватками и длятся медленно, но верно на протяжении всей жизни. В период внутреутробного развития, самочки первыми перегрызают пуповину самцам и держатся вблизи гарема, что позволяет им не уйти от кровавого пиршества, устраиваемого соседями жуехуев, — пиздодавов крокодиловых, которым жуехуи кстати обязаны своим происхождением. После того как пуповина перегрызена, можно спокойно приступить к так знакомой трапезе и закусить яичками самцов настолько насколько это позволяет внутренний статус, определяемый каждой особью отдельно и только для себя. Это обусловлена незначительностью популяции. Самцы занимают шатко — валкое положение, что вызвано непомерным употреблением в пищу Кундалини Болюс, разжижающих их мозг и ведущих к безудержному веселью и заключению однополых браков. Как правило это делается не то чтобы назло самкам, но с некоторым предначертанием. На закате всеми жуехуями читается болезнетворная молитва: «Господин дня и ночи, отец хуедыр и пиздеколов, пророк грядущей без цели коровы по кличке Вакханалия, микроборец и чудодел, вездемокрый наш ногоход, чей нос простерся от западо — востока до юго — севера, чьи бедра ебут всех прохожих, чьи лодыжки касаются неба с той стороны, смотрящий исподволь и сеющий панику во всех зоопарках, струной бас -гитары сверлящий голову каждому кто есть, создавший воздух, газы, рвоту и гной, покровитель минструх и созидатель мужских пар хромосом, величайший стопец крабо -человеков, ныне ссущий, Харя Вездесон, тайнодел сорокинский (с другой ярмарки), убей нас всех во славу толстокожего ибо нас есть протокол в милиции о двух чреслах. Иже с ним мы подпишемся во чревоугодие тебе вечно, паке грядут времена немного веселые, кои ты соделал грустноватыми. Гнусь от нас восстанет, тобою сокрушенная и во имя твое неприемлеши. Воссади нас на горшки Славы твоего и пошли нам трусики танго на обед и на ужин и на всю ночь пожевать. Хуй, хуй, хуй. Незалуп.»
«Передачу» продолжит доктор — рог?
— Не знаю как иностранное, а тем более инопланетное зверье, а наше, — Российское зверье, всегда знало где у него корни и молилось, молилось, молилось. Оно молилось Трахусу, Бахусу, Бахчиванджи, Кресту, Турнику, Трапеции, Периле, Всему Перевернутому, Бозе Михаилу — архичеловеку, Чайхане, некоторые правда молились Жирному Шашлыку, но их было меньшинство, и как правило они плохо кончали, поэтому не могли продолжить дело Ленино. Вообще как одомашненный скот, так и лесное зверье было и есть весьма культурная прослойка нашего подсобного двора, Они воспитывались на литературной и музыкальной классике, играли в классики, умели говорить: «Му» и«Р — р — р», у некоторых хватало ума на чтение по складам: «МУР». Птицы же нашей скотобазы произносили многосложные реплики на разных языках, как правило понятные им одним. Они любили собираться гурьбой и трещать о каком — то восстании, которое должно было состояться как только им выдадут оружие, но так как большинство из них работало парикмахерами, то и оружием — то никаким они пользоваться не умели, так что все больше сотрясали воздух пустыми угрозами, до тех пор пока им не отрубали руки и ноги и им не становилось совсем скучно от того что они не могли уже больше «сидеть» как Дзержинский. Одной нехорошей привычкой обладала скотина, — они пожирали не только незнакомых детей, так как это делают люди, но и своих собственных, так что малышам приходилось держать ухо востро, т. к тупые уши, — на хуй они кому нужны?! Вот к примеру мы видим как ползет винтомозгляк. Он рад приближающейся добыче, хотя не совсем понимает то, что до нее осталось как до Пекина. Тем не менее его дети находятся в безопасности т. к обладают крайне неприятным мускусным запахом, выделяемым гнойными железами, находящимися в глубине носа. Все бы у них получилось, если бы очкастый птицеклюй, не проснулся намного раньше их родителя и не обнаружил гнезда с кладкой, за долго до того, как оно вообще было построено бригадой мытищинских древолюбов.
Наша справка (для общего развития) была взята у проф. — ра мозгоеблога Ивана Незатейкина: Жуехуй гиеновый держится обычно стаями. В стае доминирует как правило, самка в возрасте от 500 — 400 000 000 млр. световых зим, из чьих дыр т. с сыплется наиболее плодоемкая труха. Ломки у беременных жуехуев наступают как правило одновременно с менструальными прихватками и длятся медленно, но верно на протяжении всей жизни. В период внутреутробного развития, самочки первыми перегрызают пуповину самцам и держатся вблизи гарема, что позволяет им не уйти от кровавого пиршества, устраиваемого соседями жуехуев, — пиздодавов крокодиловых, которым жуехуи кстати обязаны своим происхождением. После того как пуповина перегрызена, можно спокойно приступить к так знакомой трапезе и закусить яичками самцов настолько насколько это позволяет внутренний статус, определяемый каждой особью отдельно и только для себя. Это обусловлена незначительностью популяции. Самцы занимают шатко — валкое положение, что вызвано непомерным употреблением в пищу Кундалини Болюс, разжижающих их мозг и ведущих к безудержному веселью и заключению однополых браков. Как правило это делается не то чтобы назло самкам, но с некоторым предначертанием. На закате всеми жуехуями читается болезнетворная молитва: «Господин дня и ночи, отец хуедыр и пиздеколов, пророк грядущей без цели коровы по кличке Вакханалия, микроборец и чудодел, вездемокрый наш ногоход, чей нос простерся от западо — востока до юго — севера, чьи бедра ебут всех прохожих, чьи лодыжки касаются неба с той стороны, смотрящий исподволь и сеющий панику во всех зоопарках, струной бас -гитары сверлящий голову каждому кто есть, создавший воздух, газы, рвоту и гной, покровитель минструх и созидатель мужских пар хромосом, величайший стопец крабо -человеков, ныне ссущий, Харя Вездесон, тайнодел сорокинский (с другой ярмарки), убей нас всех во славу толстокожего ибо нас есть протокол в милиции о двух чреслах. Иже с ним мы подпишемся во чревоугодие тебе вечно, паке грядут времена немного веселые, кои ты соделал грустноватыми. Гнусь от нас восстанет, тобою сокрушенная и во имя твое неприемлеши. Воссади нас на горшки Славы твоего и пошли нам трусики танго на обед и на ужин и на всю ночь пожевать. Хуй, хуй, хуй. Незалуп.»
«Передачу» продолжит доктор — рог?
— Не знаю как иностранное, а тем более инопланетное зверье, а наше, — Российское зверье, всегда знало где у него корни и молилось, молилось, молилось. Оно молилось Трахусу, Бахусу, Бахчиванджи, Кресту, Турнику, Трапеции, Периле, Всему Перевернутому, Бозе Михаилу — архичеловеку, Чайхане, некоторые правда молились Жирному Шашлыку, но их было меньшинство, и как правило они плохо кончали, поэтому не могли продолжить дело Ленино. Вообще как одомашненный скот, так и лесное зверье было и есть весьма культурная прослойка нашего подсобного двора, Они воспитывались на литературной и музыкальной классике, играли в классики, умели говорить: «Му» и«Р — р — р», у некоторых хватало ума на чтение по складам: «МУР». Птицы же нашей скотобазы произносили многосложные реплики на разных языках, как правило понятные им одним. Они любили собираться гурьбой и трещать о каком — то восстании, которое должно было состояться как только им выдадут оружие, но так как большинство из них работало парикмахерами, то и оружием — то никаким они пользоваться не умели, так что все больше сотрясали воздух пустыми угрозами, до тех пор пока им не отрубали руки и ноги и им не становилось совсем скучно от того что они не могли уже больше «сидеть» как Дзержинский. Одной нехорошей привычкой обладала скотина, — они пожирали не только незнакомых детей, так как это делают люди, но и своих собственных, так что малышам приходилось держать ухо востро, т. к тупые уши, — на хуй они кому нужны?! Вот к примеру мы видим как ползет винтомозгляк. Он рад приближающейся добыче, хотя не совсем понимает то, что до нее осталось как до Пекина. Тем не менее его дети находятся в безопасности т. к обладают крайне неприятным мускусным запахом, выделяемым гнойными железами, находящимися в глубине носа. Все бы у них получилось, если бы очкастый птицеклюй, не проснулся намного раньше их родителя и не обнаружил гнезда с кладкой, за долго до того, как оно вообще было построено бригадой мытищинских древолюбов.
Страница 54 из 81
