Приемный НЕпокой. Оля с Дашей сидели в длинном, душном и тусклом коридоре приемного отделения областной больницы в ожидании своей очереди.
Добавить в моё избранное
367 мин, 52 сек 17606
— поздоровалась с ним девушка модельной внешности, нарисовав на лице дежурную улыбку.
— У себя? — спросил Глеб Миронович, указывая на дверь главврача.
— Да, Глеб Миронович, — не снимая улыбки, ответила секретарша, — доложить о Вас?
— Будь добра!
Девушка очень секретарской внешности, словно антенна в автомобиле, быстро вытянулась из-за стола в полный рост, отточенным движением одернула вечно подскакивающую миниюбку и модельным шагом «поцокала» к«батиной» двери, мастерски управляясь с неимоверными каблуками.
«Я бы убился к чертовой матери!» — подумал Глеб Миронович, глядя на чудовищной длинны«шпильки», которые ничуть не смущали девушку секретарской внешности.
— Валерий Александрович, — приоткрыв дверь, громко сказал секретарша, — к Вам Глеб Миронович.
— Пусть заходит, — послышалось из кабинета.
— Заходите! — улыбнулась девушка, придерживая в полуоткрытом состоянии дверь.
— Спасибо! — бросил зав и направился в кабинет главврача.
— Глебаня, друг! — из-за большого стола поднялся невысокий мужчина упитанной комплекции в белом халате поверх явно дорогого костюма. Привычным движением руки «прилизав» редкие волосины на внушительную лысину, Валерий Александрович, главврач больницы, с натянутой улыбкой, протянутой рукой и вытянутой из деловой сумки искусственной интонацией, бросился пожимать Глебу Мироновичу руку:
— Глебаня, друг!
— Здравствуй, Валера! — Глеб Миронович сдержанно пожал руку главврачу.
— Ну, наконец-то ты соизволил зайти! Не дождешься тебя в гости по доброй воле! Вызывать приходится! Позабыл старого друга, позабыл! — назидательно помахивая пальцем, Валерий Александрович пожурил возвышавшегося над ним зава.
— Работы, Валера, по горло, — отговорился Глеб Миронович.
— Та ладно тебе, работой прикрываться! — главврач пошел к себе за стол, — у меня, знаешь, тоже работы — во! — повел он пальцем по горлу, — комиссия из облздрава, министерский запрос, санэпидем, пожарники… Весь день кручусь, как белка в колесе!
— Угу, — кивнул Глеб Миронович.
— Вот тебе и «угу»! — тут же отреагировал главврач, — все о вас, о врачах простых пекусь, Глебаня! Да ты не стой, присаживайся! — Валерий Александрович пригласил присесть стоявшего Глеба Мироновича.
— Слушай, Глеб! Тут такое дело… — удивленно приподняв брови, начал главврач:
— Представляешь, прихожу я сегодня на работу, а Оксаночка, моя секретарша, вручает мне факс. И знаешь откуда? Из Штатов! Представляешь, Глеб?! Ерунду какую-то пишут. Экспериментальное лечение, инновационные технологии… — не переставая картинно удивляться, хитровато щурился Валерий Александрович, — на тебя, кстати, ссылаются, Глеб. С какого перепугу? Ты-то к ним каким боком?
— Не боком, Валера, а… — предвкушая скорую завязку событий, Глеб Миронович инстинктивно стал сжимать правую руку в кулак, — это экспериментальное лечение касается моей пациентки.
— Да?! — повысив тон, продолжил главврач, — может расскажешь, Глеб?! А то я тут сижу, понимаешь, роюсь в бумажках, проверяющих отшиваю, а там, оказывается, за моей спиной много, чего интересного происходит!
А в это время добрая и мудрая бабушка Дуся, сидя на диване, продолжала беседу с Ольгой.
— Ты, вот, дочка, зря впопыхах скандалить надумала. Наш главврач, Валерий Александрович, он, знашь, крепок до скандалов всяческих. Иммунитет у него за долги годы выработался на все те склоки да разборки. Он тебе поулыбатся, с три короба насулит, а опосля сделат, как сам решил.
— Да что ж на него управы нет?! — возмущалась Ольга.
— Есть конечно! На кажного человека управа найдется. Вот Глеб наш Мироныч ныне там с главврачом и управляется. Уж лучше, чем он, так никто с Валеркой-то и не управится! И уж в этом деле лучше не мешаться, дочка. Ей Богу, токмо хуже сделашь!
— Так, а что делать, Евдокия Гавриловна?! — едва не плача, спрашивала Ольга, — сидеть и ждать?! Сидеть и ждать пока случится чудо?!
— Отчего ж ждать, дочка? — отвечала Евдокия Гавриловна, теплым, «бабушкиным» голосом изгоняя страх и злобу из истерзанного материнского сердца, — вон, с Дашкой посиди. Ей-то, вроде, получше? А хошь — идем чайку налью… — Ой, не до чаю мне! — обреченно отмахнулась Ольга, — у меня, знаете, все внутри кипит! Как же так, Евдокия Гавриловна?!
— А, коли неймется, дочка, так помолись, — нисколечко не ведясь на провокации, спокойно продолжала Евдокия Гавриловна:
— Помолиться, знашь, он никогда не вредно. И думы стройней станут, и сердце смягчится.
— Будто бы молитвой я как-то помогу Глебу Мироновичу?! — возмутилась Ольга.
— А и поможешь! Поможешь, дочка! — Евдокия Гавриловна тихонечко взяла Олю за руку, — гляди-ка, дочка, чего интересного получается. Мироныч, вот, наш, с добрым сердцем да мыслями верными ныне за правду борется. Тяжко ему там, спору нет!
— У себя? — спросил Глеб Миронович, указывая на дверь главврача.
— Да, Глеб Миронович, — не снимая улыбки, ответила секретарша, — доложить о Вас?
— Будь добра!
Девушка очень секретарской внешности, словно антенна в автомобиле, быстро вытянулась из-за стола в полный рост, отточенным движением одернула вечно подскакивающую миниюбку и модельным шагом «поцокала» к«батиной» двери, мастерски управляясь с неимоверными каблуками.
«Я бы убился к чертовой матери!» — подумал Глеб Миронович, глядя на чудовищной длинны«шпильки», которые ничуть не смущали девушку секретарской внешности.
— Валерий Александрович, — приоткрыв дверь, громко сказал секретарша, — к Вам Глеб Миронович.
— Пусть заходит, — послышалось из кабинета.
— Заходите! — улыбнулась девушка, придерживая в полуоткрытом состоянии дверь.
— Спасибо! — бросил зав и направился в кабинет главврача.
— Глебаня, друг! — из-за большого стола поднялся невысокий мужчина упитанной комплекции в белом халате поверх явно дорогого костюма. Привычным движением руки «прилизав» редкие волосины на внушительную лысину, Валерий Александрович, главврач больницы, с натянутой улыбкой, протянутой рукой и вытянутой из деловой сумки искусственной интонацией, бросился пожимать Глебу Мироновичу руку:
— Глебаня, друг!
— Здравствуй, Валера! — Глеб Миронович сдержанно пожал руку главврачу.
— Ну, наконец-то ты соизволил зайти! Не дождешься тебя в гости по доброй воле! Вызывать приходится! Позабыл старого друга, позабыл! — назидательно помахивая пальцем, Валерий Александрович пожурил возвышавшегося над ним зава.
— Работы, Валера, по горло, — отговорился Глеб Миронович.
— Та ладно тебе, работой прикрываться! — главврач пошел к себе за стол, — у меня, знаешь, тоже работы — во! — повел он пальцем по горлу, — комиссия из облздрава, министерский запрос, санэпидем, пожарники… Весь день кручусь, как белка в колесе!
— Угу, — кивнул Глеб Миронович.
— Вот тебе и «угу»! — тут же отреагировал главврач, — все о вас, о врачах простых пекусь, Глебаня! Да ты не стой, присаживайся! — Валерий Александрович пригласил присесть стоявшего Глеба Мироновича.
— Слушай, Глеб! Тут такое дело… — удивленно приподняв брови, начал главврач:
— Представляешь, прихожу я сегодня на работу, а Оксаночка, моя секретарша, вручает мне факс. И знаешь откуда? Из Штатов! Представляешь, Глеб?! Ерунду какую-то пишут. Экспериментальное лечение, инновационные технологии… — не переставая картинно удивляться, хитровато щурился Валерий Александрович, — на тебя, кстати, ссылаются, Глеб. С какого перепугу? Ты-то к ним каким боком?
— Не боком, Валера, а… — предвкушая скорую завязку событий, Глеб Миронович инстинктивно стал сжимать правую руку в кулак, — это экспериментальное лечение касается моей пациентки.
— Да?! — повысив тон, продолжил главврач, — может расскажешь, Глеб?! А то я тут сижу, понимаешь, роюсь в бумажках, проверяющих отшиваю, а там, оказывается, за моей спиной много, чего интересного происходит!
А в это время добрая и мудрая бабушка Дуся, сидя на диване, продолжала беседу с Ольгой.
— Ты, вот, дочка, зря впопыхах скандалить надумала. Наш главврач, Валерий Александрович, он, знашь, крепок до скандалов всяческих. Иммунитет у него за долги годы выработался на все те склоки да разборки. Он тебе поулыбатся, с три короба насулит, а опосля сделат, как сам решил.
— Да что ж на него управы нет?! — возмущалась Ольга.
— Есть конечно! На кажного человека управа найдется. Вот Глеб наш Мироныч ныне там с главврачом и управляется. Уж лучше, чем он, так никто с Валеркой-то и не управится! И уж в этом деле лучше не мешаться, дочка. Ей Богу, токмо хуже сделашь!
— Так, а что делать, Евдокия Гавриловна?! — едва не плача, спрашивала Ольга, — сидеть и ждать?! Сидеть и ждать пока случится чудо?!
— Отчего ж ждать, дочка? — отвечала Евдокия Гавриловна, теплым, «бабушкиным» голосом изгоняя страх и злобу из истерзанного материнского сердца, — вон, с Дашкой посиди. Ей-то, вроде, получше? А хошь — идем чайку налью… — Ой, не до чаю мне! — обреченно отмахнулась Ольга, — у меня, знаете, все внутри кипит! Как же так, Евдокия Гавриловна?!
— А, коли неймется, дочка, так помолись, — нисколечко не ведясь на провокации, спокойно продолжала Евдокия Гавриловна:
— Помолиться, знашь, он никогда не вредно. И думы стройней станут, и сердце смягчится.
— Будто бы молитвой я как-то помогу Глебу Мироновичу?! — возмутилась Ольга.
— А и поможешь! Поможешь, дочка! — Евдокия Гавриловна тихонечко взяла Олю за руку, — гляди-ка, дочка, чего интересного получается. Мироныч, вот, наш, с добрым сердцем да мыслями верными ныне за правду борется. Тяжко ему там, спору нет!
Страница 84 из 107
