Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
Добавить в моё избранноеУдовлетворенная своей работой Магда занялась тем, что стала зашивать дырки поменьше. Потом она наложит несколько заплат, и платье снова станет приличным. Не то чтобы мужчины снова начали провожать ее взглядами, но все же… К тому же внимание мужчин больше не волновало ее. В ее обстоятельствах подобная озабоченность собственной привлекательностью и внешним видом была в высшей степени неуместна. Не было смысла волноваться из-за того, в какую сторону повернутся чужие головы, если твоя собственная едва удерживается на плечах.
Азраэль затолкал в рот последний кусок хлеба.
— Ты совсем не похожа на других вистани, с которыми я сталкивался, — промямлил он, жуя. — Только не подумай, я не имел в виду ничего плохого. Я просто хотел сказать, что мне стало очевидно — ты не шпионка графа.
— Пожалуй, — согласилась Магда, не отрываясь от работы.
По пути к башне Страд обращался с цыганкой в лучшем случае холодно и безразлично, а временами вел себя открыто враждебно. Когда Азраэль осторожно заметил, что у них мало провизии, граф отвел их на одинокую ферму неподалеку от развилки Лунной реки. Магда и гном получили позволение назваться слугами графа. Крестьяне знали, что каждому, кто предъявит печать Страда, они должны отдать все, что бы гость ни попросил. Поэтому Магде и гному оставалось только перечислить то, что им необходимо, — еду, одежду, оружие. Когда Магда возразила против того, чтобы отбирать еду у людей, у которых вряд ли было что-нибудь лишнее, Страд совершенно разъярился, и только присутствие Сота несколько сдержало его неистовое бешенство.
Покончив наконец с починкой платья, Магда повернулась спиной к гному и надела его через голову. Позволив одеялу свободно упасть на пол, она одернула алую ткань на бедрах и обернулась. Гном похотливо рассматривал ее, и Магда невольно потянулась к дубинке, которая лежала неподалеку.
— Не надо, — быстро сказал гном. — Прошу прощения, если тебе вдруг пришлось не по душе то, как я на тебя смотрю, но… для человеческого существа ты очень привлекательна.
Магда оставила дубинку лежать на полу. В конце концов, если Азраэль попробует что-то предпринять, у нее всегда есть серебряный кинжал. После битвы со Стооким Стражем она вынула его из узелка на поясе и спрятала в башмаке. Вистани относились к подобным мелочам очень внимательно, почти суеверно. Только глупец не обратил бы внимания на предупреждение, которое было сделано ей в пещере.
Чувствуя себя в относительной безопасности, она спрятала свою иглу и нитки в холщовый мешочек. Иголка с нитками, небольшой каравай хлеба и кувшин сладкого сидра — это было все, что вистани попросила у напуганной старухи, обитавшей в одинокой избе, которую они навестили. Азраэль потребовал столько еды, сколько мог унести, а заодно и одеяла, новую тунику и корзину для всего этого.
Магда швырнула яркое, но доставшееся нечестным путем одеяло, которым она укрывалась, обратно оборотню.
— Спасибо за комплимент и за эту тряпку, — сказала она.
— Почему ты думаешь, что это какая-то особенная дубина? — неожиданно спросил гном и добавил с необычной для него учтивостью: — Если ты, конечно, ничего не имеешь против того, чтобы ответить мне.
После того как Магда вкратце пересказала ему легенду о Кульчике Скитальце, он фыркнул: — Если это была та самая пещера, в которую попал твой герой, тогда его кости, скорее всего, валялись там вместе со всеми остальными. Этот бурдюк с глазами, должно быть, сожрал и его тоже.
Магда не попалась на его удочку.
— Ты же слышал, как Страд сказал, что это чудовище всякий раз оживает через некоторое время после того, как его убьют. Почему бы тебе не предположить просто для разнообразия, что оно уже однажды было убито Кульчиком? — И Портал тоже должен был там быть?
Быстрым движением руки Магда отмела его вопрос в сторону.
— Возможно, что когда-то давно там был Портал, просто магия, поддерживавшая его, со временем утратила силу.
Получив столь неожиданный отпор, гном снова принялся шарить в своей корзинке.
— И твой великий герой случайно позабыл там свою верную палицу? — сказал он наконец. — Мне это не кажется правдоподобным. Другими словами, если бы она действительно была волшебной, то он непременно взял бы ее с собой.
Уперев руки в бока, Магда сказала ровным голосом: — Разве ты не видел, что за раны оставляла палица на туловище этой глазастой штуки? Или для пущей наглядности я должна ее испробовать на плоской голове оборотня?
Азраэль рассмеялся своим взрыкивающим смехом, и Магде даже показалось, что гном снова начал превращаться в барсука.
— Заколдованные палки ничем тебе не помогут против таких существ, как я, — сказал он, с трудом переводя дыхание, когда приступ смеха несколько ослаб.
