Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
Добавить в моё избранноеРешив взглянуть на дубинку поближе, гном поднялся на ноги и одернул заплатанную парчовую тунику, которую он забрал у крестьянки. Тяжелая ткань, из которой была сшита эта одежда, делала его похожим на придворного шута.
— Возьмем, к примеру, того жирного бездельника, который наткнулся на меня на дороге возле поселка Баровия несколько ночей назад, — заговорил он. — Я спрятался в кустах, ожидая какой-нибудь добычи. Когда этот купец ехал мимо меня, я выпрыгнул из кустов в обличье получеловека-полубарсука: зубы, когти и все такое… Догадайся, разве он побежал? Разве вытащил меч и попробовал защищаться? Нет. Он вытащил какой-то дурацкий амулет и принялся размахивать им перед моим носом!
Гномом овладел очередной приступ смеха, и он согнулся чуть ли не пополам.
— «Ох, — сказал я ему, — никогда больше так не делай, иначе я сам умру от смеха!»
Магда, потрясенная, сидела неподвижно и молчала. Как в тумане, ее рука скользнула в узелок и вынула оттуда амулет, который она продала герру Тресту в ту ночь, когда Сот напал на ее соплеменников. Тогда она сказала ему, что амулет сделает своего обладателя невидимым для таящихся в ночи тварей. В действительности его возможности были гораздо скромнее. Человек с таким амулетом становился невидим и неосязаем для безмозглых зомби и живых скелетов, которые не обладали ни свободой воли, ни даже начатками интеллекта.
— Ишь ты, да у тебя точь-в-точь такой же, — удивился Азраэль, указывая на крошечную серебряную капельку.
— Это тот самый амулет, — поправила его Магда. — Я взяла его у родственника того купца. Жители поселка обвинили в убийстве мое племя.
Гном хихикнул: — Не слишком много живых вистани смогут они поставить перед судом, после того как граф Страд отомстит твоим соплеменникам.
— Во всяком случае, среди них не будет меня, — сказала Магда как можно уверенней. — Как только мы пересечем границу и окажемся в Гундараке, меня ничем больше не заманишь обратно в Баровию.
Она надела амулет себе на шею и принялась собирать свои немногочисленные пожитки в мешок.
— Кстати, ты собираешься подкрадываться к замку герцога Гундара в этой пестрой рубашке? Его охрана заметит тебя на расстоянии десятка лиг!
— Граф говорит, что в подвале остались кое-какие старые доспехи, — гном потрогал лазурно-голубую заплатку на плече. — Найду себе кольчугу по росту, а рубашку стану использовать как поддевку.
— Я бы ни в чем не стала полагаться на слово графа, — прищурилась вистани. Гном разочарованно застонал: — А Соту ты доверяешь, да? Страд, по крайней мере, открыто говорит о своих планах. В его словах можно быть уверенным, особенно когда он угрожает. — Гном широко развел свои крепкие руки. — Ты знаешь, что это за место? Когда-то давно это был замок местного аристократа. Когда он украл часть налогов, предназначавшихся Страду, граф убил всех членов его семьи, всех слуг и его самого. Было ли это неожиданным? Отнюдь.
— Что ты предлагаешь?
На лице Азраэля появилась широкая улыбка, отчего его бакенбарды встопорщились наподобие крысиных усов: — Тот, чье поведение предсказуемо, гораздо менее опасен, чем тот, который то и дело подбрасывает тебе новые неожиданности.
Магда закинула свой узелок на плечо и в последний раз оглянулась по сторонам.
— Ты так же щедро раздаешь советы и делишься своей мудростью, как любая цыганская гадалка, — заметила она с легким оттенком презрения. — Интересно было бы знать, следуешь ли ты своим собственным советам?
Некоторое время Азраэль не отвечал, укладывая свою корзину. Наконец он негромко сказал: — Как ты думаешь, если бы я следовал хотя бы половине этих советов, был бы я сейчас здесь?
Карадок в конце концов привык к тому, что весь мир перед его глазами опасно накренился. Его голова все еще болталась на сломанной шее, однако с тех пор, как он подвергся нападению своего господина лорда Сота, он все реже и реже замечал, что смотрит на окружающее под каким-то странным углом. Со временем его разум компенсировал это увечье, выпрямив ландшафт и горизонт, которые Карадок продолжал видеть наклоненными. Давно прошли и приступы сильнейшего головокружения, когда Карадок даже не мог ходить, ни за что не держась, с трудом различая, где верх, а где — низ. Приступы эти почти прекратились, и призрак был уверен, что со временем он совершенно оправится.
Стоя в густой тени у подножья башни, Карадок видел мир таким, каким ему и положено быть. Древняя двухэтажная башня высилась на вершине крутого холма, словно дракон, охраняющий свои сокровища. На протяжении десятилетий башня защищала своих обитателей от врагов, но даже ее крепчайшие стены не смогли помешать графу осуществить свою страшную месть.
